Цитаты из книги Восемьдесят сигарет

Мы считаем, что мы бессмертны. Если выразиться точнее – мы всегда думаем, что смерть настигнет нас ещё очень не скоро. Мы думаем так, даже когда возраст наш перевалит за седьмой десяток. Нам невозможно представить себя мёртвыми, и поэтому мы бессмертны в собственных глазах. Не бог весть какая мудрость, я знаю. Пошлая и не совсем верная. Но ведь суть от этого не меняется. Мы отказываемся верить в собственную смерть. Она всегда для нас неожиданность.
Почти всегда.

В мегаполисах всем на все насрать, кроме себя

— Никакой изюминки нет. Душа отморозков черна, как ночь, и не пытайтесь усмотреть в ней проблески света. У неё нет оттенков. Такая душа жаждет только одного – любой ценой получить то, чего ей вдруг захочется.

Тюрьма – это своего рода чистилище, откуда вы отправитесь прямиком в ад, после того как получите приговор. В лагерь. Иногда вы задерживаетесь тут всего на несколько месяцев. А случается, и на годы.

Самообман – как противоядие; как лекарство от смертельной болезни: полностью не вылечить, но купировать можно долгие годы.

Есть и другая философия на этот счёт.
Только не ищите в ней глубины. Её там нет. Она простая, как рецепт жареной картошки.
Поцеловал ту, которая тебе только что отсосала, – всё, собирай вещи, отныне ты пидор.

Можно всю жизнь ездить на «жигулях» и считать их хорошей машиной, но стоит однажды прокатиться на «Порше»…

Любите жизнь. Цените каждый её момент. Потому что в один прекрасный день эти моменты закончатся. И счастлив тот, кто не будет этого ожидать…

Самообман – как противоядие; как лекарство от смертельной болезни: полностью не вылечить, но купировать можно долгие годы.

Я стал жалким недочеловеком совершенно справедливо, Обращенный в раба по букве неписаного закона. А нравится мне этот закон или нет, это мои личные проблемы. Главное – он был. И здесь жили только по нему.

— «Твою мать», – ворчал под нос Токарь. – Да за такие слова друзей режут.
— Я же попросила прощения.

— Ну, не знаю. Не слушаю я такое. Песня должна быть со смыслом. Жизненная. Наговицын там, Круг, «Лесоповал»… чтоб за душу цепляла, понимаешь?

Я стараюсь сконцентрироваться на какой-нибудь одной мысли. Это совершенно невозможно сделать. В голове стоит такой шум, будто это и не голова вовсе, а долбаный торговый центр во время распродажи в выходной день.

Мертвые всегда лишь мертвые. Удерживая их образы, мы сами себе причиняем муки.

Черная и гладкая, как новая сковородка, трасса М4 расслабляла до сонной зевоты. Скучно это - ехать на новой машине по идеально ровной дороге

Сама того не зная, а может быть и намеренно,Нина сыграла на древнейшем чувстве, свойственном таким людям, как Токарь. Сладком чувстве господства над женщиной, ибо нет для него в мире ничего более дурманящего, чем женщина, смиренно повинующаяся мужчине.

О футболе, как правило, мечтают инвалиды в колясках. Но если они снова начинали ходить, футбол посылался в задницу.

Когда человек унижен, растоптан, уничтожен как личность, когда достоинство его стёрто в пыль и даже она развеяна по ветру, он всё равно находит, за что можно ухватиться, чтобы продолжать считать себя человеком.