Цитаты из книги Моя жена — ведьма

Конечно, его никто не видел, но выстрелы услышали все. На какое-то время стушевавшийся народ растянулся плашмя, пытаясь угадать, откуда же ведется стрельба. Поняв, что их несколько обманули, вся свора, озлобленно взвыв, стартовала за нами. Я никогда так не бегал… Босиком по еще прохладной мостовой, в неброском костюме древних греков на Олимпийских играх, подталкиваемый в спину ангелом-хранителем и бесом-искусителем, периодически тянувшими в разные стороны, да еще преследуемый по пятам разномастной нечистью, – это что-то! Мы неслись по широкой улице, потом петляли между рычащих автомобилей на красный свет, свернули в какие-то старые кварталы, там метались по переулкам, Анцифер выпачкал крыло в солидоле, а Фармазон где-то потерял маузер. Прохожие, хозяева домишек, женщины и дети, которых мы успешно сбивали, толкали или просто отрывали от дела, загорались праведной местью и увлеченно ввязывались в погоню. В конце концов они нас загнали в угол. Что, впрочем, вполне естественно, учитывая неравенство сил и разницу в ориентировке на местности. Коренные жители знали Город как свои пять пальцев. Впрочем, у некоторых их было шесть, а у одной резвой старушки вообще четыре, очень похожие на птичьи лапки, украшенные загнутыми когтями. Мой мозг удивительно беспристрастно отмечал все эти детали, в то время как я сам тупо шарил руками по гладким стенам тупичка. Под ногами – асфальтовая дорожка, над головой – синее небо, с трех сторон – бетонные плиты, а единственный выход плотно закупорен негостеприимными гражданами…

– О, гляньте, какой песик! Одни зубки в четыре ряда, а челюсти как у нильского крокодила… Ух ты, карапузик улыбчивый… Один ам – и руки как не бывало! А ведьма… о-о-о!.. Вот та, рыженькая, с клыками и свиным пятачком, – какая грудь! Шестой номер! Застрелиться и не жить… Бугай неграмотный, а ты-то куда прешь?! Спрячь зубы, вырву! Не заслоняй обзор, из-за тебя такую телку на траверзе не наблюдаю… Е-мое! Не, ну где ж они столько экспонатов понавыкапывали?! Жмурики, вы с какого кладбища? Не отвечай, челюсть падает, еще ногу себе отшибешь…

Почему-то в глубине души у меня складывалось нехорошее впечатление о той роли, которую мне навязали в данном спектакле. Кто-то стоит над нами и дергает ниточки, передвигает нас на шахматной доске, бросает кости так, чтобы мы могли шагать лишь в строгом соответствии с выпавшими. По большому счету можно было бы счесть себя некой фигуркой на поле битвы Добра и Зла, но это, скорее, от тщеславия. Богу и Дьяволу наверняка больше нечем заняться, если уж они оба решили поразвлечься с такой скромной персоной, как я, посредством похищения моей жены. Все это бред и пропаганда! Но чье-то незримое участие все-таки чувствуется…

-Итак,графиня кусает медведя за ухо.Ухо волосатое,ей невкусно...выплёвывает.Ага,вот теперь медведь завалил нашу дамочку на развалины дивана и начал...начал...О,какой интим!Какие позы!Как он её обнимает!Бедняжка сопит от боли и выворачивает партнёру челюсть.Ап!Она его скинула броском через голову с упором ноги в живот.Откуда такая сила?Неисповедимы тайны женского организма...Бросок,захват,подсечка!Браво,медведь!Он снова на высоте,проводит болевой приём и заламывает графине ногу за спину.Всё!Она подавлена и смята...Два хлопка о ковёр-просьба о прекращении поединка.Гонг!Победителем турнира объявляется медведь,дядя Миша.Цветы и аплодисменты мохнатому чемпиону!

