Цитаты из книги Очень страшные рассказы

Как жаль, что порыв ветра не достиг моей спички! Тогда, быть может, я ничего не увидел бы и волосы мои не стали бы дыбом.

Жизнь твоя близится к закату... Кайся...

"... я мог бы выдержать сходство ее глаз с глазами Мореллы, но они все чаще заглядывали в самую мою душу с властным и непознанным смыслом, как смотрела только Морелла".

...в городах и селах, во всех состояниях и возрастах подобны пороки людские; они равняют бедных и богатых глупостию; различны погремушки, за которыми кидаются они, но ребячество одинаково.

Ей-богу, уже надоело рассказывать! Да что вы думаете? Право, скучно: рассказывай, да и рассказывай, и отвязаться нельзя! Ну, извольте, я расскажу, только, ей-ей, в последний раз.

Ритор Тиберий Горобець еще не имел права носить усов, пить горелки и курить люльки. Он носил только оселедец, и потому характер его в то время еще мало развился.

В этом жестоком мире хуже всего, когда зло совершается умным человеком.

Малороссияне,когда подгуляют непременно начинают целоваться или плакать.

Придется ему быть осторожнее, потому что здесь может найтись кое-кто похитрее его.

— Много на свете всякой дряни водится! А страхи такие случаются — ну...

Я потерял сознание времени и места, звезды моей судьбы погасли в небесах, вся земля погрузилась во мрак, обитатели ее проходили мимо меня, как скользящие тени, и между ими всеми я видел одну только Морэллу.

Я ждал ее; но хрупкий дух крепко держался за свою бренную оболочку в течение многих дней, недель и томительных месяцев, так что мои измученные нервы взяли верх над духом, и отсрочка стала бесить меня, и полный адской злобы я проклинал дни и часы и горькие минуты, которые, казалось, все удлинялись по мере того, как нежная жизнь угасала подобно теням умирающего дня.

Философ был одним из числа тех людей, которых если накормят, то у них пробуждается необыкновенная филантропия. Он, лежа с своей трубкой в зубах, глядел на всех необыкновенно сладкими глазами и беспрерывно поплевывал в сторону.

- Нам обоим больно, - сказал доктор, - стало быть, сейчас мы не спим и видим друг друга не во сне. Стало быть, гробы, мой и оба ваши, - не оптический обман, а нечто существующее.

"... день за днем я находил в дочери новые черты сходства с матерью, скорбной и мертвой."

Ах, сколько зла на свете, и хуже всего, когда злые дела совершает умный человек!

Да это сама жизнь, -- быстро обернулся, чтобы взглянуть на свою возлюбленную, -- она была мертва!

Философ Хома Брут был нрава веселого. Любил очень лежать и курить люльку. Если же пил, то непременно нанимал музыкантов и отплясывал тропака.

Обстоятельства слишком серьезны, и колебаться нельзя.