Отзывы о книге Крестоносцы

- Мы на плащах носим крест. - А его надо носить в сердцах...

Очень мне нравится по жизни выражение о том, что писатель пишет одну книгу, а в результате получаются миллионы разных книг: каждый из читателей прочтет и поймет ее по-своему, выделит для себя из нее что свое, личное...

Приготовившись читать исторический роман, я была немного удивлена тем фактом, что из исторического здесь в основном декорации (это сугубо мое личное мнение), красивое обрамление для не менее красивого содержания - описания обыкновенных человеческих переживаний, они независимы от эпохи. Любовь, ненависть, уважение, честь, долг, предательство и, конечно, любовь...Любовь и будет той основной движущей силой сюжета книги, благодаря любви и завертятся все события в романе (трепетные и нежные отношения Збышко и Дануси и более чувственные и земные отношения Збышко и Ягенки; отношения Юранда с Данусей любовь отца и дочери).

Какие потрясающе глубокие описаны автором характеры героев, яркие, незабываемые. Не перестаешь удивляться их силе, выдержке, мудрости. Не устаешь восхищаться ими, переживать за них. Не слишком ли много выпало на их долю испытаний? "Время было такое, тяжелое", - скажет читатель, но положа руку на сердце, когда они были простыми и были ли?...Всегда можно остаться Человеком, трудно стоять на распутье, выбор когда-нибудь все равно придется сделать...

А еще это произведение о вере, чем особенно ценно, на мой взгляд. Немного произведений описывают это с таким размахом. Вере не показной, вере в сердце и в душе, об очень условных гранях мира земного и вечного - почти незримой и очень тонкой, едва уловимой линией пройдет эта тема в книге. Вера и принадлежность к какой-либо религии не может служить основанием для совершения бесчинств, жестокости, насилия, тем более по отношению к более слабым. Мнение автора здесь довольно категорично, что он и доказывает на примере персонажей: нельзя прикрываться благими целями и творить зло; это чревато очень плохими последствиями....

4/5. Роман показался мне немного затянутым (особенно по сравнению с другой прекрасной книгой автора - Генрик Сенкевич - Камо грядеши , полюбившейся мне когда-то), одна из сюжетных - чересчур трагичной, но вот любовной линией, конечно, покорил) И какие здесь красивые описания традиций: рыцарь дает обет своей прекрасной даме, а прекрасная дама спасает своего рыцаря от казни (а я-то думала, что про рыцарей писал только Вальтер Скотт. Не только:), красивейшие описания костелов, да и вообще мест действия - книга получилась очень атмосферной. Порадовали яркие и харАктерые персонажи (среди положительных хочется почему-то отметить Мацько, а среди отрицательных - всех крестоносцев: наглые, самоуверенные, лживые. беспринципные - зло в романах всегда выглядит более харизматичным...)

У книги высокий рейтинг, много хороших отзывов, ожидания были колоссальных размеров. Как обычно, бывает все рухнуло в самом начале. Ожидала что-то вроде Камо грядеши , а получила очередного Айвенго . Сюжеты разные, но имеется общая героическая составляющая. Мне была плохо понятна картинка событий. Было чувство, что смотрю фильм с середины. И есть тому объяснение, ведь ничегошеньки не знаю о Польше, о ее истории, культуре, духе народа. Я очень далека от всего этого, есть конечно Википедия, где почерпнула информацию, но проникнуться не удалось. Сюжет прямо такой доблестный и героический, что аж все блестит и светится. Герои идеальные мстители прямиком из американских фильмов. Иначе говоря автор предвзято относится к событиям, это видется невооружённым глазом. Как показывает практика, идеальных людей не бывает. У всех есть свои плюсы и минусы, главные герои здесь уж больно правильные, а их противники уж больно злобные. Почему-то доблесть как раз отталкивала, да ладно, раздражал весь сюжет. Сидел во мне старый дед с клюкой и возмущённо поговаривал "Не верю". Итого: Не люблю рыцарские книги, а это именно он во всей красе. Не зашло. Все сказанное выше сугубо мое личное мнение.

Поведал мне пан Сенкевич историю о войне Королевства Польского с Тевтонским орденом, о юном рыцаре Збышке, дяде его Мацько и двух красавицах-паннах - Дануте и Ягне. Имена, конечно, интересные, ничего не скажешь, но то была Польша начала XV века.

