Цитаты из книги В дороге

– Вы, парни, куда-то едете или просто едете? – Мы не поняли вопроса, а это был чертовски хороший вопрос.

...Они скрепили свои отношения неразрывными, дьявольскими узами круглосуточных разговоров.

Я люблю сумасшедших, таких, которые бешено хотят жить, бешено хотят говорить, бешено хотят спастись, которые хотят иметь все сразу, которые никогда не зевают и никогда не говорят пошлостей, а всегда горят, горят, горят.

Каждый человек - это кайф, старина!

...Дорога - это жизнь.

the only people for me are the mad ones, the ones who are mad to live, mad to talk, mad to be saved

Мне понравился этот человек. Он просто гнулся от воспоминаний.

Жизнь есть жизнь, и в ней всему есть место.

Мы оба лежали, глядя в потолок, и думали, что же Господь наделал, когда сотворил жизнь такой печальной.

Ничего нельзя понять раз и навсегда. Это никому не дано.

Стоял октябрь, и я возвращался домой. В октябре все возвращаются домой.

Все на свете взаимосвязано, вот так и дождь связывает друг с другом всех на всей земле, по очереди касаясь каждого...

... мне нравится слишком многое сразу, я всегда путаюсь и зависаю на бегу от одной падающей звезды к другой – и, в конце концов, сам падаю вниз.

Это была зловещая минута. Каждый из нас думал, что мы никогда больше не увидимся, и каждому было на это наплевать.

Мы были в восторге, мы воображали, что оставили смятение и бессмыслицу позади, а теперь выполняем свою единственную и благородную функцию времени - движемся.

Через десять шагов мы оба обернулись, потому что любовь - это дуэль

...Горькая, с примесью зависти любовь к человеку, который так поразительно умеет оставаться самим собой, любовь яростная, смешанная с презрением и близкая к помешательству, с улыбкой нежного обожания, но одновременно и черной зависти,..любовь, которая... никогда не принесёт плодов, потому что...он слишком безумен.

Единственное, по чему мы тоскуем при нашей жизни, что заставляет нас вздыхать и стонать, и испытывать сладкое головокружение, - это воспоминание о нкоем утерянном блаженстве, которое, быть может, было испытано еще в материнском чреве и может быть обретено вновь (хоть нам и не по нутру это признавать) только в смерти. Однако кому охота умирать?