Цитаты из книги Millennium

Нет, в Бога я не верю, но я уважаю твою веру. Все люди должны во что-то верить.

— В таком случае речь идет об очень хладнокровном ублюдке. Хенрик Вангер горько усмехнулся. – Ты даже не представляешь, насколько точно сейчас охарактеризовал многих членов семейства Вангеров.

Последний год был тяжелым. Я даже удивлен, что никто из вас не занялся поисками другой работы. Приходится исходить из того, что вы – либо полные психи, либо исключительно преданы делу и вам почему-то нравится работать именно в нашем журнале

И что толку реветь?

Любой полицейский, бросив взгляд на ее миниатюрные кнопки, решил бы, что это маловероятно, а если уж такое произошло, то ей следовало бы скорее радоваться, что кто-то вообще ею заинтересовался.

Орки – гораздо более понятные и бесхитростные существа, чем люди.

Но в том-то и вся загвоздка – у омерзительных пятидесятипятилетних мужиков не случается инфарктов на заказ.

– А породниться с твоими чокнутыми родственниками – вовсе не предел моих мечтаний

Получается, что трое из моих братьев были в политическом отношении больными людьми. Насколько больными они были в других отношениях?

— В 1937 году он стал соавтором – слава богу, под псевдонимом – книги «Новая Европа народов»

Если бы Бьюрман даже значился в списке насекомых, которые находятся на грани исчезновения, она не раздумывая раздавила бы его каблуком.

При этом осталось неясным, что конкретно могли дать наблюдения за девушкой, молча сидевшей на стуле, скрестив руки и выпятив нижнюю губу.

В полночь освещение церкви отключили. На этом и закончилась вся ночная жизнь Хедебю в пятницу в начале января

— Неужели ты не понимаешь, что это выглядит так, словно ты сбегаешь, поджав хвост? – А я именно сбегаю, поджав хвост.

Мошенничество Веннерстрёма обретало такие масштабы, что это уже не считалось преступлением, а именовалось солидным словом «бизнес».

Прежде чем предпринять какие-либо действия, нужно досконально проанализировать последствия

Я — циник. Я считаю, что в каждом человеке таятся силы, способные побудить его к убийству другого человека. От отчаяния, из ненависти или хотя бы ради самозащиты.

...человек представляет собой оболочку из кожи, которая удерживает на местах клетки, кровь и химические компоненты. Единицы попадают в исторические книги. Большинство же погибают и бесследно исчезают.

Они думают, что выживут, если будут мне угождать. Они принимают мои правила игры. Начинают доверять мне, вступая со мной в дружеские отношения и до самого конца надеются, что дружба что-то значит. А когда они вдруг обнаруживают, что их обманули, наступает разочарование.