На страницах буйным цветом расцветают польские, литовские, немецкие и прочие обычаи того времени, особливо рыцарские, а также интриги, переговоры, предательства, клятвы, месть, любовь и поединки всех со всеми и по любому поводу. Ну а на фоне всего этого нас познакомят со знаковыми историческими личностями, начиная от польской королевы Ядвиги и заканчивая Великим магистром Тевтонского ордена, и историческими же событиями, кульминацией коих станет Грюнвальдская битва 1410 года.

Генрик Сенкевич, конечно же, небеспристрастен, он во всех своих книгах открыто и горячо прославляет польскую шляхту. Потому и тут все польские рыцари исключительно храбры, благородны (нередко даже чересчур), преданы родине и искусны в бою. Он не случайно выбрал для книги именно этот исторический момент. Известно, что это был своеобразный протест против германизации, и своим романом Сенкевич хотел показать Польшу в расцвете сил и славы.

Но при этом несправедливым было бы сказать, что изображенная им картина вышла однобокой, а герои – «одинаковы с лица». Вовсе нет, историческое полотно получилось объемным, автору, как всегда, удается изобразить и эпоху в целом, понятно и красочно описав политическую обстановку, интересы сторон и расстановку сил, а также и погрузить читателя «поглубже» с помощью ярких бытовых сцен. Чего стоит описание застолий, военных походов, перемещения по стране, королевской охоты, жилищ и храмов, некоторых своеобразных методов народной медицины и суровой природы, которая не каждого пропустит...

А персонажи и исторические лица, несмотря на некоторую идеализацию поляков и отдельные мелодраматические моменты в сюжете, видятся живыми людьми, а не картонками (за одним – для меня – исключением, о котором расскажу чуть позже). Вот только манера автора время от времени перечислять рыцарей по именам немного утомляет: очень уж их много, а имена сплошь непривычные, и когда они льются потоком, то превращаются просто в сплошной фон, из которого сложно что-то выделить.

Главный герой Збышко – буйный и горячий молодой рыцарь, порывающийся вызвать на бой «на утоптанной земле, на коротких или длинных мечах, секирах или копьях» каждого встречного и поперечного. А уж если увидит крестоносца – то тут и вовсе голову теряет, коня пришпоривает и несется во весь опор, копьем размахивая. Даже если тот крестоносец – вообще посол и никого не трогает. Збышко рано потерял родителей, и всю жизнь, начиная с 12 лет, провел в военных походах вместе со своим дядей, и там его горячий нрав, сдерживаемый, где нужно, был очень впору. Но вот он уже в мирном месте и в мирное время, а все еще кидается на людей, так что его жизнь и свобода периодически висят на волоске. Впрочем, все вокруг Збышка любят и стараются ему помочь, снисходительные к молодости и глупости. Что приятно, глупости он творит не всегда (хотя часто), и за ним все-таки интересно наблюдать, ведь, кроме отчаянного желания с кем-нибудь подраться, Збышко обладает верностью, целеустремленностью и добротой. К тому же, герой развивается по ходу действия, что тоже не может не радовать.

Тут стоит сказать, что в половине случае, наверное, не сам Збышко бесит, а кажутся странными те рыцарские обычаи, которым он беззаветно следует. Ну, скажем, как насчет того, чтобы в каждом доме, где останавливаешься проездом, вывешивать на воротах призыв на бой всякому, кто осмелится утверждать, что такая-то панна – не самая прекрасная на свете? Ну… такое. Хотя, надо признаться, другие местные рыцари его тоже не очень понимали и немножко крутили пальцем у виска.

Дядя Збышка - рыцарь Мацько из Богданца – опытный, находчивый и рассудительный человек, себе на уме. В бою он тоже хорош, но и о собственной выгоде всегда помнит. Забавно было наблюдать, как он в любом деле умудряется сочетать благородство и страсть к накоплению материального. У Мацька есть мечта – сделать свой Богданец, который выжгли во время войны и в котором он не был уже много лет, процветающим местом.

