Мне тяжело дается чтение книг на подобную тематику, но мимо новинки Эммы Скотт я не могу пройти.

Дарлин нам знакома еще со времен книги "Однажды я выберу тебя".
Мне очень импонировало их взаимодействие с Максом в обоих книгах (боюсь признаться, не сразу догадалась, что Макс - это тот самый Макс).
Как было бы замечательно, если бы у каждого из нас был свой Макс.
Человек, который готов выслушать в любую минуту дня и ночи.
Дать дельный совет и заставить почувствовать себя кому-то нужным.
Сайласу с ним определенно повезло.

Сойер для нас новый персонаж (если я не проморгала его появление в других книгах).
Понравился сразу.
Его самоотверженность по отношению к дочери не может не восхищать.
Не каждый способен бросить карьеру и поставить крест на будущем ради воспитания ребенка.
Мне тяжело было понять его чувства, как человеку, далекому от подобной жизни, но даже я ощущала эту боль, с которой порой он не мог справиться в одиночку.

Поведение Дарлин временами было жалким.
Понимаю, это часть ее реабилитации, но когда она явно навязывала Сойеру свою компанию, мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда за нее.
Особенно в те минуты, когда парень откровенно ее отшивал (лишь в начале знакомства, а уже после методы девушки сработали).

Это все мой взгляд, конечно, возможно, кто другой не увидит в этом ничего предосудительного.

Оливия прекрасный ребенок, на чью долю выпало уже столько несчастья.
А она ведь буквально только-только родилась.
Очень страшно, когда безрассудные поступки недалеких родителей определяют всю дальнейшую жизнь ни в чем не повинного ребенка.
Это жутко наблюдать за тем, как девочку точно мячик бросают от одного к другому.
Она не заслужила такого обращения.

Рада, что у героев все разрешилось.
И что справедливость хотя бы на страницах произведений имеет место быть.

Эмма Скотт «Сейчас и навечно»

Когда я была мелкой школьницей (относительно мелкой – уже окончившей начальную школу), то была записана в несколько библиотек города. Но также не могла игнорировать небольшую личную библиотеку, которую для себя собирала моя мама (это у нас наследственное, видимо, но я уже кратно превзошла ее в этом)

Так к чему это я – большинство маминых книжек составляли любовные романы. Те самые – с крепкими мужиками и томными женщинами на обложке. И вот пока никто не видит – я читала это после школы. Весь суповой набор – тайная влюбленность, невозможность быть вместе, драма, любовь, страсть и хэппи энд.

В принципе, современные любовные романы имеют те же составляющие, но все равно они какие-то другие, что ли. Не могу даже понять, в чем разница, но те книги из библиотеки мамы вызывают унылую улыбку при воспоминании, а то, что обычно выпускают сейчас – мне в основном искренне нравится.

И вот Эмма Скотт для меня словно тот автор любовных романов из маминой библиотеки.

Тут у нас отец-одиночка с ребенком, бывшая танцовщица, суды, счастливое воссоединение новой семьи под конец и предложение руки и сердца при участии дочери-ангелочка.

Ничего плохого, крепкий, адекватный сюжет и герои-грин флаги. Автор у многих в топе.

Может, со мной что-то не так – но для меня каждая книга Эммы слишком слащавая, что ли. Честно признаюсь, что читаю – потому что в свое время купила в бумаге. Но мне скучно каждый раз, даже при наличии драм. Как будто заранее знаешь, что не за чем переживать – тут всегда герои душевные (для меня-душные), что в итоге все будет супер пупер гипер хорошо.
Собственно, как и в этой книге.

Абсолютно не мой автор, очень не достает более острых ощущений в книге, я каждый раз словно утопаю в сиропе. При этом объективно понимаю – ну автор-то неплохой, сюжеты без дыр, слог приятный, герои бесконечно идеальны.

Я даже такую книгу могу легко порекомендовать – потому что придраться-то по факту не к чему. Ставлю 8 из 10, потому что не стану занижать оценку книге, не найдя в себе конкретики – чем она плоха. Но в то же время радуюсь, что из непрочитанных осталась только одна книга, и скоро я попрощаюсь навсегда с автором с вайбом нулевых маминой библиотеки.

Книга про людей, которые приходят к любви не с открытыми руками, а с полным рюкзаком потерь. Это история не о том, как два человека красиво сходятся, а о том, как они вообще решаются быть рядом, когда внутри всё кричит: не получится.

Главный герой Гас — это человек, живущий в бесконечно отложенном «потом». Потом станет легче. Потом он позволит себе чувствовать. Потом можно будет дышать полной грудью. Его жизнь остановилась в одной точке, и он застрял в ней эмоционально, словно мир пошёл дальше, а сам он застрял. В Гасе нет пафосной мрачности, он тихий, замкнутый, выживающий, и именно этим пугающе реалистичный. Он не ноет, не требует сочувствия: просто несёт свою боль так долго, что она стала частью личности.

Дарлин противоположна полностью Гасу внешне, но не по внутренней сути. Она кажется более живой, открытой, способной чувствовать и тянуться к людям, но внутри у неё такой же хаос. Она не спасительница и не “солнечный лучик”, который должен вытащить героя из тьмы. У неё есть свои страхи, своё прошлое и своё понимание того, что любовь — это не гарантия безопасности. Именно поэтому её тянет к Гасу: она видит в нём не проект для починки, а человека, который тоже знает, что значит терять.

Их отношения развиваются медленно, болезненно, с постоянным ощущением, что одно неверное движение может всё разрушить. Здесь много тишины, взглядов, несказанных фраз. Много моментов, где любовь — это не признания, а присутствие рядом. Просто сидеть. Просто не уходить. Просто быть.

Эмма Скотт очень точно пишет про страх счастья. Про то состояние, когда хорошее кажется временным по определению, а потому пугает сильнее плохого. Гас и героиня не бегут от чувств. Они сомневаются, оступаются, иногда делают друг другу больно не из жестокости, а из попытки защититься.

И да, временами хочется кричать: «Вы же уже почти счастливы, не разрушайте это!» Но в этом и сила книги — она не врёт. Люди с травмами не ведут себя идеально. Они ошибаются, закрываются, уходят, возвращаются, снова боятся.

«Сейчас и навечно» — роман о любви, которая не чинит мгновенно и не даёт обещаний. Это история о выборе быть рядом здесь и сейчас, даже если навсегда кажется слишком страшным словом. Книга оставляет после себя не эйфорию, а тёплую, щемящую усталость, как после долгого разговора, который был необходим и наконец состоялся.