Цитаты из книги Голодное сердце (сборник)

В тот момент, когда наши с Радьяром взгляды встретились, я увидела в его глазах дикую боль, смешанную со страхом не успеть, не спасти, не вернуть. Такие глаза бывают у тех, кто уже понимает, что обречен на смерть, но отчаянно пытается выжить, делая при этом невозможное.

– Она как Аттойя, такая же вкусная и прекрасная. Рядом с ней оживаешь, а, Хран? Сомнительный комплимент, особенно после того, как я попробовала одноименный «заграничный» деликатес.

За три дня нас завалили одеждой, драгоценностями, вниманием и своими мускулистыми фигурами тоже. Причем много-много раз на дню. Чувствую, мои ноги скоро забудут, как выглядят вместе! Ох, нелегка жизнь второй половины самца-леморанца!

Женевьева, с открытым ртом слушая Йанура, поймала себя на мысли, что от такой похвалы ее самооценка заметно поползла в гору. И прямо сейчас захотелось побить себя пяткой в грудь с воплем: «Да, да, я такая!»

Я сделала интересный для себя вывод об их жизни: мужики пашут как проклятые, чтобы обеспечить будущую лианэ, и полностью зависят от любой женщины – из-за необходимости питаться, а женщины живут за счет мужчин как трутни, но являются необходимой для выживания мужчины «кормушкой». Как говорится, любишь кататься, люби и саночки возить. Круговорот еды в природе.

Мое большое романтическое приключение! Я, может, завтра умру. Для своих я уже умерла, да и для себя тоже. А сейчас я получила шанс на жизнь. Почему я не могу насладиться новыми и такими долгожданными чувствами? Невозможными для меня в прошлой жизни. И я решила расслабиться и плыть по течению. Будь что будет.

В тот момент, когда наши с Радьяром взгляды встретились, я увидела в его глазах дикую боль, смешанную со страхом не успеть, не спасти, не вернуть. Такие глаза бывают у тех, кто уже понимает, что обречен на смерть, но отчаянно пытается выжить, делая при этом невозможное.

Рантаир хмуро взглянул на Дара прошипел: — Ты слишком много говоришь, ис! Может, мне сменить корабельного врача? Я засмеялась и сказала: — А у тебя и корабля-то больше нет, я его вдрызг разбила. А ис Дара я к себе на корабль врачом возьму, чтобы ты на него так больше не шипел.

Он смотрел на меня, и его слова звучали так, как будто зачитывали приговор суда, причем ему же.

А вообще, они ко мне очень быстро привыкли и уже как со своей обращаются. Может, это из-за того, что мы от них почти не отличаемся, а может, потому что муж – второй наследник и, если ему что-то не понравится, с удовольствием крепко пожмет недовольным руку. Главное, чтобы после этого рукопожатия рука у недовольных не отвалилась!

Заставив себя встряхнуться, она с натянутой улыбкой обвела всех взглядом и с усмешкой обратила внимание на спящего Харнура, откинувшегося на спинку глубокого кресла, мягко прижимающего к себе Сабрину, которая спала, уткнувшись ему в грудь, приоткрыв рот и подложив обе ручки под щеку. – Понятно… Видимо, мои песни на любителя. И молодежи они нравятся… только в качестве колыбельной.

– Когда со мной и Рантаиром это произошло в первый раз, он тоже пытался мне денег дать. Думаю, даже на такой корабль хватило бы, да. – Она, улыбаясь, посмотрела на мужа, который со счастливой улыбкой кивнул и уткнулся носом ей в шею, а Ева продолжила: – И я сейчас очень хорошо представляю, что ты почувствовала в первый раз, взяв Йанура за руку и испытав на себе такой плотный прямой контакт. Со временем ты привыкнешь!

– Света, неужели ты еще не поняла за двадцать два года жизни, что все мужики – животные? И какая разница, растет у него из задницы хвост или нет. Сути это не меняет!

Даже находясь в рубке обреченного корабля и пытаясь его посадить на Крап-чаг, я не боялась умереть, ведь в медитеке находился мой мужчина. Я боялась остаться в живых, если он умрет.

Разум насмерть бился с сердцем и душой, доказывая, что мы не пара и между нами не может быть ничего общего. Но, судя по всему, скоро он погибнет в неравной схватке.

Боже, как мало нам женщинам надо, чтобы начать прикипать своей душой к абсолютно неподходящему мужчине.

— Ты замерзла, Аттойя? Я просто качнула головой, а потом, хлюпнув носом, пояснила: — Я просто боюсь потерять тебя, любимый. Понимаешь, от жизни я хочу всего и побольше, но только если рядом будешь ты, а если тебя не будет, то мне не нужна такая жизнь.

Даже сидя там, в рубке обреченного корабля и пытаясь его посадить на Крап-чаг, я не боялась умереть, ведь в медитеке со мной находился мой мужчина. Я боялась остаться в живых, если он умрет.

— И как много ты услышала? Тревога в его глазах просто разрывала мне сердце. Я погладила его по щеке и прошептала: — Достаточно, чтобы захотеть его убить.