Цитаты из книги Око Мира

Колесо плетет так, как оно того желает.

Смерть легче перышка - долг тяжелее горы

Всегда хлопот полон рот, когда суешься под бахрому политики, парень, даже если и не по своему желанию, а политика — это затянутая туманом трясина, кишащая змеями.

Запахи были просто чудесны: двухдневный голод — прекрасная приправа к чему угодно...

Из всех вас одна только лошадь не топает так, чтоб слышно было за пять миль.

- О чем это ты так часто разговаривала с Илой? Если ты не танцевала с этим длинноногим, то беседовала с ней с таким видом, будто вы говорили о каких-то тайнах.

• Ила давала мне советы, как быть женщиной, - рассеянно ответила Эгвейн.

• Советы! Нам никто не рассказывает, как быть мужчиной. мы просто они и есть.
• Вот, - заметила Эгвейн, - вероятно, именно потому-то с этим у тебя выходит так плохо.

Убереги меня свет от мужчин, которые думают волосами на груди.

Колесо Времени плетет Узор Эпох, и нити, которые оно использует, суть жизни. Узор не неизменен, не всегда. Если человек пытается изменить направление своей жизни и у Узора есть для этого место, то Колесо просто ткет и вбирает это изменение в общее плетение. Для маленьких перемен всегда есть место, но порой Узор просто не допускает значительных изменений, невзирая на то, насколько упорно вы стараетесь подправить рисунок

Какой мужчина сможет жить с женой, своим величием затмевающей его самого - хочет она того или нет?

– Ила давала мне советы, как быть женщиной, – рассеянно ответила Эгвейн. Перрин рассмеялся, а она глянула на него из-под капюшона таким грозным взглядом, которого он уже и забыл когда в последний раз удостаивался. – Советы! Нам никто не рассказывает, как быть мужчинами. Мы просто они и есть. – Вот, – заметила Эгвейн, – вероятно, именно потому-то с этим у тебя выходит так плохо.

"...есть тайны, о которых слишком опасно говорить вслух, даже если вы думаете, что знаете тех, кто их слышит."

В мире полно такого, о чем вы и не мечтали,в стольких местах, что вам и за десять жизней не обойти

Время — колесо с семью спицами, каждая спица — Эпоха. Колесо вращается, Эпохи приходят и проходят оставляя о себе воспоминания, которые блекнут становясь легендами, затем мифами. Но и мифы оказываются давно забытыми, когда Эпоха их породившая наступает вновь. С наступлением новой Эпохи Узор её всегда немного отличается от прежнего, и каждый раз он объект всё большего изменения. Но каждый раз Эпоха одна и та же.

- Думай о более радостных вещах - так я смотрю на жизнь.

Нет нужды тупить топор об собак; камень по ребрам заставит убежать и самого злобного пса.

В животе у Ранда заурчало, он поднялся, потянулся и подошел к столу, где миссис ал'Вир оставила поднос. Юноша снял белую салфетку. Хотя он проспал довольно долго, говяжий бульон не остыл и хлебец с хрустящей корочкой был еще теплым. Здесь явно чувствовалась заботливая рука миссис ал'Вир - она принесла другой поднос. Раз она решила, что тебе нужно поесть горячего, то не отступится, пока еда не окажется у тебя внутри.

— Что может быть хуже волков, убивающих овец и людей? — спросил громко Кенн Буйе. Остальные согласно загудели.
— Люди, убивающие людей! — откликнулся торговец зловещим тоном.

Как у большинства двуреченцев, в натуре Ранда ярко проявлялось упрямство. Чужеземцы иногда говорили, что по этой, чуть ли не главной черте характера всегда можно узнать людей из Двуречья: те вполне могут давать уроки упрямства мулам и учить этому камни.

"Когда схватил волка за уши, то держать его так же опасно, как и отпустить."

Человек не должен причинять вреда другому ни по какой причине. Для насилия нет оправдания. Никакого. Никогда.