Девушка на качелях

Меломаны с солидным стажем скорее всего помнят, как их старшие братья-сёстры и родители, а может и они сами крутили свои первые виниловые сокровища не на специальных проигрывателях-вертушках, а на радиолах (для тех, кто не в курсе: «Радио́ла — бытовое радиоэлектронное устройство, конструктивно объединяющее в одном корпусе радиоприёмник и электрофон. Такие узлы, как УМЗЧ, блок питания и громкоговорители в радиоле являются общими» (Вики). У нас дома в 60-е годы царила в общей комнате радиола «Мелодия» (вот такая), и старший брат вовсю уже меломанил, с родительского благословения заказывая через «Посылторг» грампластинки, ну а я естественным образом пропитывался этим меломанским духом на всю оставшуюся жизнь (сейчас на этой волне воспоминаний нашёл и включил песенки Катарины Валенте). Так вот, в те времена (я сейчас имею ввиду 60-е) на этих устройствах можно было проигрывать пластинки с разными скоростями — 78, 45 и 33⅓ оборота в минуту. И было забавно порой включить тут или иную песенку на другой скорости и от души похохотать либо над тягучими полубасами замедленно-заторможенных обычно звонкоголосых певиц, либо, наоборот, над буратинско-писклявыми фальцетами солидных певцов.

Чего это я вдруг какое-то старинное меломанство тут приплёл? Да просто читаемая книга практически напрямую вызвала вот эти детские (даже ещё не подростковые) воспоминания и ассоциации. Потому что по своему темпоритму, по тягучести и медлительности напрямую соответствовала ситуации, когда пластинка с 78 об./мин. воспроизводилась на 33⅓, причём длилась вся эта томительная тянучесть практически до самого конца романа.

К тому же первую половину книги я вообще дико недоумевал, с какого такого переляку «Девушку...» наградили жанровым тегом «Зарубежное фэнтези» — голый реализм в чистом виде. Хотя и с появлением в книге нового яркого и значимого персонажа (Карин) и с последующим развитием странных событий и мрачных происшествий никакого соответствия фэнтези я не обнаружил. Уже и книга кончилась, а фэнтези где-то затерялось вне пределов текста.

Если уж говорить о тегах, то тут скорее подошло бы упоминание о готическом романе (в последней четверти объёма), возможно, о мистике и о романтическом триллере. Хотя автор аннотации старался на это намекать, упоминая изо всех своих аннотаторских сил Дафну Дюморье. Но мне показалось, что здесь больше влияния Эдгара Аллана По с его «Лигейей» и «Береникой», и с сочетанием двух центральных моментов — любовь и смерть. Впрочем, ассоциация с По на самом деле означает только то, что я высоко ценю творчество этого неординарного писателя и помню названия некоторых его произведений.

Понятно, что автор постарался сделать свою книгу если не в подражание этим двум упомянутым авторам, то просто в этом стиле и в духе высокого романтизма, с элементами декадентства и готики. И в этом смысле книга удалась, потому что всё упомянутое в этом романе довольно искусно сложено и гармонично сочетается, сплетаясь в ткань повествования о высокой и одновременно грешной любви и о жизни нескольких высоко романтичных, чистых и вместе с тем грешных людей.

Чтобы читателю не было скучно, автор довольно плотно наполняет свой роман сведениями из области производства английского фарфора и о деловой активности любителей и ценителей изделий из этого красивого необычного материала. И действительно, должен же наш герой чем-то заниматься! Однако вот тут появились некоторые сомнения, касающиеся достоверности образа Алана Десланда. Потому что с точки зрения деловой он показал себя довольно успешным специалистом и дельцом, что требует наличия некоторых совершенно определённых деловых качеств и свойств. И вместе с тем в истории его отношений с женщинами вообще и с Карин в частности мы отмечаем его робость и нерешительность, при этом сила этих запирающих и сковывающих качеств такова, что он попросту оказывается поначалу по мужски бессилен (что поделаешь, «гнутие ствола» — случается такое). Конечно, в жизни бывает всякое, но всё-таки мне сочетание одновременно разносторонне направленных свойств и особенностей личности показалось нарочитым. Впрочем, иначе и романа бы тогда не было —ни книги и ни отношений Алана и Карин. По крайней мере, в той форме изложения, которую избрал автор.

