У меня появился новый любимый автор. Если «Посторонний» мне не понравился, но вызвал много вопросов и запустил внутренние процессы, то «Чума» попала прямо в сердце. Эту книгу хочется разобрать на цитаты. Я абзацами сохраняла мысли Камю — настолько они точны и красиво поданы.
Это то самое вдумчивое чтение, когда читаешь не ради сюжета, а ради мыслей автора, которые либо откликаются, либо нет. В моём случае — откликаются очень. В прозе Камю столько мудрости и человечности, а ещё — его слог невероятной красоты. Я восхищалась каждой строчкой.
В книге рассказывается о том, как курортный алжирский городок настигает эпидемия чумы — и это своего рода хроника от её начала до конца.
Конечно, эту книгу, возможно, было бы особенно актуально читать во время пандемии, которая выпала на наш век. Но даже сейчас, спустя время, её невероятно интересно читать и находить отголоски того, через что мы сами прошли.
Мне особенно понравилось, как автор описывает массовое поведение людей в моменты катастрофы. Как сначала люди не верят, что такое может произойти именно с ними, и не готовы отказываться от своего запланированного ближайшего будущего. Как они раздражаются и не принимают происходящее.
Когда в начале в сводках писали о смертях, люди не воспринимали это всерьёз: десять человек в неделю на целый город — будто бы ничто. Да и, может быть, они вообще умерли не от чумы.
Но потом, когда число жертв начинает расти, приходит страх. А затем — усталость. Такая, что человек уже не может постоянно проживать эту боль, и психика будто бы притупляет её. И вот эту отчуждённость и местами черствость Камю передаёт невероятно точно.
А когда всё идёт на спад, вместе с этим приходит страх надежды. Люди боятся поверить, что всё действительно заканчивается, что город откроется, что жизнь вернётся. Но при этом всё равно начинают осторожно строить маленькие планы — хотя бы на ближайшую неделю. Меня поразило, насколько точно Камю подмечает психологию людей в такие периоды.
И если учитывать, что книга задумывалась как отклик на время Второй мировой войны и фашизма, становится ещё сильнее видно, что это не просто роман об эпидемии. Это метафора зла, которое может принимать разные формы: войну, идеологию, насилие, страх, равнодушие. И проблема в том, что эта «чума» не остаётся в прошлом — она повторяется снова и снова.
Но помимо наблюдений за поведением людей, Камю много рассуждает о добре и зле. И одна из самых сильных мыслей книги — о том, что зло чаще всего рождается не из жестокости, а из слепоты.
«Зло, существующее в мире, почти всегда результат невежества, и любая добрая воля может причинить столько же ущерба, что и злая, если только эта добрая воля недостаточно просвещена. Люди – они скорее хорошие, чем плохие, и, в сущности, не в этом дело. Но они в той или иной степени пребывают в неведении, и это-то зовется добродетелью или пороком, причем самым страшным пороком является неведение, считающее, что ему все ведомо, и разрешающее себе посему убивать. Душа убийцы слепа, и не существует ни подлинной доброты, ни самой прекрасной любви без абсолютной ясности видения»
На этом фоне особенно выделяется доктор Риэ — человек, который не пытается быть героем и не ищет высшего смысла в происходящем, не рассуждает в категориях «кара небесная» или «за что нам это». Он просто делает то, что считает правильным, потому что не может быть безучастным.
И, наверное, именно в этом и есть ответ Камю: не в том, чтобы победить зло, а в том, чтобы самому не стать его частью.
И ещё одна мысль, которая меня зацепила: в какой-то момент даже назвать очевидное становится смелостью.
«Но в истории всегда и неизбежно наступает такой час, когда того, кто смеет сказать, что дважды два – четыре, карают смертью»
Хочу закончить этот отзыв ещё одной цитатой из этой невероятно мудрой книги:
«Придавая непомерно огромное значение добрым поступкам, мы в конце концов возносим косвенную, но неумеренную хвалу самому злу. Ибо в таком случае легко предположить, что добрые поступки имеют цену лишь потому, что они явление редкое, а злоба и равнодушие куда более распространенные двигатели людских поступков»