Цитаты из книги The Travelling Cat Chronicles

— Дайго, мы должны поговорить.
Мама пододвинулась поближе к отцу. Все это не предвещало ничего хорошего.
— Дело в том, что… мы с мамой решили развестись.
«Все-таки дошло до этого», – подумал Ёсиминэ. Он так и знал, что когда-нибудь все кончится этим, папа и мама слишком любят свою работу.
— Дайго, ты с кем хочешь жить? С мамой или со мной?
Ёсиминэ посмотрел на лица ждавших ответа родителей – и осознал, что развод – это свершившийся факт.
Родители молча ждали, и каждый втайне надеялся, что сын выберет не его. Это было очевидно.
— Простите меня, – выдавил Ёсиминэ. – Я не могу решить сразу. Мне нужно немножко подумать.
И мать, и отец вздохнули с явным облегчением. По крайней мере, решение проблемы откладывалось.
— Я могу завтра вернуться к бабушке?
Сознавая, что он не нужен ни тому ни другому, Ёсиминэ не знал, как себя вести.
Само собой, никто не попытался остановить его, и на другой день после обеда Ёсиминэ улетел. Поскольку авиакомпания несла ответственность за детей, летящих без сопровождающих, родители нисколько не волновались и даже не поехали проводить сына.
Бабушка встретила его и довезла до дома на легковушке.
— Они сказали, что собираются развестись.
— В самом деле? – заметила бабушка.
— Я не знаю, с кем из них остаться.
— Тут и думать не о чем. Живи со мной.
Ёсиминэ почувствовал, как в горле набухает комок.
— У тебя здесь хороший друг, так что все будет в порядке, все будет в порядке… – повторила несколько раз бабушка, словно сама себя убеждала.

Для начала я решил промочить горло, но тут в окошко легонько постучали. Что там опять?!
Обернувшись, я увидел в окне молодую пару. Похоже, муж и жена. Они так таращились на меня, что прямо к стеклу прилипли. С идиотскими улыбками на лицах.
— Кот!..
Ну да, кот. Кот, который ест сухой корм. Что тут такого особенного?
— Ой, посмотри, он кушает! Какой хорошенький!
— Просто прелесть!
Послушайте, вы, пара недоумков! Вот если бы кто-то тыкал пальцем в вас, когда вы едите? Вам бы понравилось? Небось сразу аппетит бы пропал. А у меня сегодня шикарный обед – со вкусом куриной грудки и морских деликатесов. Объясните мне, как этим кошатникам удается мигом меня выследить?! Стоит нам только остановиться, как они тотчас же начинают роиться вокруг! Интересная штука, да? Если б это вы, ребята, давали мне пищу, я был бы с вами любезен – в зависимости от качества угощения. Но меня кормит только один человек – Сатору. Так что позвольте мне сосредоточиться на моей трапезе.

Но тут картина разительно изменилась. Дорогу мне преграждали густые заросли стеблей сусуки, а высоко вверху на фоне ясного голубого неба качались белые метелки. – Нана? – донесся до меня встревоженный голос Сатору. – Нана, ты где-е-е? Послышался звук шагов по сухой траве, значит Сатору тоже вошел в травяное море. Да здесь я, здесь, рядом с тобой! Однако голос звавшего меня Сатору звучал все глуше, удаляясь. Ой-ей, я-то вижу Сатору, а вот он меня – нет, меня скрывает высокая трава. Придется мне идти за Сатору, чтобы он не потерялся. – Нана! Да здесь я! Я ответил ему, но, похоже, звук моего голоса уносит ветер и Сатору не слышит меня. – На-а-на-а! – В голосе Сатору послышалась истерика. – Нана, ты где-е-е-е? Сатору уже кричал куда-то вдаль, и я мяукнул что было сил. Я зде-е-есь!!! Вот тут! И тут же увидел склонившегося надо мной Сатору, заслонившего голубое небо. В тот момент, когда наши глаза встретились, его искаженное лицо мгновенно расслабилось. Глаза потеплели, и солнечный свет высветил дорожки слез на его щеках. Он молча опустился на колени, схватил меня поперек туловища и стиснул так сильно, что у меня аж живот свело. Ты что?! Больно же!!! – Глупый кот! Если ты здесь потеряешься, я тебя никогда не найду! – Голос Сатору прерывался от рыданий. – Для такого маленького существа это поле – как море деревьев!

– Прости меня, Нана! Тебе было здесь одиноко. Нисколько! Мы тут отлично поболтали с вредной и острой на язык шиншиллой. Я как раз подумал, что было бы недурно попрощаться с ней, и в это время Сатору так развернул мою переноску, что в открытую дверцу стала видна вся комната. – Нана, скажи всем «до свидания»! Пока-пока! – попрощался я – и собаки дружно завиляли хвостами. Гуддо ракку! – ответила мне шиншилла. Гуддо… чего? – не понял я. Good luck! Удачи тебе! Так частенько говорит мой хозяин, это не по-японски, – пояснила шиншилла.

– Ты тоже хочешь участвовать? – спросил Ёсиминэ. – Никогда не состоял ни в каких кружках. Но если ты решишь этим заняться, я с тобой. Хочу попробовать. – Но ведь ты не интересуешься сельским хозяйством. – Не то что не интересуюсь, просто никогда не имел с этим дела. Не знаю лично ни одного крестьянина. – Как, совсем никого? А дедушка с бабушкой? «Истинный городской мальчик», – подумал Ёсиминэ, но Сатору сделал протестующий жест. – Дело в том, – пояснил он, – что мои покойные родители практически не общались с родней. Дедушка и бабушка по материнской линии умерли, когда мама была совсем еще молодая, а отец, похоже, не ладил с семьей. Я впервые увидел их всех на похоронах, и мы толком не поговорили. Теперь Ёсиминэ стало понятно, почему Сатору взяла к себе тетя. Обычно после смерти родителей внуков забирают дедушки-бабушки, если позволяет здоровье. Это выглядит странно, когда ребенка берет на воспитание незамужняя молодая женщина.