Цитаты из книги Метро

Ваша цивилизация — это раковая опухоль, это огромная амеба, жадно всасывающая в себя все, что есть полезного и питательного вокруг, и исторгающая только зловонные отравленные отходы. И теперь вам снова нужны ракеты!

Но что такое звездное небо для ребенка, который не способен представить себе даже, что над головой может не быть потолка?

Он не нелюдь. Обычный человек. Жестокий, глупый, злопамятный. Как все.

Все время мы думаем, что мы шибко сдались кому-то. Что тут, у нас, пуп земли. Что мы последние, или что единственные, или что главные. Что у нас тут судьбы мира решаются. Хера. Ничего тут не решается.

Станция метро ВДНХ: конечная. Дом родной. Двести метров в длину, и на них – двести человек. Места как раз: меньше – не надышишься, больше – не согреешься.

...если ты не можешь солнце потерпеть – как ты наверх вернешься, когда время придет?

- Но только откуда вы знаете, что это миф? Мы же тебе это и рассказали. Понимаешь? Сразу дали тебе готовый образ, в который ты нас можешь уложить. Ты ведь простая душа. сердцем думаешь, а не головой. Образами. Ничего, насыплю я тебе штампов, угощайся.

– Ну и сидите! Жрите! Жрите друг друга дальше! Пускай вами тут крутят! Как баранами! Хотите сами дохнуть – дохните! В дерьме возиться – возитесь! Свое гребаное прошлое перекапывать – давай!

"За годы в метро человек не накопил сил, чтобы с триумфом подняться вверх по ступеням сияющего эскалатора, везущего его к былой мощи и великолепию. Напротив, он измельчал, привык к темноте и тесноте."

Как же, как же. Референдум. Народ скажет да — значит, да. Скажет нет — значит, народ плохо подумал. Пусть народ подумает еще раз.

Он слишком много общался с людьми и от этого перестал чувствовать то, что нахлынуло на него тогда, при выходе с Алексеевской- что метро- это не просто некогда сооруженное транспортное предприятие, не просто атомное бомбоубежище, не просто обиталище нескольких десятков тысяч человек. Что в него кто-то вдохнул собственную, загадочную, ни с чем не сравнимую жизнь, что оно обладает неким непривычным и непонятным человеку разумом и чуждым ему сознанием.

Но это ничего, главное ведь вот здесь- он указал себе на грудь, главное- то, что происходит , а не снаружи. Главное- внутри оставаться все тем же, не опуститься, а условия- черт с ними, прошу прощения, с условиями!

Люди всегда умели убивать лучше, чем любое живое существо.

Шлем несколько смягчил педагогический эффект...

Время как ртуть: раздробишь его, а оно тут же срастется, вновь обретет целостность и неопределенность. Люди приручили его, посадили на цепочки карманных часов и секундомеров, и для тех, кто держит его на цепи, оно течет одинаково.

Им овладело веселое отчаяние: весь мир был против него

Если человек разумный, рафинированный и цивилизованный сапиенс выбирает капитуляцию, то я откажусь от этого почетного звания и лучше стану зверем. И буду, как зверь, цепляться за жизнь и грызть глотки другим, чтобы выжить. И я выживу. Понял!? Выживу!

— Ты говоришь, люди? Нет, друг мой, это звери. Это шакалья стая. Они собирались нас порвать. И растерзали бы. Но одного они не учли. Они-то шакалы, но я — Волк. Есть станции, где меня знают только под этим именем, — добавил он и отвернулся лицом во тьму.

Артем стоял молча, пораженный увиденным и наконец начинал понимать, кого Хан так напоминал ему иногда.

— Но и ты — волчонок, — спустя минуту добавил тот, не поворачиваясь к нему, и в его голосе Артему почудились неожиданно теплые нотки.

"В случае подачи сигнала тревоги "Атом" двигаться к ближайшей станции, там встать и открыть двери. Содействовать силам гражданской обороны и армии в эвакуации пострадавших и герметизации станций метрополитена..."