Упыриха ловко стянула меня со стола, уложила на кровать, я зажмурил глаза, изо всех сил упираясь обеими руками ей в челюсть, а потом…

– Минуточку, гражданка Филатова! Вот, взгляните, пожалуйста, что я вам принес, – раздался мелодичный голос Анцифера.

Барыня тяжело сползла с меня и, цедя слюну сквозь большие зубы, устало вздохнула. Я огляделся… Фармазон сидел на столе, свесив ножки, а белый ангел помахивал перед носом Ольги Марковны длинным макраме. Это было настенное панно, изображающее сову. Узлы! Наташа говорила, что упырь обязан развязать все узлы. Судя по тому, с какой страстью графиня взялась за дело, – так оно и было.

– Блин горелый! Ну кто же знал, что он колдун?! – Я не колдун! Я вообще ничего не понимаю. У этого пенсионера какие-то проблемы с голосовыми связками, нужно быть врачом-отоларингологом, да еще серьезным профессионалом в этой области, чтобы понять, почему у него пропал голос. – Да потому, милый друг, что ты прочел заклинание! – Я прочел стихотворение! И то не полностью… У заклинаний, сколько мне известно, совсем другая вербальная структура. Они должны взывать к определенным природным силам, обычно низшего порядка. Для этой цели используется узкоспециальная лексика и фразеология. К примеру, желательно употребление истинного имени демона, правильная формулировка его вызова, надежное ограждение себя, четко обозначенное желание заказчика… – Все! Дальше можешь не говорить… костер тебе обеспечен! Циля, ты только подумай, какого крупного авторитета в области черной магии мы с тобой выпустили в свет?! Он же в этом деле подкован круче меня!

– Темные миры суть лишь отражение или отображение реально существующего мира, но растянутое во времени и пространстве. Я, естественно, имею в виду тот мир, где ты в настоящий момент проживаешь. Он один, для тебя. Для нас – один из многих. Свет, ложась на предмет, заставляет его отбрасывать тень. Присутствие истинного Бога в вашем мире породило тысячи лжебогов в так называемых «тенях». Мы именуем их Темные миры. Их множество, отличаются от вашего лишь чуть измененной трактовкой знаменательных событий. Например, в одном шотландцы победили Карла и завоевали всю Англию. В другом не прошла Великая французская революция. В третьем Ленин провалился под лед и утонул при попытке перехода Финского залива. В четвертом Вторую мировую выиграл Китай. В пятом Америка подорвалась на своих же ядерных ракетах, ну и так далее.

Мы легко воспарили к солнцу, но едва окунулись в ближайшее облако, как все вокруг изменилось. Дракон словно перестал двигаться, он даже крыльями не взмахивал, а словно парил в непонятном воздушном течении. Нас окружала густая фиолетовая темнота, иногда прерываемая каскадом разноцветных искорок. Порой они, словно кусочки мозаики, слагались в недолговечные картины. Неизвестные города, фантастические животные, сказочные растения, а иногда и просто необъяснимые комбинации цвета замирали на несколько мгновений и рассыпались на глазах. Тьма то густела, то светлела, то меняла общий тон с фиолетового на синий, с черного на изумрудный, с пурпурного на прозрачный ультрамарин. Видимо, это и были параллельные миры. Мы словно прошивали насквозь богато иллюстрированную книгу, где каждая страница была чьей-то Вселенной.

Девочка глядит из окошка - За окошком едет рыцарь на кошке. Или, может быть, на медведе... Непонятно - куда он едет? Может, хочет спеть серенаду О любви с каштановым взглядом И кудрями спелого лета? Рыцари - такие поэты... Если даже ловят дракона, Говорят с ним о красе небосклона, И загадывают гаду загадки, И играют, простодушные, в прятки. А потом они дерутся, недолго. У драконов велико чувство долга. И кончается весь бой - отпираньем Душ, и дружбой, и взаимным братаньем. Смотрит девочка в окно на балконе - Едет рыцарь на крылатом драконе. Тихо плачет позабытая кошка. Все красиво... Только грустно... немножко...