Цитаты из книги Дары волхвов

Едва увидев её, Делла поняла, что она должна достаться ему. Ведь она так похожа на него! Скромность и благородство отличали их обоих.

Очевидно, что при таком положении дел оставалось лишь рухнуть на старый потертый диванчик и зарыдать в голос. Так Делла и поступила. Из чего можно сделать вполне однозначный вывод, что жизнь состоит из рыданий, всхлипов и улыбок, причем всхлипы преобладают.

— [...] после того, что он видел сегодня, он поймет, что у него есть шиш, а не шанс.

— [...] Этот блинчиковый рецепт — талисман какой-то, судя по тому, как они за него держатся.

— Ваш малый [...] здоровее меня. [...] Даже табак и спертый воздух ему не повредили. Он кашляет? Так скажите ему, что это необязательно...

... Как ни великолепны были его часы, а смотрел он на них часто украдкой, потому что они висели на дрянном кожаном ремешке.

Но вместо того, чтобы выполнить просьбу, Джим плюхнулся на кушетку, заложил обе руки под голову и улыбнулся. «Делл», — сказал он, «давай отложим наши рождественские подарки на потом. Они слишком хороши, чтобы использовать их сейчас. Я продал часы, чтобы за вырученные деньги купить тебе гребни. Что ж, а теперь, полагаю, давай займемся котлетами».

Возможно, мои волосы и можно измерить количеством, — продолжала она с внезапной нежной серьезностью в голосе, — но никто никогда не сможет измерить мою бескрайнюю любовь к тебе.

Может быть, волосы на голове и можно пересчитать, но никто, никто не мог бы измерить мою любовь к тебе!

Достойно запечатлеть образ такого детины, как Рейдлер, могла бы, пожалуй, только фреска — нечто огромное, спокойное, простое и не заключённое в раму.

Expenses had been greater than she had calculated. They always are.