Желтый металл

Время действия романа — 1952 год, место действия — значительная часть Советского Союза: Сендунские золотые прииски где-то в Восточной Сибири, Москва, С-и (Сочи), Н-к (Новороссийск), Котлов (Казань), Баку, К. (Коканд или Бухара) и др.

На Сендунских приисках несколько рабочих при промывке золота стараются утаить золотой песок. Десятки (а то и сотни) граммов золота каждый день попадают вместо государственного хранилища в их руки. Все эти рабочие до указа 1950 года работали в частных золотых артелях. Владельцы «желтого металла» ищут выход на чёрный рынок. Приисковый закройщик Бородский скупает из-под полы краденое и припрятанное с артельных времен золото по цене 5 рублей за грамм. Большая часть денег рабочими пропивается.

Главным героем романа является Григорий Маленьев — приисковый рабочий, совращенный не Бородским (который платил слишком мало, но будоражил умы), а своим товарищем — контролером прииска Василием Лугановым и горным мастером (то есть непосредственным начальником) Александром Окуневым. Вскоре предложенная Окуневым цена — шесть с половиной рублей за грамм — перестала устраивать Маленьева с Лугановым. Они нашли самостоятельный канал сбыта и сами стали посредниками для части приисковых рабочих.

Родственники Луганова, проживавшие в приволжском городе Котлове, свели его со старообрядцем Петром Зимороевым, который купил у него золотой песок уже по 24 рубля. В свою очередь Зимороев продал металл проживающему в том же городе Михаилу Трузенгельду, который тут же перепродал его за 27 рублей бывшему часовщику Владимиру Бродкину. Бродкин отвез золото в Москву некой Рике Мейлинсон уже по 40 рублей за грамм. От неё золото неведомыми путями уходило к её южноамериканским родственникам, покинувшим Россию перед революцией. Другой канал сбыта от Зимороева вел на юг — в Бухару. Если золото не покупал Трузенгельд, то его брал Исмаил Иксанов — татарский националист и подпольный предприниматель, действующий под разными именами в разных городах.

Маленьев и Луганов скупали у приисковых рабочих только часть золота. Окунев имел нескольких добытчиков и свой экспортный канал. Его жена и брат, жившие отдельно от него на Черноморском побережье Кавказа, регулярно получали из Сибири посылки с металлом и сбывали его по 30—34 рубля местным жителям — ювелиру Леону Томбадзе и художнику-кустарю Арехте Брындыку, бывшему кулаку, который до войны работал на Кавказе в золотодобывающей артели. Кому перепродавал золото Брындык, остается в романе нераскрытым, пути, идущие от Томбадзе, показаны полностью. Один раз с помощью друга своего отца он продал золото в Баку шпионам-иранцам по 48 рублей за грамм, но потом, убоявшись слишком крупных цен, стал систематически, но гораздо дешевле сдавать металл живущему в соседнем городке ювелиру Магомеду Абакарову, который вез его в Узбекистан и с помощью родственников продавал в Бухаре крупному работнику облторга Хусейну по 44 рубля.

Для детектива финальная часть слишком коротка: вся преступная система разоблачена — жена Окунева взята с поличным при получении золота, и сдаёт мужа вместе с Томбадзе. Брындыку удаётся бежать (он случайно узнал об аресте Томбадзе), но его ловят на родине — на Украине, откуда он перебрался на Кавказ ещё перед раскулачиванием. Маленьев, убоявшись последствий хищения, продаёт весь металл и переезжает из Сибири к родственникам жены в З-к (Зеленодольск), бросает пить, и даже награждён за спасение из проруби милиционера, из-за чего в конце отделывается условным сроком.

По мнению Н. Митрохина, длинное описание цепочки перепродаж золота и короткая финальная часть нужны автору для того, чтобы выполнить свою основную задачу: «продемонстрировать множественность видов нелегального бизнеса, существовавшего в сталинском СССР, и тем самым фактически обличить существующую в государстве экономическую практику, приписав самые негативные её стороны влиянию „инородцев“ и других заведомо „чуждых элементов“ — старообрядцев и иностранных агентов».

В феврале 1957 года в журнале «Крокодил» вышел резко критический фельетон «Аллюры храбреца». В фельетоне приводился набор цитат, свидетельствующих «о недостаточной правке романа со стороны редакции», как, например: «крупная овчарка зарычала было, но тут же, узнав посетителя, подавилась и пошла к нему, развратно виляя длинным телом и сворачивая на бок морду» (в романе — с. 95). Вместе с тем бо́льшая часть приведенных цитат касалась выпадов В. Иванова против героев с неславянскими фамилиями. В конце рецензии её анонимный автор (в «Крокодиле» публикация неподписанных текстов была редким явлением) журил создателя и редактора романа за недостаточное знание русского языка. Характерно, однако, что оргвыводов ни по работе редакции, ни по деятельности писателя сделано не было.