Цитаты из книги Светила

– Никто не может защитить человека от него самого – от его собственной руки, знаете ли! – досадливо парировал Балфур.

– Мы все тут нездешние, – продолжал Балфур. – Да, в том-то и суть. Мы все понаехали из других мест. А что до семьи – вы тут, на приисках, найдете сколько угодно и отцов, и братьев.

Как беззвучно вращается мир, когда ты погружен в раздумья и одинок.

Мы сами себя творим - и в нас все завершится

- Месть, - заявил Шепард, - подсказана ревностью, а не справедливостью. Это эгоистичное искажение закона. - Месть по определению эгоистична, - согласился Левлин, - но очень сомневаюсь, что она имеет хоть какое-то отношение к закону.

Он был снисходителен к пустотам в будущем ближнего, но нетерпим к зашторенным комнатам его прошлого.

Любопытно, что произойдет, если вы все-таки встретитесь.

"...любовь - свободный дар, а любящие, соединившись, становяться равными половинками единого целого."

"...в будущем нет ничего непреложного..."

Мы сами себя творим – и в нас всё завершится.

– На золотых приисках есть только одно по-настоящему тяжкое преступление, – заявил Мэннеринг Стейнзу, продираясь вместе с ним через подлесок к южной границе участка «Аврора». – Убийство, воровство, государственная измена – это все чепуха. Мошенничество – вот величайшее из преступлений. Это ж издевательство над надеждами старателя, а у старателя ничего больше и нету, кроме надежд. Приисковое мошенничество бывает двух видов. «Солить» участок – это первое. Предложить для продажи пустышку – второе.

– Но что ты о нем думаешь? – не отступался Балфур.

– Пожалуй, мое о нем впечатление не самое положительное. Он, во-первых, сын богача и, во-вторых, бывший каторжник, но первое и второе можно с легкостью поменять местами. Я так понимаю, он воплощает в себе все худшее от обоих миров. Он головорез и бандит, и при этом себе на уме. Или, иначе говоря, он живет шикарно, но подло.

Он частенько нарушал по мелочи обеты Шаббата и себя за это не порицал, ибо сознавал отличие между долгом, внушающим страх, и долгом, подсказанным любовью; он верил в собственную прозорливость и полагал, что если и преступает правила, то всякий раз – по веской причине.

Надежда на месть превосходно тонизирует дух!

Шлюхи — это морально-этическая проблема, и точка! Сточная канава для честно нажитого богатства.

Неподтвержденные подозрения имеют свойство постепенно перерождаться в злостные заблуждения, подверженные смене настроений, обретают все свойства банальных суеверий...

(Suffering, he thought later, could rob a man of his empathy, could turn him selfish, could make him depreciate all other sufferers.