Цитаты из книги Человек под лестницей

Важное и не важное причудливо перемешивалось. Все вместе сливалось в сплошную, неразделимую неразбериху.

На ней было надето что-то немыслимо свободное кобальтового цвета, что придавало ей сходство с флуоресцирующей глубоководной рыбой.

Для Паулы бег был своего рода очищением. С каждым выдохом из тела толчками вылетала нечистота жизни, а вместе с потом, лившимся из всех пор, уходили липкие, отвратительные сны.

Все картины нарисованы с точки зрения барсука, поэтому город выглядит чудовищным и хаотичным.

Танец — это математика. Истина по ту сторону от повседневных истин.

Вскоре они привыкли к шорохам под лестницей, так же как к журчанию воды в трубах, скрипу половиц и шелесту роз.

Было непонятно, зачем вообще нужна эта каморка. Пожалуй, через пару лет можно будет использовать ее как чулан, когда у них с Паулой начнут накапливаться вещи, с которыми не знаешь, что делать, но жалко выбрасывать.

Да, да, можно сказать, что такого ясного сознания у него не бывало даже днем. Оно было кристально четким, причиняло боль и вызывало мучительное напряжение.

Вначале он был, пожалуй, больше удивлен, чем влюблен. Ее красота его ослепляла, как и сила воли и уверенность в себе. Первой его мыслью было не «я хочу, чтобы она стала моей», а «я хочу быть таким, как она».

деревья ближнего леса слились в темную, компактную, как театральные кулисы, плоскость

Не наша задача — говорить людям, как они должны жить. Очевидно, этот человек сам избрал такой образ жизни, и мы должны уважать его выбор.

Иногда Фредерик чувствовал, что тот мир, который он видит по утрам, и есть настоящий мир. Мёртвый мир, каким он и должен быть.

Акции стали ненадёжными. Искусство же надёжно всегда.

пути денег и искусства иногда пересекаются.

Действительно, было что-то остроумное в напряжённых мужских членах, торчавших из-за берёзовых стволов и конюшен.

Придав личику торжественное выражение, Фабиан воткнул в холмик самодельный крест, а Паула положила рядом цветы. Потом Фабиан достал из кармана игрушечные фигурки и воткнул из в землю вместе с крупинками собачьего корма.

В следующий миг она заснула. Такой уж у нее был обычай. Перед тем как заснуть, она говорила что-нибудь непонятное или провоцирующее, а потом скрывалась в надежную крепость своего нерушимого сна, а её слова продолжали висеть в темноте спальни.

Приближение смерти делает нас неузнаваемыми

- мой отец? - озадаченно переспросил он. (Перед его глазами встала картина, которую он не видел воочию: мужской труп, болтающийся посреди комнаты, забитой чистыми простынями, как маятник настенных часов) - Мой отец давно погиб в уличной аварии.

Проблема со старой машиной сделала их агрессивными, они обращались к ней не иначе как "падаль", "кусок навоза" и "свинья", словно эти ругательства могли воздействовать на совесть отслужившего свое механизма.