Цитаты из книги Клуб самоубийц

Женщина будет своевольничать целый год, но, вовремя покорившись, сумеет заслужить прощение.

я выбрал свою лучшую половину, но у меня не хватило силы воли остаться верным своему выбору. (с)

А я вам скажу, что любовь отнюдь не самая сильная из страстей. Страх - вот сильнейшая страсть человека. Играйте страхом, если вы хотите испытать острейшее наслаждение в жизни. Завидуйте мне, завидуйте, сударь, - прибавил он и радостно усмехнулся. - Ведь я величайший трус на свете!

Ведь деньги для него — сама жизнь.

Я с каждым днем все более убеждался, что человек не единое, а двойственное существо. [...] и я предвижу, что в один прекрасный день наука признает, что человек — это сложное существо, состоящее из разнообразных, несходных и совершенно независимых индивидуумов.

Бывают обстоятельства, когда даже самые нерешительные люди начинают действовать быстро и энергично, а самые предусмотрительные забывают своё благоразумие и принимают безрассудно смелые решения.

Женщина будет своевольничать целый год, но, вовремя покорившись, сумеет заслужить прощение;..

– Тут кроется что-то другое! – в растерянности твердил себе нотариус. – Что-то совсем другое, но я не знаю, как это определить. Боже мой, в нем нет ничего человеческого! Он более походит на троглодита. А может быть, это случай необъяснимой антипатии? Или все дело просто в том, что чернота души проглядывает сквозь тленную оболочку и страшно ее преображает? Пожалуй, именно так, да-да, мой бедный, бедный Гарри Джекил, на лице твоего нового друга явственно видна печать Сатаны.

Я терпеть не могу расспросов: в наведении справок есть какой‑то привкус Судного дня. Задать вопрос — это словно столкнуть камень с горы.

Скука для души опаснее, чем риск для тела.

Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни – обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз с этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

Между хорошим обедом и долгой жизнью только та разница, что за обедом сладкое подают в конце.

Он обладал особым тщеславием — тщеславием порока, при котором всякое благородное движение души другого вызывает чувство собственного превосходства; закостенев в самодовольном разврате, он чувствовал себя недоступным для подобных порывов.

...кто, кроме совершенного банкрота, станет швырять деньги в огонь?

Каким вы саном человека не облеките, он все-таки останется человеком.

—Качество угощения, которым меня потчуют, – отвечал принц,  – представляется мне не столь важным, сколько чувство, с каким мне это угощение предлагают.

У нас Великое множество своих тайн, которые мы постоянно доверяем тем, кому не следует.

- По-моему, лучше быть умелым сыщиком с твердым характером, чем слабым и недостойным властителем.