Цитаты из книги Пигмалион. Пьесы

Элли. Вас никогда ничего не волнует, капитан Шотовер? Капитан Шотовер. Я выстаивал на мостике по восемнадцати часов во время тайфуна. Здесь, правда, еще более бурно. Но все же я могу выстоять.

Рэнделл (убедившись в мирных намерениях вора, ослабляет свою бдительность и выходит вперед, покачивая кочергой, точно это аккуратно сложенный зонтик). Друг мой, я не вижу ничего правильного и справедливого в том, что мы обременим себя кучей неприятностей для облегчения вашей проснувшейся совести.

Менген. Может быть, тут еще кто-нибудь найдется, кто хочет прийти посмотреть меня, точно я последняя новинка в зверинце. Миссис Хэшебай. Вы и есть последняя новинка в этом зверинце.

Капитан Шотовер (появляется в двери из сада). Чья это душа предается здесь мучениям ада? Что тут случилось? Менген. Эта девица не желает всю жизнь думать о том, сколько времени проносятся ее перчатки. Капитан Шотовер (проходит через комнату). А зачем они? Я их никогда не ношу. (Исчезает в кладовой.)

Миссис Хэшебай (пожимая плечами). Превосходно. (Садится на диван, на старое место.) Но я должна предупредить вас, что когда я не сюсюкаю, не целуюсь, не смеюсь, то я только об одном думаю: сколько еще я могу выдержать в этом проклятом мире, наполненном жестокостью.

Миссис Хэшебай. Вы… гм… Нет, знаете, вы начинаете раскрываться. Вы совершенно уверены, что не дадите мне совратить вас на второе такое же сильное чувство? Мадзини. Вполне уверен. Это было бы противоестественно. Дело в том, что вы, как бы это сказать… от меня не загоритесь, и я от вас не загорюсь. Миссис Хэшебай. Понятно. Ваш брак, по-видимому, это нечто вроде противопожарного крана.

Миссис Хэшебай (смеясь, похлопывая его по руке). Мы были ужасно влюблены друг в друга, Гектор. Это был такой волшебный сон, что я потом потеряла способность ревновать тебя или кого бы то ни было, – я понимала, что это такое. Я всегда старалась приглашать к нам побольше хорошеньких женщин, чтобы доставить тебе еще такой случай, но у тебя что-то ни разу не вышло.

Леди Эттеруорд (с явным интересом). Кто этот джентльмен, который разгуливает там в саду с мисс Дэн? Миссис Хэшебай. Не знаю. Всего только десять минут тому назад она насмерть поссорилась с моим мужем. И я не видала, кто там еще приехал. Вероятно, новый гость. (Подходит к окну и смотрит.) Ах, это Гектор. Они помирились.

Менген. Черт возьми! Капитан Шотовер. Да уж взял! Меня тоже сцапал когда-то.

Шекспир (целует ей руку). Я ухожу через ворота во тьму, ваше величество, но мысли мои следуют за вами. Елизавета. Что? К моему ложу? Шекспир. Нет, ваше величество, к вашим молитвам, в которых я прошу упомянуть и мой театр.

Увы! Гегель был прав, говоря, что история учит нас тому, что люди никогда ничему не учатся у истории.

Да и вообще, кто из нас понимает, что делает? Мы бы никогда ничего не делали, если бы понимали, что делаем.

— Честный вы человек или мошенник, Дулитл? — И того и другого есть понемногу. Как каждый из нас.

Чья это душа предается здесь мучениям ада?

Наш век – это век выскочек.

Послушайте, а на каком таком основании вы все знаете о людях, которые с вами не желают иметь дела?