Сюжетно книга вращается вокруг главного события - медицинского эксперимента, результатом которого стало преображение смышленого дворового пса в неотесанного, наглого и хабалистого Полиграф Полиграфовича Шарикова. Однако в это прочтение мне наиболее интересным показался не сюжет, а контекст, в котором все это происходит.
Профессор Преображенский, эдакий экспонат из недалекого прошлого, умудрившийся с помощью связей сохранить свое положение после Октябрьской революции и всеми последовавшими изменениями. Он живет в огромной квартире, принимает пациентов на дому, у него целых две служанки - для которых есть даже отдельная комната! Профессор противопоставлен новым гражданам в лице домоуправления, и они друг друга взаимно, кхм, недолюбливают.
Профессору в этом произведении дозволено критиковать новый режим, ненавидеть пролетариат, скучать по прошлому - и, что самое невероятное, произносить это вслух, не скрываясь. Профессор позволяет себе очень явно критиковать новую советскую повседневность 1920-х, не называя это однако оппозицией.
- Контрреволюционные вещи вы говорите, Филипп Филиппович, - шутливо заметил тяпнутый, - не дай Бог, вас кто-нибудь услышит!
- Ничего опасного! - с жаром возразил Филипп Филиппович, - никакой контрреволюции! Кстати, вот еще слово, которое я совершенно не выношу! Абсолютно неизвестно, что за ним скрывается! Черт его знает! Так я говорю: никакой этой самой контрреволюции в моих словах нет. В них лишь здравый смысл и жизненная опытность...
Кажется, что эксперимент с Шариком показательный: одни люди пытаются быстро и насильно улучшить общество, а профессор берется за такое же быстрое и насильное улучшение, но уже конкретного человека. Эксперимент профессора проваливается, и он признает свою ошибку, первый же эксперимент с его результатом оставлен за скобками с некоторым намеком.
А теперь ответ на мой главный вопрос: как цензура вообще пустила все это в печать в СССР? Оказалось, никак. Произведение было написано в 1925, однако затем к печати не допущено, более того - изъято в 1926 в ходе обыска. Впервые опубликовано за границей в 1968, а в СССР официально впервые в 1987. Однако произведение существовало в самиздате, читалось и обсуждалось.
Дополнительно отмечу емкий, сатирически смешной и насыщенный язык Булгакова. Читать, как всегда, удовольствие!
10 понравилось
