Цитаты из книги Американські боги

Война началась, но никто этого даже не заметил. Сгущались тучи, но никто об этом и не подозревал.

...впрочем, близнецы считались сверхъестественными созданиями, и дядя их боялся, боялся настолько, что не сказал им о намерении их продать, чтобы они не смогли причинить вред его тени или убить его.

Ибо верим мы посредством наших чувств, тех инструментов, которые используем при восприятии мира: зрения, осязание, памяти. И если чувства нас обманывают, верить нельзя ничему.

Снег, думал Тень. Где-то там, высоко-высоко, вокруг микроскопических частичек пыли формируются идеальной чистоты ледяные кристаллы, идеальные кружевные вариации на тему фрактала. И пока эти снежные кристаллы падают вниз, они слипаются в хлопья, покрывая Чикаго роскошной белой пеленой, дюйм за дюймом...

Подальше от мира, в котором наркоза стала религией масс.

Мужья – такие, как он – как правило, недолго умудряются протянуть после смерти жены. Вот увидите, он просто начнет ходить из угла в угол, все, к чему он привык, уйдет вместе с ней. Он изучается, ослабнет, а потом просто сдастся и умрет.

Наверное, ничего нет на свете более обнажённого, чем вскрытое человеческое тело.

— Так ты, значит, не американец? — спросил Тень. — А кто здесь американец? — вскинулся Среда. — Американцев по происхождению в природе не существует. Вот об этом-то я тебе и толкую.

— Свобода! — рокотал Среда, пока они шли к машине. — Это шлюха, которую нужно употреблять на подстилке из трупов. — Ты действительно так считаешь? — поинтересовался Тень. — Цитата, — отмахнулся Среда. — Из какого-то француза.

— Ну, обаяние дело нехитрое. Оно либо есть, либо нет, чужого, как говорится, не займёшь.

– Среда это делал. А он – это ты. – Он мною был, это правда. Но я – не он. – Старик почесал пальцем крыло носа.

– Тогда почему… Почему вы не убили меня? Вы же вполне могли это сделать. Старик вынул из кармана пачку сигарет без фильтра и выбил одну. Потом взял с каминной полки большой спичечный коробок и прикурил. Вид у него сделался очень задумчивый. – Потому что, – медленно проговорил он после долгой паузы, – есть такая вещь, как кровь. Но есть и другая, и называется она благодарность. А зима на сей раз выдалась долгой, очень долгой.

А скажи‑ка ты мне вот что еще, Теньчик. – Ну? – Тебя это все хоть чему‑нибудь научило?

Человек‑слон кивнул тяжелой головой и сказал: «Да. В хоботе. Ты многие вещи забудешь. От многих откажешься. Многие потеряешь. Но этого не теряй», – и тут начался дождь, и Тень вывалился, мокрый и дрожащий, из глубочайшего сна в состояние полной осмысленности.

Нью-Йорк устроен очень просто: авеню идут с севера на юг, улицы – с запада на восток.

волосы – перец с солью

– Как прошли похороны? – Прошли, – ответил Тень.

На кладбище отвез её Большой кабриолет. На кладбище отвёз её, А обратно - нет.