Цитаты из книги Пир

В тот светлый миг одной улыбкой смела Надежду поселить в твоей груди: Какую власть я над тобой имела! Я помню всё:Но ты, - ты помнишь ли?

Зачем тебе, брат, философия. У тебя есть вера...

- Освобождая мир от слабых, от нежизнеспособных, мы помогаем здоровой молодой поросли! - Мир не может состоять исключительно из сильных, полнокровных, осторожно положив дымящуюся сигару на край гранитной пепельницы, Мамут отрезал кусочек мяса, сунул в рот, захрустел поджаристой корочкой. Попытки создания так называемого "здорового" государства были, вспомните Спарту. И чем это кончилось? Все те, кто толкал падающих, сами попадали.

Вся греческая литература ницшеанская! От Гомера до Аристофана! Аморализм, инцест, культ силы, презрение к быдлу, гимны элитарности! Вспомните Горация! "Я презираю темную толпу!" А философы? Платон, Протагор, Антисфен, Кинесий? Кто из них не призывал преодолеть человеческое, слишком человеческое? Кто любил демос? Кто говорил о милосердии? Разве что один Сократ.

Мясо вообще странная пища, - тяжело пережевывал Мамут. - Это почему же? - спросил Саблин. - Живое потому что. А стоит ли убивать живое исключительно ради поедания?

...перила, глаза до слез всосали замерший мир...

Влажная лавина утреннего воздуха навалилась, объяла, бесстыдно затекла под сорочку.

Надобно идти, братья! Надобно приступить к государю! Надобно встать на колени! Надобно протянуть ладони! Надобно разорвать рубахи! Надобно обнажить груди! Надобно показать спины! Надобно выставить локти! Надобно вывалить пупки! Надобно обнаружить раны! Надобно отдавить чирьи! Надобно растревожить язвы! Надобно сказать громко: не можем больше, царь наш! Надобно потребовать ответа! Надобно стоять, пока не ответствует!

СОНЯ ЦИФРИНОВИЧ. Мишка, не бойся, у гоев деньги никогда не переведутся! Пока русское быдло стоит у доменных печей и горбатится в шахтах, нам будет что переводить в швейцарские банки! МИША РОЗЕНТАЛЬ. Еще лет пять, как минимум! А потом, когда от этой страны останется шелуха, мы и сами окажемся в Швейцарии!

Яйца сворачиваются почти сразу. Чпок, чпок, чпок! И все это шкворчит, поет и беспокоится. Как коммунисты на несанкционированном митинге.

Эдик, ну как не сомневаться, когда мой дед, отец, теща и жена всегда, сколько я помню, говорили о проблеме колбасы в России! А прабабушка, покойница, бывало утром на кухню выйдет, подойдет так тихонько и мне на ушко: «Ванечка, а я опять во сне копченую колбаску видала!»

— Россия наша — большинское болото, — заговорил отец Андрей. — Живем мы все как на сваях, гадаем, куда ногу поставить, на что опереться. Не то чтоб народ наш дрянной до такой степени, а метафизика места сего такова уж есть. Место необжитое, диковатое. Сквозняки гуляют. Да и люди тоже — не подарок. Трухлявых да гнилых пруд пруди. Иной руку тянет, о чести говорит, святой дружбой клянется, а руку его сожмешь — гнилушки сыпятся.

— Боль закаляет и просветляет. Обостряет чувства. Прочищает мозги. — Чужая или своя? — В моем случае — чужая.

— Ненависть разрушительна для души, — хрустнул пальцами отец Андрей. — Ненавидящий страдает сильнее ненавидимых.

Вообще, иногда в родном человеке может черт-те, что померещиться.

Живем мы все как на сваях, гадаем куда ногу поставить, на что опереться. Не то чтоб народ наш дрянной до такой степени, а метафизика места сего такова уж есть. Место необжитое, диковатое. Сквозняки гуляют. Да и люди тоже - не подарок. Трухлявых, да гнилых пруд пруди. Иной руку тянет, о чести говорит, святой дружбой клянется, а руку его сожмешь - гнилушки сыпятся. Поэтому и ценю я прежде всего в людях крепость духа.

"...люблю людей, хотя многие из них выказывают скуку. Но скучных же тоже надобно любить?"