Ну, а чтобы это все было не зря и было кому оставить, Мацько мечтает и о продолжении рода, но не для себя, а для племянника. И невесту отличную на примете имеет, причем согласны все: он, сама невеста, ее родные и даже влиятельные родственники. Вот только Збышко пошел своим путем: влюбился в первую встречную. Ну, как влюбился: по своему восторженному характеру, увидев красивую девочку, вдруг пожелал дать ей обет. А потом так вышло, что она спасла его от смерти, и он убедил себя, что любит ее. Я не вполне поверила, это больше было похоже на исполнение какого-то ритуала: он должен был ее полюбить, ну вот и полюбил. Коробило слегка, что ей ведь, блин, 12 лет всего. Ну да, я понимаю, что тогда и в таком возрасте, бывало, замуж отдавали, но все же. Правда, в какой-то момент она повзрослела, но тут была какая-то беда с хронологией: по моим ощущением, и года не прошло, а потом выяснилось, что как будто и несколько лет, тогда желание жениться со всеми вытекающими уже более оправданно.

Но вообще, что касается Дануси, она создавала ощущение марионетки. Я не увидела в ней живого человека, только куколку с красивым личиком, нежным голосом и лютней. Сначала это была такая игра: рыцарь и ее дама. Было весело и приятно. Потом рыцарю чуть было не отрубили голову, это было печально, но ей сказали, что только она и может его спасти. Спасла. А теперь оказывается, что она должна его любить и стать его женой. Ну, она и любит. Такое впечатление, что она все это делает, потому что так положено. Говорят: умоляй княгиню – она умоляет. Все вокруг поют ей о любви, и о том, как прекрасен юный рыцарь, и о том, что всякая девушка влюбляется, ну она и влюбилась. Саму Данусю я за всем этим (и даже позже, в более трагических событиях) не увидела, только внешнее ее проявление. Она осталась неясным образом, святой с иконы.

Если кто и хорош тут - так это Ягенка. Яркая, бесстрашная, сильная девушка со смелым и добрым сердцем. Такая и на медведя с вилами выйти не побоится, и растопить сердце сурового старика сумеет. Чего она нашла в этом Збышке, ума не приложу, но уж если нашла – этому идиоту нужно было благодарить судьбу и хватать ее немедленно, пока не передумала. В кои-то веки, в ситуации, когда парень влюблен в одну, а его близкие сватают ему другую, я как-то больше на стороне этих близких. Ягенка ему на 100% больше подходит во всех отношениях. Да, мастера-классики тоже не чужды были искушению создавать любовные треугольники. Но разрешил его Сенкевич весьма сурово, под стать описываемым временам.

Впрочем, жестоких моментов в книге немало. Автор и ранее умел поразить мое воображение реалистичными сценами всяческих мучений (и не только человеческих, к сожалению), хотя в этой книге их, пожалуй, даже поменьше, чем в других.

Интересно понаблюдать и за некоторыми обычаями и нравами.

Например, удивительный обычай съезжаться "на родины и крестины" королевского отпрыска, причем начинать празднества заранее, ещё до родов. Это если учесть, как часто тогда матери и младенцы умирали при родах или вскоре после них. И королевы не исключение...

Обеты рыцарские – тоже странный предмет. То есть можно дать самый немыслимый обет и всю жизнь провести в стремлении исполнить его, рискуя жизнью и свободой, иначе – позор. Но при этом от такого обета может легко разрешить любой встречный монах или ксендз.

Или вот еще любопытное сочетание суеверий с набожностью. Суеверия были впитаны «с кровью предков», если можно так выразиться, а набожность у многих была недавно приобретенная, иные из героев родились язычниками. Совсем недавно Литва приняла христианство для защиты от Тевтонского ордена, который под предлогом борьбы с язычниками нередко устраивал набеги на литовские земли. Литовский правитель Ягайло женился на польской королеве Ядвиге, сам принял христианство, окрестил свою страну, и тем самым крестоносцы потеряли формальный повод для войны. Практически все герои демонстрируют истовую набожность, кто-то искренне, а кто-то – чтобы его не заподозрили в неискренности, и религиозный экстаз временами чуть зашкаливает даже. Но в то же время и с нечистью стараются договориться: ну, а что ж, от Бога не убудет, а оно все спокойнее. Впрочем, наши собственные предки тоже поступали подобным образом.

