Ей было так больно за молодую дочь свою, и ей бы так хотелось крепко прижать ее к своей груди и согреть возможными словами ласки и утешения; но она знала, что бывают страдания, которые следует сносить молча, о которых лучше не говорить ни с кем, даже с родной матерью, потому что впоследствии, при иных обстоятельствах, когда старое позабыто, и вновь стремишься к счастью и блаженству, прежняя откровенность может оказаться тяжелой помехой; тому, кто когда-то был откровенен, будет все казаться, что у другого в душе еще жив его рассказ, что он вспоминает и размышляет о нем.(Фру Фёнс)
1 понравилось
Ваша оценка