Цитаты из книги Позолочені вовки

«...чтобы победить, нужно просто вести себя так, как будто ты уже победил».

«... - Ты говорил, что будет легко! Что все пройдёт «как во сне»! - Кошмары - тоже часть сна».

— Бери все, что мир тебе задолжал, – говорил Гордыня. – У мира дерьмовая память. Он никогда не возвращает долги, так что приходится отбирать их силой.

– Ты говорил, что будет легко! Что всё пройдет «как во сне»! – Кошмары – тоже часть сна.

«В любом драматическом действе важно правильное освещение. И, конечно, шампанское».

« - Скажи, когда не сможешь дышать, - предупредила Лайла, затягивая корсет. - В этом. Нет. Никакого. Смысла. - Мода, моя дорогая, как и вселенная, не обязана предоставлять тебе разумные объяснения».

- Я принес подарки! - объявил он. Энрике не стал отрываться от книги. - Timeo Danaos et done ferentes. Все присутствующие вопросительно уставились на него. - Что? - спросила Зофья. - Это из "Энеиды", - пояснил Энрике. - "Бойтесь данайцев, дары приносящих". - Но я же не данаец. - Да, но принцип тот же самый

В мире нет ничего постоянного, кроме перемен.

«Она умела ловко проскальзывать сквозь все жизненные обстоятельства, пока мир пытался столкнуть ее на обочину».

У поступков более громкий голос, чем у слов.

«Волки были повсюду: в политике, на тронах, в постелях. Они рвали историю острыми клыками и толстели из-за бесконечных войн».

«Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине...Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание».

Простое слово. Оно не имело веса, зарядового числа или химической структуры, а значит, не стоило её внимания. И всё же оно причинило ей боль.

На самом деле она почти никогда не приходила вовремя. Пунктуальность предполагала излишнее рвение и нетерпеливость, а это, как известно, - качества, присущие крестьянам.

Похоть безопаснее любви, но и то и другое может вас уничтожить.

Ей стоило быть осторожнее, но в этом-то и состоит проблема со счастьем. Оно ослепляет.

– Что входит в твое понятие «дружбы»? – Ну, по средам мы будем приносить кровавые жертвы Сатане.

Он хотел навсегда забыть о том, что потерял. Может, тогда он перестал бы чувствовать себя так, будто когда-то умел летать. Теперь же небо покинуло его, не оставив ничего, кроме воспоминаний о крыльях.