Автор немножко и очень аккуратно подтрунивает над религией, религиозным рвением, духовенством, монастырями. Точнее, не над самой религией, а над тем, как некоторые люди ее интерпретируют. Например, подчеркивает, сколь велико уважение народа, включая и самых высокопоставленных лиц, к церкви, и как монахи беззастенчиво этим пользуются, выклянчивая «для бога» разные блага. Или как рыцарь, молясь Богу о ниспослании ему удачи в каком-нибудь деле, прикидывает, что бы ему такое пообещать за это и стоит ли дело того. Ну, а уж крестоносцев автор, не стесняясь, просто лупит в хвост и в гриву, изображая прогнившую изнутри систему, построенную на лжи, этакого колосса на глиняных ногах, который еще держится, но недалек тот час, когда мощь его будет сломлена и он с грохотом обрушится на землю.

Нравы тоже весьма простые и, так сказать, беззастенчивые. Тут нет места жеманству и ханжеству. Аббат вполне может заявить 15-летней девушке благородного происхождения: гляди, чтоб он тебя не подстрелил, а то потом еще 9 месяцев не вылечишься. А княгиня с любопытством спрашивает у рыцаря, успел ли его племянник «изведать утехи» с молодой женой. Это особенно интересно в сочетании со сложными рыцарскими ритуалами служения прекрасной даме. Да, еще напоследок хотела привести один комплимент, не рыцарский, правда=) «Вот это баба! — говорили люди. — Да она в лесу медведя подопрет рогатиной, и орехи грызть ей незачем: разложит на лавке да присядет, небось расплющатся, как под мельничным жерновом!» В общем, были девушки в польских селениях, куда там коням с горящими избами.

Итог. Не скажу, что чтение этого кирпичика было из простых. И даже не могу сказать, что оно было необыкновенно увлекательным. Нет, в этом плане для меня пока на первом месте у Сенкевича роман «Огнем и мечом», от него я действительно не могла оторваться. «Крестоносцы» же читались спокойно, временами даже буксовали, а также, случалось, меня раздражала экзальтированность героев. Но, в конечном счете, это очень добротная и тщательно проработанная историческая вещь, когда автору хочется верить во всем, о чем он пишет, как будто он сам там был и все видел.

Роман "Крестоносцы" является одним из лучших романом Генрика Сенкевича. И благодаря таким произведениям автора как "Камо Грядеши" и исторической трилогии "Огнем и мечом" стал признанным автором исторических романов. Сам Генрик Сенкевич был удостоен Нобелевской премии с формулировкой "За выдающиеся заслуги в области эпоса". События, которые описывает автор в романе имели огромное значение в истории Польши так и для ближних славянских народов, страдавших от постоянной агрессии со стороны немецкого общества. То, что касается самого романа, то он мне давался не так легко и быстро, как его же произведение "Камо Грядеши", которое было прочитано мною годом ранее. Да и читал я его ни больше ни меньше как месяц не потому что не интересно, а отнюдь, наоборот. Некоторые слова из обихода того времени и язык повествования притормаживали мой пыл чтения, а об имена персонажей я постоянно спотыкался треть книги, пока не привык. Но оно того стоило, особенно победоносная битва в конце книги, где автор отлично передал дух Грюнвальдской битвы с полей кровавого побоища. Один минус этого романа, по крайней мере для меня, это любовный треугольник между главными героями Збышко, Дануси и Ягенки, который слишком дотошно и сладко описывал автор первую половину книги. Если бы прочитал книгу лет на пятнадцать раньше, то эмоций от чтения рыцарского романа, и в том числе любовной линии, получил бы больше.

"Крестоносцы" - вторая книга Генрика Сенкевича в моём читательском багаже.

Вообще, надо отметить, что с польской классической литературой я знакома слабо. С историей же Польши - весьма поверхностно. Генрик Сенкевич же - безусловный классик Польской литературы, более того, мастер исторической прозы. И если читая первую, "Камо грядеши", я хорошо представляла себе тему, то в данном случае практически все исторические события, описанные в книге, оказались для меня либо совсем не знакомыми, либо знакомыми по касательной.

Духовно-рыцарских орденов было много, наиболее известные: Иоанниты, Тамплиеры и Тевтонцы. Художественных литературных произведений о них написано тоже много. И что характерно, описание рыцарей ордена либо положительное со всех сторон и его восхваляющее, либо резко негативное, с употреблением таких пороков как сребролюбие, гордыня и лицемерие.

