Цитаты из книги Повести

богатых любителей искусств, которые сладко продремали всю жизнь свою, погруженные в зефиры и амуры

Они думали, что я напишу на самом кончике листа: столоначальник такой-то. Как бы не так! а я на самом главном месте, где подписывается директор департамента, черкнул: "Фердинанд VIII".

Чёрт его знает: начнут что-нибудь делать люди крещёные, мучаются, мучаются, как гончие за зайцем, а всё что-то нет толку; только уж куда чёрт впутается, то верть хвостиком — так откуда оно и возьмётся, не иначе, как с неба.

Окно брякнуло с шумом; стекла, звеня, вылетели вон, и страшная свиная рожа выставилась, поводя очами, как будто спрашивая: "А что вы тут делаете, добрые люди?"

…скажи-ка, что ты там делал, стоя на мосту? — Ей-богу, сударь, ходил брить, да посмотрел только, шибко ли река идет.

— Добре, сынку, добре!

"Вот вам и приношения, Афанасий Иванович!" проговорила она, ставя на стол миски и жеманно застегивая свою, будто ненарочно расстегнувшуюся кофту: "варенички, галушечки пшеничные, пампушечки, товченички!"

Они не внемлют, не видят, не слушают меня. Что я сделал им? За что они мучат меня? Чего хотят они от меня, бедного? Что могу дать я им? Я ничего не имею. Я не в силах, я не могу вынести всех мук их, голова горит моя, и все кружится предо мною. Спасите меня! возьмите меня! дайте мне тройку быстрых, как вихорь, коней! Садись, мой ямщик, звени, мой колокольчик, взвейтеся, кони, и несите меня с этого света! Далее, далее, чтобы не видно было ничего, ничего.

Тут есть старухи, которые молятся; старухи, которые пьянствуют; старухи, которые и молятся и пьянствуют вместе; старухи, которые перебиваются непостижимыми средствами, как муравьи - таскают с собою старое тряпье и белье от Калинкина мосту до толкучего рынка, с тем чтобы продать его там за пятнадцать копеек; словом, часто самый несчастный осадок человечества, которому бы ни один благодетельный политический эконом не нашел средств улучшить состояние.

Стой и не шевелись! Я тебя породил, я тебя и убью! - сказал Тарас и, отступивши на шаг назад, снял с плеча ружье.

Нет, я вам скажу: нет хуже жильца, как живописец: свинья свиньей живет, просто не приведи Бог

Редкая птица долетит до середины Днепра.

Однообразные, холодные, вечно прибранные и, так сказать, застегнутые лица чиновников, военных и штатских, не много представляли поля для кисти.

«Тот, у кого нет своей воли, всегда живёт чужой — и в этом его беда».