Цитаты из книги The Illustrated Good Omens

За доброе дело демон может схлопотать серьезные неприятности. 

Иногда люди очень похожи на пчёл. Пчёлы яростно защищают свой улей, пока ты снаружи. Когда же ты внутри улья, рабочие пчёлы, видимо, считают, что с этим разобралось руководство и не обращают на тебя внимания; многие насекомые, не имеющие ничего против того, чтобы угоститься на дармовщинку, в процессе эволюции наловчились и мёд пить, и битым не быть именно благодаря этому факту. Люди ведут себя точно также.

Молчание - единственная нота, способная заглушить все шумы мира.

Повествование о Неких Событиях, имевших место на протяжении последних одиннадцати лет человеческой истории, — как будет показано далее, в точном соответствии с «Превосходными и Недвусмысленными Пророчествами Агнессы Псих». Составлено и отредактировано, а также снабжено Примечаниями Образовательного Характера и Наставлениями для Здравомыслящих Нилом Гейманом и Терри Пратчеттом

Есть такой фокус с горошиной и тремя наперстками, за перемещением которых чертовски трудно уследить. Вот и сейчас произойдет нечто подобное — правда, ставки значительно выше, чем пригоршня мелочи.

Таскаешься всю свою жизнь в школу, зубришь всякую ерунду, и никто ведь не расскажет тебе о Бермудском треугольнике, НЛО и всех этих Древних Мастерах, которые под землей бегают. И вообще, почему мы должны зубрить всякое занудство, когда в мире столько потрясного!

Зло, как правило, не дремлет, а потому не понимает, с чего бы спать всем остальным. Но Кроули любил вздремнуть, почитая сон одной из радостей жизни в земном мире. Особенно после сытной трапезы. Он проспал, к примеру, почти весь девятнадцатый век — не потому, что нуждался в отдыхе, а просто удовольствия ради.

— Слушай, а где это твой пламенный меч? — наконец поинтересовался Кровлей. — Э-э… — сказал ангел. Виноватая тень пробежала по его лицу, а затем вернулась, чтобы обосноваться там как следует. — Я точно помню, у тебя был меч, — настаивал Кровлей. — Нехило так пламенел.

— Оккультных сил? — От нас с тобой, — пояснил Кроули. — Я лично никакой не оккультный, — заметил Азирафаэль. — Ангелы не оккультные. Мы — эфирные.

Коли хочешь заловить тигра, то не бери с собой зевак да попутчиков, им ведь охота – что зоопарк, лишь бы поглазеть на хищника да бросить ему кусок мяса.

Марвин начинал с музыки кантри, исполняя песни старины Конуэя Твити и Джонни Кэша. Он регулярно устраивал живые концерты в тюрьме Сен-Квентин, пока борцы за гражданские права не подвели его под статью "Пытка или наказание, несоразмерные тяжести преступления".

Человеческий мозг не приспособлен видеть войну, голод, загрязнения и смерть.

К воротам решительно направлялся джип, нагруженный людьми, готовыми задавать вопросы и палить из автоматов, не разбираясь, почьему приказу это делается.

Снова наступила пауза. Затем пресс-секретарь заговорил, очень спокойно, тоном человека, который сыт всем по горло, и, как только это закончится, уйдет в отставку и займется разведением кур.

-- А она вдруг затонула или медленно? -- спросил Брайан.

-- Вроде как вдруг и  медленно тоже, -- пояснил Адам.

В этом-то они не сомневались. Америка для них была тем местом, куда отправляются добрые люди после смерти. Они были готовы верить, что в Америке может случиться почти все, что угодно.

Наступила тишина. И в ней особенно громко хрустнул пустой пакетик из-под жареной картошки, один из тех, что имели обыкновение скапливаться в тех местах, где сидел Брайан. Все посмотрели на него.

Азирафель уцепился за ручку на двери.

– Сто пятьдесят километров! Так нельзя ездить в центре Лондона!

Кроули, прищурившись, глянул на спидометр.

– Почему? – спросил он.

– Мы разобьемся! Насмерть! – Азирафель подумал и неуверенно поправился: – Развоплотимся. Что вызовет определенные неудобства, – добавил он и немного расслабился. – Ну и потом, ты можешь кого-нибудь задавить.