В этой книге Сенкевич пишет о Тевтонцах, и пишет о них в резко негативном ключе.

Духовно-рыцарские ордена создавались естественно с благими намерениями и праведными людьми. Охрана христианских святынь и паломников - вот что было изначально смыслом создания столь масштабного движения. Но как это часто бывает, благие намерения очень скоро трансформировалось в банальное средневековое опг.

Сенкевич рассказывает без прикрас, иногда с очень резкими, голыми оборотами, о принципе, по которому жили в последнее время духовно-рыцарские ордена. Жажда наживы, безнаказанность и вседозволенность.

Тевтонцы - германское духовно-рыцарское объединение. Тевтонцы под предлогом обращения диких славян в истинную веру, разевали рот на польские земли.

Сенкевич, как сам имеющий польское происхождение, в книге явно симпатизирует полякам, не забывая в прочем подчёркивать грубый, дикий характер поляков ещё к тому времени. К тому времени, когда любимая польская королева Ядвига умерла, оставив Польшу христианской.

Автор прекрасно показывает изворотливость представителей ордена в поиске причин для продолжения военных действий против поляков. Показывает их умение обходить законы как государственные, так и личные. Каждый крестоносец у Сенкевича легко способен договориться со своей совестью.

И всё это происходит на фоне двух прекрасных историй любви.

Книга в целом мне понравилась. Но, как и в Камо грядеши" Сенкевич слишком прямо подаёт своё отношение к описываемому им вопросу. Автор будто навязывает свои мысли читателю, и если ты с его мнением не согласен, то ты не прав без рассмотрения твоих аргументов.

Да, бесспорно, аппетит приходит во время еды. И праведность, столкнувшись с сытой роскошью, испаряется. Но не все же такие.

Я каждый раз думаю об этом, когда пытаюсь проанализировать своё отвращение при виде служителей культа. А воцерковленные говорят мне - это гордыня. А мне чот кажется "кто проповедь читать захочет людям - тот жрать не должен слаще, чем они."

Вторая попытка приобщиться к творчеству польского автора - нобелевского лауреата, пишущего исторические романы, прошла чуть менее отвратительно чем первая. Я понимаю почему польская публика принимала с восторгом его книги, но чем они нравятся остальным ума не приложу. Снова нудненькое повествование и плоские герои - наши хорошие, кто против нас плохие. В этот раз на стороне наших выступают поляки - рыцарь-богатырь Мацько и его племянник Збышко из Богданца, граф Юранд из Спыхова, дочь его Дануся и чудо-женщина Ягенка. Сторону противника представляют крестоносцы - Куно Лихтенштейн, Ротгер с братией, Зигфрид. "Наши" представлены как образцы добродетели и при этом лихие и удалые. "Противники" подлые и коварные, попросту жестокие звери. Не смотри, что пан Юранд режет всех крестоносцев без разбора, мстя за убийство своей супруги, а Мацько и Збышко, по сути своей наёмники, мечтают побольше награбить в походах, да полонить и привезти домой побежденных, чтобы те на них работали. Но вы не понимаете, это другое. Хотелось бы получить больше объективности от исторического романа, а пришлось читать польскую агитку. Автор писал роман когда Царство Польское, уже без малого двести лет, входило в состав Российской Империи и было всего лишь Привислинскими губерниями. Конечно, ему хотелось почтить памятью славные годы своего народа, вселить в поляков веру в их могущество, поднять в них боевой дух. Вон, посмотрите тевтонам как наваляли, самый слабый из нас по пучку за раз убивал. Ведь могли же.

Я надеялась прочитать исторический роман, как у Мориса Дрюона, а получила рыцарский роман с прекрасной дамой, как у Вальтера Скотта, с добавлением польского национализма и растеканием мыслью по древу. Язык повествования легок, сложность доставляют только имена собственные, непривычные и потому не сразу запоминающиеся, но читать ужасно скучно из-за бесконечных повторений и неправдоподобных героев и событий.

