Цитаты из книги Отель

Потому что люди, у которых есть большие деньги, хотят вкладывать их прибыльно. А прибыль может давать лишь хорошо организованное предприятие, чего про «Сент-Грегори» сказать нельзя. Оно могло бы быть образцовым, но пока это не так.

Однажды он где-то прочитал, что, если военный самолет терпит аварию не по вине летчика, этого летчика тут же отправляют в новый полет, чтобы он не потерял уверенности в себе.

Никогда ведь не знаешь, насколько ты привязан к человеку, пока эта связь не оборвется. Вот и вы с вашим Питером — не теряйте ни минуты. Зачем тратить время попусту — его ведь не наверстаешь.

Никогда ведь не знаешь, насколько ты привязан к человеку, пока эта связь не оборвется.

"Интересно, почему все женщины в последнюю минуту занимаются ногтями, подумал Кэртис О'Киф и, вручая Херби Чэндлеру пять долларов, сказал: — Поделитесь с двумя другими. Острая мордочка хорька расплылась в улыбке" (с.)

Странные вещи там происходят с людьми: кажется, вот тебе железный человек, и не только телом, но и духом, - а на деле слабак. Веришь в человека, как в самого себя, а потом понимаешь, что ошибался. Но случается, все снова переворачивается.

Час від часу треба зважувати, що тобі дорожче: те, чого ти хочеш, чи те, в що ти віриш.

Скільки людина не живе, а все здається мало! Головне, виходить, не змарнувати в житті жодної хвилинки.

Чесні люди не зраджують своїх звичок так само, як злочинці.

"Приступая к делу, – сказал один из членов бригады, – мы прежде всего объявляем, что не собираемся делать перемещений в штате. И тут же начинаем увольнять".

«Я, например, считал, что, когда человека не беспокоят, это ему только на руку.»

– Прошлой ночью что-то не ладилось с четвертым лифтом. Вам известно об этом?    Главный инженер угрюмо кивнул своей лысой яицеобразной головой. – Так всегда бывает, когда механизм нужно ремонтировать, а денег не дают.

Странная штука - жизнь, промелькнуло в голове у Питера, всего какую-нибудь неделю назад он был свободен, как ветер, а теперь разрывается между двумя женщинами!

...ей было около сорока, она была всем довольна, в том числе и своей семейной жизнью, и уныла, как цементная стена.

Ей иногда казалось, что инстинкт, как щитом, заслоняет ее от сближения с людьми, тем самым оберегая от новой жестокой драмы, подобной той, которая разыгралась пять лет назад.