Отзывы о книге Доктор Гарин

Пожалуй, сегодня я не стану делать разнообразие текста, играясь с различными жанрами и даже нелепо пытаться включать творческие жилы для выдачи рецензии за третий столик, куда я в духе стареющего постмодернизма выдам куски различных мнений и созданных описаний просто уложив всё в удобную конструкцию, приправленную собственными рассуждением о данном произведении автора. 

Надеюсь, что когда-то вы прочитали или давно собирались прочитать предыдущую книгу, по причине того, что начинать с рецензируемого романа не имеет особого смысла. Сейчас самое время, если вы давно откладывали данный процесс. Бросайте все планы и отправляйтесь читать "Метель", тем более, что погода и время года в данный момент располагают к этому действию. В тот момент, когда я пишу эти строки, привычное осеннее солнце сменилось на причину вставать несколько раньше, чтобы очистить машину от снега. Что касается произведений... Нет, их можно отделить или поменять местами, но я бы на вашем месте выбрал бы последовательность написания и развитие сюжета в качестве канона прочтения.

В том случае, если книга до сих пор осталось в списке желаемого на дальних позициях или вы вообще не собирались её читать, то скорее всего, данная рецензия вас вряд ли заинтересует по причине того, что она не несёт привычной художественной красоты и дельных речевых оборотов, которые заставляют хвататься за голову представляя прелести автора. Сегодня в меню только одно блюдо и я в качестве официанта и рекомендую вам, поднося его к третьему столику после заказа.

Я бы примерно так отрекомендовал бы Вам это блюдо:

- «Доктор Гарин» — приключенческий роман русского писателя Владимира Сорокина, опубликованный в апреле 2021 года. Является продолжением повести «Метель». Написан автором в Москве и в Берлине и имеет достаточно привычную маркировку «18+».
- Что внутри этого блюда?- спросили бы вы, чтобы меня проверить, но в итоге вместо ответа: "Сейчас уточню", услышали уверенное...   

- Начинка.

Десять лет назад метель помешала доктору Гарину добраться до села Долгого и привить его жителей от боливийского вируса, который превращает людей в зомби. Доктор чудом не замерз насмерть в бескрайней снежной степи, чтобы вернуться в постапокалиптический мир, где его пациентами станут самые смешные и беспомощные существа на Земле, в прошлом — лидеры мировых держав. Этот мир, где вырезают часы из камня и айфоны из дерева, — энциклопедия сорокинской антиутопии, уверенно наделяющей будущее чертами дремучего прошлого. Несмотря на привычную иронию и пародийные отсылки к русскому прозаическому канону, "Доктора Гарина" отличает ощутимо новый уровень тревоги: гулаг болотных чернышей, побочного продукта советского эксперимента, оказывается пострашнее атомной бомбы. Еще одно радикальное обновление — пронзительный лиризм. На обломках разрушенной вселенной старомодный доктор встретит, потеряет и вновь обретет свою единственную любовь, чтобы лечить ее до конца своих дней.

Сюжет. Спустя десять лет после событий, описанных в повести «Метель», главный её герой, доктор Платон Ильич Гарин, с титановыми ногами после обморожения, в возрасте 52 лет работает психиатром в частном санатории, в котором проходят лечение бывшие влиятельные политики со всего мира. Санаторий располагается в горах в Алтайской Республике и принадлежит бизнесмену из Барнаула.

Пациенты доктора — восьмёрка искусственно выведенных существ, тела которых имеют форму неестественно раздувшихся человеческих ягодиц с огромным ртом. Вот она ирония в области лба! Эти существа созданы для осуществления политической деятельности (далее их судьбы периодически всплывают на различных этапах повествования романа).

Выращенные в специальном генном инкубаторе Дональд, Борис, Ангела, Владимир и другие представляют собой... то, что они представляют, ведь «политика — это не публичность, а принятие решений. И непосредственную ответственность за них. Но для того, чтобы принять решение, его надо высидеть». Может быть даже с "Блек Джеком..." и зарядами молний.

Вскоре мирное существование прерывается ядерным ударом, который осуществили казахи, объявившие войну Алтайской Республике. Доктор Гарин, его возлюбленная коллега Маша, другие врачи и пациенты принимают решение отправиться в Барнаул. В качестве средства передвижения они выбирают андроидов, которые созданы в виде «больших» людей, питающихся отходами, по прозвищу "Маяковский".