В этой книге на примере нескольких сюжетных трагедийно-драматических, лирико-романтических и историко-героических линий Сенкевич сумел дать читателю максимально насыщенную картину условий жизни самых разных населенческих слоёв Польши и Литвы в условиях тесного недобрососедства с Тевтонским орденом на рубеже XIV—XV веков. При этом сначала кажется, что на первом месте у автора находится как раз линия любовно-романтическая: молодой польский шляхтич-рыцарь Сбышко, совсем юная придворная девочка-дева Дануся, молодая красавица панночка Ягенка и пара её ухажёров доставят читателю немало волнительных страниц, в особенности, конечно, читательницам — Генрик Сенкевич развернул нешуточные петлемёбиусные выкрутасы с приключениями этих молодых влюблённых друг в друга героев и героинь.

Однако по мере следования за извивами любовно-романтического сюжета всё больше открываешь для себя второе (хотя на самом деле конечно же первое) смысловое значение и содержание романа: подробно и детально изложенные картины жизни людей в условиях такого вот соседства — постоянные набеги тевтонских рыцарей и кнехтов на пограничные земли, захваты ими заложников и угон в полон простого польско-литовского люда, постоянная экспансия ордена на восток под предлогом христианизации некрещёных районов Литвы (и с конечной целью прямого территориального захвата этих земель), просто многочисленные случаи унижения как именитых шляхтичей, так и более простых поляков и литвинов.

И, конечно же, ответное патриотическое сопротивленческое движение как в народных массах, так и среди шляхты и польско-литовского рыцарства — и ответные набеги на территорию Ордена, и дуэльные поединки с крестоносными рыцарями, и попытки добиться правды у великого магистра, и организация ополчения и объединённого польско-литовского войска (усиленного полками и других народов) для конечной битвы при Грюнвальде, битвы, ставшей началом краха всего Тевтонского ордена.

Естественно, что автор в своём сочинении приводит много исторических фактов, причём как имеющих серьёзное и значимое историческое значение, так и просто так или иначе упомянутых в каких-то письменных источниках того времени (о чём автор информирует своего читателя в сносках). И потому вот это казавшееся изначально историко-приключенческим и романтико-лирическим повествование вдруг превращается в самый настоящий эпический исторический труд — недаром автор не стал томить читателя неизвестностями о личных судьбах своих героев, а чётко и недвусмысленно закончил все лирические линии до того, как перейти к последним главам романа, которые стали повествованием о Грюнвальдской битве.

В результате мы имеем весьма впечатляющее широкомасштабное историко-приключенческое произведение, способное потрафить вкусам самых взыскательных читателей и даже читательниц.

Генрик Сенкевич - "Крестоносцы"

Кто любит романтические романы Вальтера Скотта о странствующих рыцарях? Хорошая тема. Генрик Сенкевич написал тоже один роман о таких рыцарях, но его произведение было создано совсем по другой причине, кроме того оно более эпично и патриотично!

Как-то я проводил опрос среди своих знакомых поляков: "Какой польский классик по Вашему мнению наиболее выдающийся?" 60 процентов опрошенных указали на Генрика Сенкевича. При втором моем опросе (уже из этих 60-ти процентов) респонденты должны были назвать самый лучший и самый худший романы автора. Каково было мое удивление, что худшим романом по большинству голосов был назван... роман "Крестоносцы".

Однако несколько раз он был назван и наоборот, самым лучшим романом, что меня очень насторожило. Что же такого в нем особенного, противоречивого? Думаю, эти мнение в первую очередь обусловлены пониманием канвы этого романа и главной вкладываемой идеи автора.

Конец девятнадцатого века в Польше был обусловлен периодом повального выселения и депортации непрусских жителей (то бишь поляков и евреев) с прусских территорий. Такая германизация проходила на всех уровнях, даже в школах по отношению к детям. Такие репрессивные действия встретили соответственно сопротивление у населения. И, понятно, Генрик Сенкевич - первый литературный польский патриот - не мог остаться в стороне. В 1900 году вышел исторический роман "Крестоносцы", рассказывающий как раз о другом периоде германизации польских территорий, только проходивших пять веков назад. Резонанс был огромен. Интересен тот факт, что роман "Крестоносцы" был первым напечатанным и популярнейшим романов в Польше сразу после Второй мировой войны, как раз, когда "третье пришествие" германизации было повержено.

