Цитаты из книги Сестрица

— У меня есть бутылка портвейна, — вздохнула Судьба. — Хотя бы ее королева фей не разбила.

— Хорошего?

— Я слишком стара, чтобы пить плохой.

— Ну так идемте разгружать, — решительно сказала Элла. — Нам надо еще победить врага. Спасти короля и страну. И не упустить предателей. — Она мрачно усмехнулась. — Повесить их, растянуть на дыбе и четвертовать.

У Гуго глаза на лоб полезли. Он почесал в затылке:

— Какая ты стала, Элла. Совсем не та девочка, какой я тебя помню. Видно, правду говорят люди. Что нас не убивает...
— ...то делает из нас королеву Франции...

— Какая хорошенькая девочка. И такая милая и приятная, — сказал он. — Я попрошу твоего папу отдать тебя в жены моему внуку. Тогда у тебя будет богатый муж, красивый дом и много модных платьев. Хочешь?

Элла подумала, а потом сказала:

— Лучше маленького щеночка. Можно?

– Какая хорошенькая девочка. И такая милая и приятная, – сказал он. – Я попрошу твоего папу отдать тебя в жены моему внуку. Тогда у тебя будет богатый муж, красивый дом и много модных платьев. Хочешь? Элла подумала, а потом сказала: – Лучше маленького щеночка. Можно?

Этот мир и люди в нем – такие, как Тетушка или моя мать, – они делят нас по сортам. Раскладывают по ящикам. Вот ты будешь яйцом. Ты – картошкой. Ну а ты – капустой. Они говорят нам, кто мы есть сейчас. Что нам таким делать. И какими становиться.
– Потому что они боятся. Боятся того, какими мы можем стать, – сказала Тави.
– А мы позволяем им командовать нами! – сердито выпалил Гуго. – Почему?
Тави ответила ему печальной улыбкой.
– Потому что мы тоже себя боимся, – сказала она.

В книгах по истории написано, что войны начинают короли и герцоги. Это неправда, не верьте им. Войны начинаем мы с вами, вы и я. Каждый раз, когда предпочитаем отвернуться, не заметить, пройти мимо, не связываться.

— Ты — самая ужасная девушка, которую я знаю, — с подкупающей искренностью сказал Гуго. — Такая сильная и упрямая, что снишься мне в кошмарах.

Изабель ответила ему робкой улыбкой:

— Спасибо, Гуго. Я знаю, что ты сказал комплимент, хотя его не сразу разглядишь.

— Но Гуго и Изабель терпеть друг друга не могут! Это плохая затея, Тетушка! Мы все-таки в восемнадцатом веке живем, а не в десятом. Она не обязана выходить замуж, если не хочет.

— Сердце — это полый четырехкамерный орган, работающий как насос и заставляющий кровь циркулировать по телу путем ритмических сокращений.

— Да, но я не про это. В стихах и песнях сердце — это место, откуда берется все хорошее в человеке.

Тави внимательно

Призраки – это не мертвецы, встающие из могил, чтобы мучить живых; призраки всегда с нами. Они внутри нас: греются на пепелищах наших печалей, нежатся в жирной, топкой грязи наших жалоб.

Ученый, занятый полировкой очков в тонкой, как проволока, оправе, кивнул. И подал очки Шансу.
– Мощные? – спросил тот, беря их.
– Очень. Я сам вытачивал линзы. Левая открывает прошлое; правая показывает будущее.
Шанс поднял очки к свету.
– Розовые? – спросил он, глядя сквозь них. Он не очень любил этот цвет.
– Цвета розы, – уточнил Уильям. – На человеческую жизнь по-другому и смотреть-то нельзя. Взглянете сквозь обычные линзы – разобьется сердце.

Но вещи всегда не похожи на себя ночью. Самые темные часы перед рассветом лишили мужества не одного человека. В отсутствие солнца пламя свечей отбрасывает на стены наших душ причудливые тени, способные превратить мышь в огромное чудовище, а маленькую неудачу - в катастрофу.
И если ночью тебе придет охота повеситься - что ж, таков твой выбор.
Вот только отложи поиски веревки до утра.
Когда взойдет солнце, ты сможешь придумать ей лучшее применение.

— Забавное слово — «алгебра». Тебе так не кажется? — ляпнула Изабель наугад, лишь бы не дать Тави снова уйти в молчание.

Тави улыбнулась:

— Арабское. «Аль-джабар» по-арабски значит «воссоединение разделенных частей».

Что нас не убивает... — ...то делает из нас королеву Франции

Ах, маркиз, если бы смертные только знали, если бы имели хоть малейшее представление о том, что такое могила, каково это – лежать там вечность, они ели бы шоколад на завтрак, икру на обед и распевали бы арии, задавая корм свиньям. Худший день жизни здесь, на земле, несравненно лучше любого из дней под землей.

- Смертные не терпят неопределенности. Не любят новизны. Все новое пугает. Причиняет боль.
- Новизна - это как поцелуй во мраке. Роза в снегу. Неведомая дорога в ночи.
- Мрак скрывает чудовищ. Снег убивает цветы. А на неведомых дорогах без вести пропадают девушки.

Для девушки быть некрасивой – уже преступление.

Иногда проще сказать, что ты ненавидишь то, чему на самом деле завидуешь, – проще, чем признаться, как сильно ты этого хочешь.

«Страх - самая недооценённая эмоция. Страх всегда желает нам добра. Он всегда поможет, надо только не мешать ему.»