Цитаты из книги A Man Called Ove

А ведь есть люди, которые спят и видят, как бы выйти на пенсию. Всю жизнь мечтать о том, чтобы стать лишним? Лишней обузой для остального общества - велика радость, нечего сказать! Забиться в свою конуру и ждать смертного часа. Или того хуже: дожить до то поры, когда тебя, немощного старика, упекут в богадельню. Страшнее этого, по мнению Уве, ничего и быть не может.

"Мужчинам вроде Уве родиться бы в те времена, когда людей судили по делам, а не по словам..."

People said Ove saw the world in black and white. But she was color. All the color he had.

Ove had never been asked how he lived before he met her. But if anyone had asked him, he would have answered that he didn’t.

She just smiled, said that she loved books more than anything, and started telling him excitedly what each of the ones in her lap was about. And Ove realized that he wanted to hear her talking about the things she loved for the rest of his life.

Кошак поглазел на Уве еще немного. Потом неторопливо поднялся. Типа я удаляюсь, но не потому, что кто-то рявкнул, а потому, что у меня есть дела поинтересней

Уве вернулся с утреннего обхода. Уве уставился на него. Кот - на Уве.

Они еще вернутся. Как вернулись к Соне. Как возвращаются всегда. Со своими параграфами и документами. Чиновники в белых рубашках торжествуют всегда. И забирают у таких, как Уве, любимых жен. И ничто в мире не вернет ему Соню.

«На заслуженный отдых…» – сказали ему на работе. Зашли к нему в контору в понедельник и заявили, мол, решили не тянуть до пятницы, чтоб «не омрачить ему выходные».

К двенадцати годам Соня прочла все имевшиеся там книги, каждую – не менее двух раз. Любимые же, как, например, "Старик и море", читала столько раз, что сбилась со счету.

Просто есть такие сыновья, что уходят из дому и не оглядываются. Ничего не поделаешь.

Но всюду рано или поздно на его пути вырастали чопорные, самодовольные физиономии, венчающие собой белые рубашки.

-Директор сказал, ты весь в отца!
Уве не обернулся. Только гордо приосанился.

Странное дело - осиротеть в шестнадцать лет. Лишиться семьи, не успевши обзавестись собственной. Это совсем особенное одиночество.

Помнил только, что в тот день решил и дальше быть как отец, да и все тут.

«Таких людей, как Вы, теперь больше не делают.»

А когда Уве встаёт, без пятнадцати шесть, кот уже расселся посреди кухни, скрививши морду так, будто Уве задолжал ему денег. На эту наглость Уве отвечает взглядом, исполненным подозрительности, -  словно кошак позвонил ему в дверь и с Новым Заветом в лапах начал выпытывать, готов ли Уве "впустить Христа в свою жизнь".

Никогда не любил забегаловок. Вот Соня - другое дело, та обожала их. Могла проторчать там всё воскресенье напролет - по её собственному выражению , "на людей посмотреть".