Из-под капитанского кресла торчала попка Полины – ладная и аппетитная, но совершенно здесь неуместная.
– Кхм! – исключительно фальшиво кашлянул в кулак капитан.
– У меня щурек пропа-а-ал, – жалобно хлюпнуло под креслом. – Мося, Мося, кыть-кыть-кыть!
– Кто? Щурок? – изумился Станислав. По его скромным биологическим познаниям, щуркам полагалось летать, а не ползать по полу.
– Нет, щурек! Эндемик из Бессолнечной долины на Варте! Это такое… – Девушка, выглянув, беспомощно обрисовала руками нечто размером с крысу. – Ну вроде бурундука, только без хвостика.
– А почему я раньше его у тебя не видел? – Так я не показывала! А вдруг бы вы меня с ним на корабль не пустили?
Станислав наверняка бы не пустил и теперь только сурово хмыкнул. Но девушка вылезла из-под пульта с таким печальным видом, что ругать ее не повернулся язык.
- Он хоть кабеля нам не погрызет?
– Вряд ли, – неуверенно сказала Полина. – Но вообщето он всеядный… И колбасу любит. – Так это в твои блюдечки я вечно вступаю? – сообразил Станислав.
У девушки горестно задрожали губы, и капитан пошел на попятный.
– Найдется твой щурек, с корабля ему деваться некуда! Как он хоть выглядит? Предупрежу ребят, пусть высматривают.
– Серенький, в проплешинах, – благодарно зачастила Полина. – Уши большие и лысые, лапки кривые, глаза красные, раскосые, и между ними третий недоразвитый – теплочувствительный. Только скажите, чтоб они Мосю руками не хватали! Он кусается. И царапается. И вообще дикий, так что подзывать его, честно говоря, бесполезно.
– А зачем он тебе такой нужен? – поразился капитан.
– Ну как зачем?! – округлила глаза лаборантка. – Он же лапочка!