- Можно более детально изложить из чего состоит эта начинка? - спросите вы.
- Конечно... - отвечу я, перечислив наизусть каждый ингредиент этого блюда.

Этот мир, где вырезают часы из камня и айфоны из дерева, — энциклопедия сорокинской антиутопии, уверенно наделяющей будущее чертами дремучего прошлого.

Предсказания будущего даются Владимиру Сорокину чуть лучше, чем любому другому русскому автору, но рецепт все тот же: брать современные тенденции и накладывать на исторические схемы. В ледяном сорокинском мире нет места ни для поисков духовности, ни для скорби о том, что все могло бы быть как‑то иначе. Его духовное топливо — русская литература, разложенная до состояния трупа, из которого извлечена минимальная ценная единица — литературное слово. Если вернуть ценность словам, а не образам и не тенденциям, удастся ли выстроить из них новый мир, свободный от диктата идей, захвативших русское общество? Можно хотя бы пофантазировать об этом, как в романе "Доктор Гарин", герой которого, типичный русский средний интеллигент, прорывается через постапокалиптический мир с ядерной зимой и барскими застольями, чтобы найти и пересобрать любимую женщину. Найти и пересобрать — вообще сорокинский девиз, его путь спасения, и, хоть это не сразу очевидно, он довольно оптимистичен: мы построим новый мир, когда разберем до атомов старый. Ломай его, ату!

- Он же постмодернист? Выходит, что он пересобирает прошлые произведения разных авторов? Что мы здесь можем встретить? Что по поводу многослойности?
- Хм... Ну как вам сказать... Например, "критик" Галина Юзефович отмечает, что всепроникающая, как плесень, ирония полностью убивает возможность эмоционального сопереживания кому-либо из героев, а простая сюжетная структура исключает какую бы то ни было трактовку, кроме самой очевидной и лобовой. Но я приверженец точек зрения Антона Долина и Игоря Кириенкова, которые возражают отсылками к классическим произведениям (таким, как «Гаргантюа и Пантагрюэль» и «Дон Кихот»), где пародийная форма не отменяет серьёзности содержания. Здесь присутствуют тематические переклички «Доктора Гарина» с произведениями Солженицына и Шаламова, с "Доктором Живаго" и "Волшебной горой".

В своём романе писатель смешивает времена и нравы: «тут вам и помещики, и анархисты, и брежневский застой и постковидный мир».

Доктор Гарин действительно врач, а не шарлатан, и это предназначение станет его оберегом, а книги — путеводной нитью. Гарин читает все, что попадает ему в руки (мы вместе с ним читаем избранные куски различных романов), даже листки в туалете, и автор не отказывает себе в удовольствии продемонстрировать в очередной раз мастерство стилиста, кругозор и владение словом. Смешивая времена и нравы, обещая России ренессанс литературы и торжество витальности, Сорокин, вопреки обыкновению, оставляет нам шанс на перемены к лучшему, причем без всякого дурмана (новые изобретения витаминдеров, которые уносят прочь от реальности, Гарин теряет в пути, оставаясь с реальностью один на один).

"Время нынче такое" - говорит Владимир Сорокин, что политики и военные бессильны. Если кто-то и может спасти мир, так это интеллигентный уездный чеховский доктор в пенсне и великая русская литература.

- Скажите, а вы пробовали это блюдо самостоятельно? Что вам понравилось?
- Конечно! Настоящий официант пробовал каждое блюдо и готов дать лучшую рекомендацию, пускай и не каждый сможет её разделить. Мне пришлась по вкусу история, образы, непринуждённость, многослойность, понимание многих отсылок, сексуальные сцены, характеры и образы персонажей, юмор, мотивации, словарный запас одного из мировых лидеров, который идеально подходит под любую ситуацию, насмешки над культом карго, бессмысленный труд, безысходность и пропащая вера в чудо. Момент, когда понимая, куда он завел читателя, автор вновь меняет жанр, переходя от черной сказки к волшебной. То чувство, когда мы можем поверить в хеппи-энд, а можем принять его за галлюцинацию, но это уже ничего не изменит. Вместе с путешествием по огромному роману Сорокина мы завершили ревизию и пути его автора. "Доктор Гарин" вобрал в себя мотивы предыдущих книг, где сквозь каждый эпизод, персонаж и метафору просвечивает голографическая мифология. Рэй Брэдбери говорил: "Я хотел не предсказать будущее, а предотвратить его". Сорокин, похоже, на это уже не надеется.
- Хорошо! Пожалуй, вы меня убедили. Несите! Только не чушь!
- Надеюсь, что вы не пожалеете! Просто будьте несколько несерьезны и позвольте себе посмеяться в отведённых местах, а где-то задуматься. В том случае, если будете уставать... Можно перейти на аудиокнигу и насладиться блестящей озвучкой... Но что лучше всего вы и так уже наверное в курсе...