Конечно, те поляки, которые учитывают вышесказанное, ставят "Крестоносцев" на ступеньку выше. Современные солидные польские критики ставят этот роман на второе место по популярности у Сенкевича (после знаменитого "Камо грядеши", а по тематике истории Польши - вообще на первое место!

Что же касается моего личного мнения: это роман очень жесткий и реалистичный (последнее, похоже, присуще всем его романам). Смерть, пытки, изнасилования невиновных и невинных, похищения, религиозные лицемерия, месть, что приводит к моральному падению - всё это расписано строго и с большим литературным мастерством. В то же время это все огромное зло сильно контрастирует с большим мужеством, честью, благородством. Поляки в романе, я бы сказал, излишне идеализированы (хотя ведь понятно, почему). Наконец, Сенкевич хорошо показал в романе большую важность семейных отношений, дружбу в семье, отеческие чувства. И пусть в этом романе а-ля главный герой Збышек теряется на фоне крепкого и непобедимого дяди Мачека, этот факт все равно не перевешивает красоты и доброты семейной поддержки.

Порой, при чтении этого романа во мне восходили горькие чувства и досада. Ни в одной книге, прочитанной мною на польском языке не было такого уровня грусти. Бывает так, что большая любовь не может преодолеть все препятствия! Но это не означает, что мы должны терять надежду. Переход в финале романа от семейной истории к общенациональной и ее исход вселяет эту общую надежду, переходя от частного к общему.

Внесение в роман такого батального финала на мой взгляд было бы лишним в романе, но снова если учитывать цели автора, то финал вполне объясним. Да и описан он масштабно, красиво!

Где-то на польских форумах прочитал шутку, что родители угрожают детям именно этим романом, говоря, что если читать замогильным голосом определенные главы из "Крестносцев", то можно понять, что же такое истинное страдание. Правы ли они? Может быть, если, конечно, читать книгу без своих родителей.

Важное для меня было привыкнуть к порой длиннейшим десятистраничным описаниям (часто возникал вопрос, пропустить и прочитать только последнее предложение?). Ну и, главное было, прорваться через первые 100 страниц, чтобы привыкнуть к стилистике автора. Только тогда можно увлечься главными персонажами и с удовольствием продолжать чтение. Любимой частью оказался для меня конец первого тома.

Итак, средневековый мастрид-гигант повержен! А Вы уже пробовали читать этот нестандартный роман. Любителям истории рекомендую!

Генрик Сенкевич - признанный автор исторических литературных полотен за кои, собственно, и получил в 1905 году Нобелевскую премию по литературе. Делясь впечатлениями о романе Крестоносцы , мне хотелось бы остановиться на двух основных его составляющих: героико-исторической и лирико-романтической линиях. Роман заканчивается описанием Грюнвальдской битвы - одной из крупнейших битв средневековья, которая существенно повлияла на расстановку политических сил в Европе в первой половине 15 века. Автор показывает ряд исторических предпосылок, приведших к данному побоищу. Интересно было наблюдать метаморфозы, происходящие с главными героями. Славные рубаки, в первую очередь стремящиеся получить богатую добычу в военных схватках, превращаются в храбрых рыцарей, борющихся за идею. Мне в этой линии не хватило достойного антагониста. С протагонистами все ясно: они вышли живыми, ничто человеческое им не чуждо. А вот первые получились однобокими. Уже одно наличие белого плаща с крестом подразумевает злодея, и только злодея. Практически в каждом романе Сенкевича наличиствует молодой герой, который в силу своей неопытности, незнания, либо особенности характера в начале повествования способен наломать дров, а оставшуюся часть книги пытается исправить допущенные ошибки. В этой книге - это рыцарь Збышко. Он как молодой петушок наскакивает на любого, кто носит плащ крестоносца, не больно задумываясь о последствиях. Не обошелся в данном случае автор и без пресловутого любовного треугольника. И если в более ранних произведениях я наблюдала героиню и пару претендентов на ее сердце, то в этом во главе угла расположился все тот же юноша. Его внимание привлекают две девушки: одна - сказочно-эфемерная с ангельской внешностью и голосом, вторая - вполне реальная и земная, но не менее привлекательная. На этом противостоянии и строится вторая линия. Она добавляет драматизма в повествование, и без нее роман не был бы таким интересным.