Цитаты из книги Смерть — діло самотнє

Все всегда начинается хорошо. Но как редко история людей, история маленьких и больших городов имеет счастливый конец.

И она исчезла. В трубке зажужжало, а я остался наедине с куском кабеля длиной две тысячи миль и миллиардом еле слышных шорохов и шепотков, стремящихся ко мне. Я повесил трубку, чтобы они не успели проникнуть мне в уши и заползти в мозг.

Покупатель! Я мог испортить его безупречный послужной список. Десять лет он выдувал глаза и ни одного не продал. "Интересно, — подумал я, — а не продает ли он в качестве побочного промысла купальные костюмы тысяча девятьсот десятого года?"

«В наше время на Марс всем плевать! До двухтысячного года никто и думать не будет, что там и как»

P.S. роман был написани в 1985 г

Старику, когда мы входили в морг, было восемьдесят два года, когда выходили - не меньше ста десяти...

Вечером я повесил на дверь свой старый и рваный белый халат. Но теперь, когда я был без очков — они лежали на полу возле кровати, а все врачи сходились на том, что зрение у меня препаршивое, — халат перестал быть халатом. На двери висело Чудовище.

Я крикнул:

• Есть кто дома?

• ..никого.

Его улыбкой можно вскрывать вены на запястьях.

Всё всегда начинается хорошо. Но как редко история людей, история маленьких и большихгородов имеет счастливый конец.Всё разваливается, преображается до неузнаваемости. Расползается. Распадается связь времен. Молоко скисает. По ночам в моросящем тумане провода, натянутые на высоких столбах, рассказывают страшные истории. Вода в каналах слепнет от пены.

Обе прекрасно понимаем, что к прежнему возврата нет. У неё на это свои причины, у меня свои. Она слишком близко узнала одного мужчину. Я за короткое время узнала слишком многих.

А что можно сказать убийце, если звонишь ему в такое время, когда ужинать пора?

Пенис - это всего лишь пенис, а вот сигара - это дело стоящее.

В самой стрижке есть что-то успокаиващее кровь, умиротворяющее сердце и исцеляющее нервы.

- Смерть нельзя принести.

• Еще как можно. Вот и вытри ноги, когда будешь входить в дом. У тебя есть деньги, чтобы отдать костюм в чистку? Доведи до блеска ботинки. Почисти зубы, никогда не оглядывайся. Глаза могут убить. Если на кого-нибудь посмотришь и он увидит, что ты хочешь, чтобы тебя убили, он пойдет за тобой.

Но зато у вас есть стена возле кровати. Можно читать ее слезящимися глазами или протянуть к ней руку, но так и не достать: слишком она далеко, слишком глухая, слишком пустая.

И я отступил, с удивлением обнаружив на своих теннисных туфлях соленую воду, повернулся и поплелся назад к залитым холодным дождем клеткам, побрел по мокрому песку - величаший в мире писатель, чего, правда, никто не знал, кроме меня самого.

- Вид у вас просто жуткий.

• Мне и впрямь жутко. Вы когда-нибудь чувствовали, будто должно случиться что-то страшное, а что - не знаете?
• Это когда мурашки по спине бегают?
• Нет, это не то. Я хочу сказать: чуете смертельную жуть, как она на вас надвигается?

"- Вы когда-нибудь задумывались, почему вампиры [...] почему вампиры не отражаются в зеркалах? А этих молодых красавцев там внизу, видите? Уж они-то отражаются во всех зеркалах, но только они сами - рядом с ними в зеркале нет никого. Одни лишь чеканные боги. И когда они любуются своими отражениями, думаете они видят еще кого-нибудь?"