"Читайте хорошие книги!" (с) 

- Я не пробировал ничего уже десять лет.

• И прекрасно! Вы дождались продукта нового поколения.

Не могу. сказать, чтобы продукт нового поколения от Сорокина превзошел лучшие из его прежних. Интереснее и ярче "Манараги", но "Метели" и "Теллурии", прямым наследником традиций которых должен явиться, сильно уступает. Вы уж не обессудьте, Владимир Георгиевич, но мы, читатели, так устроены, не можем не сравнивать впечатлений от нового с тем, что уже знаем. И по этой субъективной шкале новый роман примерно так же отстоит интенсивностью ощущений от двух лучших ваших, как конус-трип от пирамидки.

Где "Метелью" тебя скручивало экзистенцией, "Доктор Гарин" дарит впечатления, без которых вполне можно было бы обойтись, хотя раз уж есть - давайте, пусть будут. Итак, доктор Платон Ильич, везший в Дальнее вакцину от черной боливийской зомби-лихорадки, обрел фамилию, которая напомнит тем, кто знаком с творчеством Алексея Толстого о создателе гиперболоида, равно талантливом и беспринципном.

И не только ее, но элитную клинику имени себя в горном Алтае, безупречную репутацию и непререкаемую славу в научном мире (далан, земский врач? а что, вы разве не знали, колода порой тасуется причудливо, но талант непременно пробьет себе дорогу). И две титановых ноги, взамен обмороженных в том памятном путешествии. Признаюсь, новый доктор нравится мне гораздо больше прежнего, но так уж мы устроены, что ворюга нам милей, чем кровопийца (зчркнт) светило с мировым именем предпочтительнее рефлексирующего интеллигента нищеброда.

Однако теперь он крут и даже применяет свою эксклюзивную методику к лечению застарелых неврозов у былой элиты мировой политики, людей-задниц. Чего непонятно, всякое по-настоящему разумное политическое решение должно быть серьезным образом высижено, для того, в специальных генных инкубаторах за сотню лет до описываемых событий вывели особый сорт людей-жоп: огромные ягодицы, маленькие ручки, большие глаза и рот, и больше ничего.

Эта популяция политиков достаточно успешно способствовала мировой стабильности, но теперь они списаны, ведущие роли снова у двуногих прямоходящих без перьев, что предсказуемо ведет к применению в локальных конфликтах ядерного оружия и прочим пренепреятнейшим эксцессам. В результате одного из таких клиника профессора Гарина разрушена, а он, вместе со спасенными пациентами и персоналом, вынужден пуститься в новое странствие на плечах Маяковских (не забыли, что все мы стоим на плечах гигантов?).

Не лишенный занятности пятисотстраничный текст проведет нас с дохтуром через многие приключения с самыми разными порождениями прихотливой авторской фантазии и непременным участием телесного низа. В продолжение которых, герою предстоит не только подтвердить профессиональную квалификацию, но и поддержать мущинское реноме.

Нынешний Сорокин мудрее и лиричнее прежнего, а кроме того, о, как на склоне наших лет нежней мы любим и суеверней, сияй, сияй, прощальный свет любви последней, зари вечерней! Скажу без экивоков, эпизод с буквой "Л" в финале (кто прочтет - поймет) тронул меня чуть не до слез. Автор и тут, конечно, не обошелся без ерничества, но такой уж это писатель, хотя бы для поддержания реноме, должен смазать краски будня, плеснув, в общем, разным.