Анализировать и расписывать всю мистическую составляющую этого романа означало бы погубить всю интригу. Скажу только, что автор никак не обосновал появление на страницах книги неких, мягко говоря, странных существ и каких-то потусторонностей и невнятно объяснил причины грешности некоторых персонажей. Т.е. типа хавайте, что дают, и догадывайтесь сами. Не, ну понятно, что Карин под влиянием сильной внезапно вспыхнувшей страсти к Алану совершила некое тяжкое по сути и по всем последствиям деяние (кстати сказать, как-то в романе мне показалось, что Карин не испытывает страсть по отношению к Алану, а играет эту страсть и необоримое сексуальное влечение, и я практически до конца романа ждал в этом смысле подлянки и срывания покрова тайны), но с какого бодуна всякие эти инфернальности вцепились именно в Карин и полезли за ней с континента на Остров — нифига не увидел обоснования. Что она, была запродана изначально диаволу? Или при совершении своего главного греха продала свою душу? В общем, либо надо перечитывать всю концовку, либо «а ну его!».

Если говорить об общем впечатлении, то что-то среднее между 3,5 и 4,0 — что-то было интересно, а в каких-то местах откровенно скучно и тягуче-томительно (помните про радиолу?). На любителя, в общем. Но! Вот к Эдгару По постараюсь вернуться не слишком затягивая — и то хлеб от прочитанного романа :-)

Я не читала у Адамса ни одной книги до этого романа. Меня привлекли и аннотация, и обложка — словом, всё, что я могла узнать о книге ещё до её выхода. ⠀ Действие книги происходит в 70-80-х годах прошлого века, современность на момент написания романа. Главный герой, Алан Десленд, получает в наследство от отца лавку торговли антикварным фарфором. Он прекрасно ориентируется в ведении дел, а потому ему всё удаётся с лёгкостью. Он нежно любит фарфор и керамику, хорошо образован, начитан, но абсолютно неудачлив в отношениях с девушками — точнее, их у него вовсе не было. И кроме того, иногда с Аланом происходят необъяснимые отчасти мистические "видения". В рабочей поездке он встречает девушку, которая переворачивает его жизнь с ног на голову. Она полностью отдаёт себя молодому человеку, но почти ничего не рассказывает о себе... ⠀ Этот роман — ода плотской любви, размышлениям о совмещении её с религиозностью, гимн красоте и самой жизни. Развязка истории жёсткая и обрывистая, хотя нарастающее чувство необъяснимой тревоги сопровождает читателя с самого начала. ⠀

Человек — существо из плоти и крови. Он не может быть добрым и милосердным, если ему неведома настоящая плотская любовь. Тогда ему нечего отдать. А вот влюблённые могут позволить себе щедрость и сострадание.

⠀ Думаю, этот роман станет одним из моих любимых. По атмосфере и ощущениям во время чтения он напоминает "Грозовой перевал", "Тринадцатую сказку", "Бэллмена и Блэка" и "Ребекку". Очень советую попробовать, если вам нравятся вышеупомянутые книги.

Качели в своем понимании очень похожи на маятник. Беспечно, не зная усталости, качаются то в одну, то в другую сторону. Раз - два, добро - зло. Разницы не чувствуя, индифферентно, раскачиваясь в точно заданном ритме, они впадают в легкую степень транса, чтоб тихим скрипом напомнить, что у каждого решения есть последствия, а у медали – две стороны. Человеку только кажется, что он волен выбирать. Отнюдь. Ежесекундно принимая решения, мозг иногда даже не в силах обработать такой поток информации, чтоб принять, в общепринятом смысле, правильное решение. Да, парадоксально, но наш выбор полностью зависит от множества факторов, в которых мы пытаемся плавать с рождения, изучая подводные мины, на которые лучше не натыкаться. Осознанно делая выбор, человек свыкается с мыслью, что призраки предопределенности возьмут свое с процентами. Договор с дьяволом прост, ничего сверхъестественного.

Ужастик с нарисованными монстрами не так страшен, как деяния самого человека, его границы, его поступки. Монстры внутри нас сидят тихо, но ровно до того момента, когда человеческие чувства и инстинкты не прорывают плотины сознания. Лавина сметает все на своем пути, ломая хрупкие постройки моральных устоев, светлых надежд, добрых побуждений. Человек слаб, так достоин ли он прощения?

