Oroonoko or The Royal Slave

Итак, Афра Бен - первая профессиональная писательница Англии и ее самый известный роман "Оруноко, или Царственный раб". Предваряя все дальнейшие рассуждения, хочу сказать, что "Оруноко" - далеко не шедевр. Будь он написан чуть позже, кем-то еще, при иных обстоятельствах, вряд ли бы он привлек внимание современников, а наше тем более. Но время, личность автора и обстоятельства определяют многое. "Оруноко" - роман-загадка, роман-мистификация, а сам автор, Афра Бен, до сих пор вызывает множество споров. Первая женщина Англии, зарабатывавашая на жизнь литературой, по слухам лесбиянка, рассказывает историю, якобы произошедшею на ее глазах в далеком Суринаме. Вы знаете, где находится Суринам? Современники миссис Бен, думаю, даже не подозревали этого. Тем интереснее им было читать про экзотических птиц, мартышек с человеческими лицами и миниатюрных львов. Тем небычнее и невероятнее казались им традиции суринамских индейцев. Тем волнительнее было знакомство с обычаями африканских гаремов. И среди всей этой невероятной экзотики происходит трагедия - человек попадает в рабство и погибает.

Интересно то, что в принципе миссис Бен рабство оправдывает. Ей кажется абсолютно нормальным то, что одни люди продают других, чтобы те обрабатывали землю третьих. Исключением становится Оруноко, юноша царских кровей, настолько воспитанный, образованный и благородный, что его хозяева предпочитают вести с ним возвышенные беседы, а не отправить его на тростниковые плантации. Но для второй половины 17 века автор высказывает поистине революционные взгляды: африканцы, получившие образование, не глупее европейцев; жестокие, но прямодушные индейцы приятнее, нежели лицемерные жители Старого Света; женщины должны обладать правом самостоятельно выбирать себе спутника жизни; рабство и личность несовместимы.

Возможно, Афра Бен никогда не была в Суринаме и никогда не встречала людей, описанных в ее романе. Но с помощью этой местами наивной сказки она заговорила о проблемах, волновавших ее саму и ее современников и волнующих нас до сих пор. Не зря ее похоронили в Вестминстерском аббатстве наряду с Диккенсом, Киплингом и Харди.

Начало книги выглядит достаточно наивной чушью: дескать, далеко-далеко в Африке живёт такой идеальный принц, которого по чистой случайности воспитали посреди джунглей по идеалам гуманизма, просвещения и христианской морали, ну-ну. Но ближе к концу (достаточно небольшой) книги оказывается, что эта незамысловатая казалось бы повесть - одна из сильнейших по выразительности абсолютно конструктивной критики колониализма. Это как бы наивное допущение - на самом деле зеркало, которое Бен ставит перед колониальными властями. Они оправдывают само рабство, своё отношение к рабам и телесные наказания тем, что другие расы хуже их, полные дикари, которые не умеют себя цивилизовано вести. Тем не менее, перед лицом человека абсолютного, цивилизованого и идеального во всём, кроме "неправильного" цвета кожи, с ним они ведут себя точно так же. Это колониальные власти дикари. И это, говорит Бен, вполне ожидаемо - ведь управлять колониями едут не самые достойнейшие и отличившиеся, но те, кто оскандалился в доминионе и просто выслан подальше. И никогда властитель, разумный и справедливый управленец, не приедет проверят свои дальние владения. Все всё понимают - колонии создаются не для того, чтобы распространять добро вовне, а чтобы привезти обратно побольше денег, и не важно, на какую подлость ради этого придётся пойти. Колонии - выплеск самого дикого, что есть в "цивилизованном" западном человеке. Как это водится, женская проза до ХХ века - серьёзная и глубокая. Поскольку женщин не особо допускались в писательство, с большим трудом опубликованное и дошедшее до нас - выше любых похвал.

Двадцать первая книга тысячекнижного челленджа, все подробности которого на моём telegram-канале, указанном в профиле.

«Оруноко» — это история, которая про «слишком». Слишком положительные главные герои, слишком тяжкие испытания на их долю, слишком сильная любовь, и всё в этом духе. В общем, пока читала, старательно отмахивалась от ассоциаций с испанской прозой или латиноамериканскими сериалами, но понимаю, что не вышло.

Вроде и сюжет интересный, и финал трагичный, и зацепиться есть за что, а душу не затрагивает. Не хватило мне здесь настоящести, всё какое-то чрезмерное и потому кажется неискренним.

Оценка чисто за идею. вряд ли в конце семнадцатого века было много тех, кто не просто размышлял о жизни рабов, но ещё и что-то о ней писал.