Цитаты из книги Бытие наше дырчатое

Ибо что есть совесть? Не более чем легкая форма расщепления личности.

В такую погоду не то что рыбнадзор — браконьера на стрежень не выгонишь!

Ох, это слово «официально»! Стоит его произнести — и начинается какая-то мистика…

Перебежав в лагерь поверженных, на первых порах неминуемо очутишься в обществе приличных людей, поскольку все проходимцы благополучно переметнулись на сторону победителя.

Нормальным мы привыкли называть человека, чей диагноз совпадает с диагнозом большинства…

— Ну почему обязательно Толкин? Почему вы, например, не устроите игру по «Дон Кихоту»? Можно сказать, первый ролевик, предшественник ваш… свихнулся на том же, на чем и вы, только века на четыре раньше…

Это как же надо ненавидеть Толстого, чтобы выучить его наизусть!

«На самом деле никаких галлюцинаций не бывает. Просто эти психиатры верят всему, что им ни расскажи…»

Нет ничего обиднее, когда политический противник реализует твою же навязчивую идею. Чувствуешь себя обворованным.

Отчаянное беспокойство сменилось беспокойным отчаянием.

Не настолько больной, чтобы умереть за идею, и не настолько здоровый, чтобы, изменив идеалу, не мучиться угрызениями совести.

Какое счастье, — думал он, засыпая, — что это была всего лишь явь…

Там собирались бисексуалы - двуличные твари, способные одновременно любить и женщин, и Родину.

Любая политическая ориентация — нетрадиционна.

В элитных кварталах траур. Видел девушку в приспущенном государственном флаге…

Краткое волшебное время, когда крысы уже сбежали, а корабль еще только собирается тонуть

Погода, помнится, была под стать политической обстановке: ветрено, переменная облачность, то набежит нервный либеральный дождик, то полыхнет в разрыве туч роскошное имперское солнце.

Большинство людей боится заглядывать в себя. И правильно,кстати, делает. Страшноватенько там, знаешь,внутри. Не каждый отважится. Проще себя придумать.

"Какое счастье,-думал он,засыпая,-что это была лишь явь..."