Ричард Адамс создал довольно трудное для понимания и для осознания произведение. Думаю, что создавалось оно как хрупкий фарфор, путем лепки, обжига и росписи. Под множеством слоев глянца из глазури, скрывается грязь обычной глины. Кусок вязкой жижи превращается в легкую и идеальную фигурку, за которую некоторые готовы отдать целое состояние, душу, мирясь с цепными псами из ада, которые прибегут забирать долг. А они обязательно прибегут. Дело во времени. Роман тягуч и многословен, насыщен подробностями, забит до отказа ненужным старьем, деталями, которые как карточный домик, готовы рухнуть в любой момент. Дорога в горку всегда тяжела, но посередине, когда начинается спуск, инерцию движения уже не остановить, трагедию не предотвратить, остается только наблюдать за неизбежным.

Перед нами разворачивается история одной любви. Романтичной, трагичной, страстной, ужасной – все одновременно. Любовь она как яд, иногда попадая в организм, ломает его, отравляет каждую клеточку, отключает разум и плюет на последствия. Человеческие судьбы ломаются как печенье, плавятся как лед, оставляя после себя лишь остатки воды. Счастье и боль – увы, маятник, в общем-то, качается в обе стороны.

Алан Десленд – обычный мужчина, англичанин, получивший качественное образование, владелец антикварного магазина . Женщины его в принципе не очень интересовали, весь смысл жизни составляла работа и поиск коллекционного фарфора. Если вы думаете, что он мужчина мечты, нет, он совершенно обычный, ничем не примечательный, далеко не идеальный, но верящий в оглушительную силу любви человек. Кто не верит в любовь? Ох, не зовите, она придет в самый ненужный момент и разорвет на кусочки, как дикое животное свою добычу. Самое важное в характере Алана, то, что он коллекционер, то есть тот человек, кому определенная вещь нужна до жути. Обладание вожделенным предметом затмевает все сопутствующие факторы, превращая в слепое пятно все, что находится рядом, обращая жизнь в одно больше «хочу». По работе Алан приезжает в Копенгаген и встречает идеальную девушку, объект его вожделений, ангела, срони белому фарфору без изъянов – Карин. Просто Карин. Она воплощение идеала, она то, что так ему недоставало, она - это мир. У нее нет недостатков, как у самого прекрасного произведения искусств, она воплощение женственности, идеальной формы счастья. Он не хочет знать ничего, что было до него, его незнание его вполне устраивает, потому как обладание идеальным артефактам не подразумевает, что им обладал кто-то до него. Вспыхивает сильная страсть, которая по законам жизни, горит ярко и сгорает дотла. У Карин есть история, как и у любого человека, но чтоб быть с Аланом, она делает страшный выбор, который рано или поздно догонит их обоих.

Верить ли в мистику в этой истории? Не знаю. Написано нагнетающе, местами страшно, местами удушающе мерзко. Последствия выбора проявляются с ошеломляющей скоростью, теряется грань между сном, явью, светом и тьмой, добром и злом. Виновность определяется внутренней убежденностью, остатками совести, кусочками разума. И Карин и Алан все знали изначально, догадывались о финале, пророчили итог. Автор намекает нам о том, что было, не утверждая определенно, выводы делает читатель, руководствуясь своими моральными убеждениями. Желание обоих перечеркнуло все, их идеальность превратилась в труху, их любовь излилась черной грязью прошлого, замазывая яркую глазурь настоящего. Останется только фигурка девушки на качелях с невинным ангельским личиком, статично замерев под слоем глазури, как напоминание о грехах , о последствиях, об ужасе произошедшего.

Книга парадоксальна, полна противоположностей и контрастов. Автор жонглирует ими, когда, казалась бы, засыпаешь в обыденности. Тихая семейная жизнь наполнена страстью, страхом, радостью, болью – всем спектром чувств, которые может испытать человек. Мы все хотим чувствовать, это и есть жизнь. Хотим испытывать эмоции, а многие на них подсаживаются, испытывая зависимость. И тут возникает резонно морально-этический вопрос – на что готов пойти человек, ради жизни? Мучиться и терпеть или сгореть в ярком адском огне? Кто остановит колыбель Ньютона, чтоб дать передышку человечеству? Смерть нам – это расплата за рождение, а как жить – это выбор одного единственного человека. Последствия необратимы. Осуждение под запретом. Так кто первый бросит камень?