Цитаты из книги The Black Prince

Мы подскочили, как души грешников, подколотые вилами дьявола.

Но бывают страдания, которых ничто не может стереть из памяти. Они остаются в нашей жизни как черные абсолюты. Счастливы те, на кого эти черные звезды роняют хотя бы слабый свет.

Даже самые дурацкие современные затеи могут обладать успокоительным простодушием, могут служить якорем спасения.

Вероятно, вообще невозможно быть счастливым до сорока лет.

Может ли что-нибудь сравниться с мутным, гнетущим ощущением, которое остается от неудавшегося брака? А с ненавистью, которую испытываешь к бывшему супругу или супруге? (Как смеют они быть счастливыми?) Не верю тем, кто в этой связи толкует о «дружеских отношениях»

Я никогда не стремился к приятности за счет правды.

А для человека иронического что может быть забавнее, чем положение преступника, не совершившего преступления?

Эту квартирку я до отказа набил мебелью, викторианскими и восточными безделушками, разнообразными мелкими objets d'art [4], диванными подушечками, инкрустированными подносами, бархатными скатертями, даже салфеточками, даже кружевами. Я не коллекционирую, я просто накапливаю.

Музыка трогает меня, она до меня доходит, может меня волновать и даже мучить. Она доходит до меня, как доходит зловещее бормотание на языке, который тебе почти понятен, и ты с ужасом подозреваешь, что бормочут о тебе.

Любя, мы почти отрываемся от своего эгоистического «я». Как прав был Платон, говоря, что, обнимая красивого мальчика, он находится на пути к добру.

Горе должно иссекать искры, а не источать сырость.

– Конечно, бывает, что мы и повздорим. Брак – это долгое плаванье в тесной каюте. Естественно, нервы сдают.

Кажется, будто живые всегда могут перехитрить мертвых. Только это пустая победа.

Можно любить и цепи свои, и оковы.

– Да, однако факт, что «Гамлет» – самое широко известное произведение мировой литературы. Землепашцы Индии, лесорубы Австралии, скотоводы Аргентины, норвежские матросы, американцы – все самые темные и дикие представители рода человеческого слышали о Гамлете.

Бог, если бы он существовал, смеялся бы над своим творением.

Руки дрожали, ноги ныли и гудели, колени находились в состоянии, описанном греческой поэтессой

Когда физическое желание и любовь неразделимы, это связывает нас со всем миром, и мы приобщаемся к чему-то новому. Вожделение становится великим связующим началом, помогающим нам преодолеть двойственность, оно становится силой, которая превратила разъединенность в единство, когда Бог даровал нам блаженство.