Цитаты из книги Мир глазами Гарпа

...шокирующими высказываниями и поступками можно добиться гораздо большего уважения к себе, нежели стремлением жить одиноко и независимо, никого в свою личную жизнь не допуская.

Работа, по крайней мере, заставила бы его вступать в контакты с другими людьми, ведь, если его не заставить силой с кем-то общаться, он предпочтёт сидеть в одиночестве дома.

Плотское вождение как чувство было ей недоступно, она не понимала, что это такое и каким образом у Гарпа оно ассоциируется с удовольствием, и еще меньше понимала, как вожделение можно ассоциировать с любовью или привязанностью.

Смерть, - писал впоследствии Гарп, - похоже, не любит дожидаться, когда мы будем готовы встретиться с ней. Хотя смерть достаточно снисходительна и, когда это возможно, развлекается, устраивая всякую театральщину вместо обычной кончины.

А в тот момент, – писал позднее Гарп, – я решил, что слово „джап“ означает, что у меня больше нет уха

Психиатр подходит к вороху чужих проблем, не имея к ним ни малейшего уважения. Главная его цель — прочистить мозги; простым отбрасыванием всех проблем — как бы за ненужностью. Действительно, самый простой способ навести чистоту. Но в том-то и дело, что проблемы нужно не отбрасывать, а использовать, заставляя их работать на тебя.

Он всегда понимал, что писательство — занятие одиночек. Но даже ему, одиночке, было тяжко ощущать столь безысходное одиночество.

Терпимость к тем, кто не ведает что творит,трудное дело, но в наш век без этого нельзя.

Вена, думал Гарп, мертвый город… самый настоящий труп! Да и вся Европа, пожалуй, — просто красиво одетый труп в красивом открытом гробу. «Время человеческой жизни, — писал Марк Аврелий, — миг… судьба — загадочна…»

Эта книга, - говорилось на клапане суперобложки, - о человеке, который так боится за жизнь своих близких, что создаёт вокруг атмосферу поистине невыносимого напряжения, при которой что-то плохое прямо таки обязано случиться. И случается.

Подобно хорошему писателю, она была честолюбива и надеялась, что доберется-таки до сути рака. В некотором смысле так и случилось. Она от него умерла.

У нее было чисто писательское чувство бессмертия: пока твои работы в типографии и на книжных полках, ты жив.

Между мужчинами и женщинами только смерть разделена поровну.

Воображать порой куда лучше, чем помнить.

Ни один мужчина не может быть женщине  просто другом.