Цитаты из книги Бродяги Севера

«Ао-у тап-ва-мукун» («Когда уходит злая беда, приходит счастье») — гласит поговорка индейцев кри.

Все началось с двуногого зверя. Двуногий зверь отнял у него мать, двуногий зверь посадил его в темный мешок, и тот же двуногий зверь привязал ему на шею эту веревку. Медленно, постепенно он начал проникаться убеждением, что источником всех последних бед была именно эта веревка.

Смешайте кровь гончей Маккензи — самой крупнокостной, самой широкогрудой, самой сильной собаки северного края — с кровью шпица и эрдельтерьера, и вы получите нечто весьма незаурядное. Если гончая Маккензи при всей своей бычьей силе отличается неизменным добродушием и миролюбием, то северные шпицы и эрдельтерьеры все без исключения большие забияки, и еще вопрос, кого из них следует считать более воинственной породой.

Величина счастья во многих случаях зависит от глубины страданий.Тяжелые переживания и неудачи сами по себе могут служить шкалой для определения счастья в будущем.

Страшная, убийственная вещь — полярная ночь. В ней гибель всего живого. Она — роковая ошибка небес, дефект сложного механизма солнечной системы. Она ужасна, но в то же время и великолепна. Она убийственна, но едва ли на земле можно найти зрелище более прекрасное, чем она. Пока она длится, людям и животным грозит смерть и безумие. Ее приход возвещается ранними сумерками. А потом приходит страшный час, и на страну обрушиваются злые духи.

Ветер был его книгой жизни.

Казан еще раз взглянул на огонь костра и повернулся в сторону леса. Там, в этой мрачной чаще, нет ни дубинок, ни полосующего бича. Там люди не смогут найти его. Еще с минуту Казан колебался. А затем бесшумно, подобно существам дикого мира, к которому он теперь принадлежал, скользнул в заросли и исчез в ночной темноте.

Казану не понравилось это прикосновение. Суровый опыт научил его не доверять мужским рукам. Но он все же позволил хозяину дотронуться до себя и почувствовал, что это приятно женщине.

• Казан, старина, - ласково проговорил хозяин, - ты ведь не обидишь ее, правда? Мы с тобой оба любим ее, дружище. Она, Казан, наша - твоя и моя. И мы будем беречь ее всю жизнь. А если понадобиться, будем драться за нее до последнего - верно, старина?..

Украсть книги - словно душу у кого-нибудь украсть

...предвкушение еды приносит почти столько же удовольствия, как и сама еда.

Для Неевы быть толстым, быть веселым и быть довольным означало одно и то же.

Всё живое, что бы жить, должно иногда убивать, и тут уж ничего не поделаешь.

Время от времени он испускал негромкое ворчание, и в этом ворчании была успокоительная интонация, точно он уговаривал Мики: «Разве ты не видишь? Я перегрызу эту штуку пополам. К утру я кончу. Не вешай носа! Дальше будет лучше».

Может быть, человек и лучшее создание природы, но по части уважения к старости подчас уступает медведю гризли.Тэру, например, и в голову бы не пришло грабить старого медведя, драться с ним, прогонять старика от мяса, даже если оно нужно самому Тэру.А далеко не о каждом представителе рода человеческого можно сказать то же самое.

Затем потянулись дни и недели 1910 года, одного из самых ужасных во всей истории Дальнего Севера, каждый месяц которого был роковым для жизни и животных и людей, когда холод, голод и зараза написали целые главы в книгах жизни обитателей лесов, содержания которых не забудут целые поколения впереди.

Ах ты, медведище! Чудовище ты этакое... да ведь у тебя же душа, да ещё пошире человеческой!
А если б я вот так же припер тебя к стене, разве я не убил бы тебя? А ты... я попал тебе в лапы, и ты отпустил меня с миром!

Детская любовь - это самая верная любовь в мире, и человек хранит её до конца своих дней.

Наступил Оотутин — настали дни, когда панический страх вселился в души людей, когда самые смелые охотники прятались в своих шалашах, словно в воздухе носился смертельный яд, и шептали друг другу: «Neswa ku che wukk» («Все трое замерзли»), - подразумевая землю, небо и воздух.