Bidden wij voor Owen Meany

"Без веры жить несравнимо тяжелее, чем когда веришь; но сколько же вера вызывает вопросов, на которые нет ответов..."

"Оуэн слишком хорош для этого мира"

Есть книги, в которые влюбляешься с первого взгляда (то есть уже с первой страницы). Есть романы, которые точно так же, с первой же страницы, ненавидишь (и есть за что). А есть произведения - выматывающие всю душу, и я сейчас ни капельки не шучу - которые заставляют одновременно и плеваться, и возносить до небес, и спорить, и соглашаться, и верить...Да, этот объемный (в восемьсот с лишним электронных страниц) роман именно что о вере, поисках веры, сомнениях, Боге и Божественном предопределении (оттого, кстати, книга Джона Ирвинга напомнила мне чудесные произведения той же тематики: Джон Бойн - История одиночества и Колин Маккалоу - Поющие в терновнике ), да, думаю, из его заглавия уже это понятно...

Главный герой книги - Оуэн Мини - смешной малорослый мальчишка со странным голосом (фальцетом и вечным криком) все чтение восхищал меня (да и всех остальных персонажей романа: друга Джонни, преподобного Меррилла, отчима Донни, Дэна) своей непоколебимой уверенностью. Казалось, его веру ничто не может сломить.

"Оуэн проживал свою жизнь так, как если бы выполнял поручение свыше, как если бы следовал святому Божьему повелению"

Он твердо верил в то, что у всего в этом мире есть свое предназначение, что все не просто так - просто мы, смертные, не в состоянии пока постичь замыслы Господа. Остается лишь верить. Верить, что твоя смерть не будет напрасной, бессмысленной кончиной, и она тоже послужит Высшему замыслу. Каким-то образом Бог подсказал Оуэну дату его, Оуэна, смерти. И тот факт, что Оуэн ее знает, а мы, читатели и его лучший друг, нет, придает всему дальнейшему повествованию необыкновенный трагизм (это будет нелегкое чтение), своеобразный обратный отсчет до точки невозврата...

Параллельно из 60-х мы переносимся в 80-е и воочию наблюдаем, как смерть Оуэна изменила жизни других людей: его друга Джона и его возлюбленной Хестер. Незаменимых людей нет, упрямо утверждает молва, но так и хочется поспорить...

Жизнь Джона, к слову, тоже вряд ли можно назвать такой уж счастливой и безоблачной: рано потерявший свою добрую и невероятно красивую маму (грустью пропитана вся эта книга от первых страниц до конца...), не знавший никогда, кто его настоящий отец; потерянный мальчик, живший со строгой бабушкой и добрым отчимом, он тоже отчаянно стремился поверить: в чудо ли, Бога, истинное предназначение...И все это находит с помощью Оуэна, который, подобно ангелу-хранителю во плоти, всегда оберегал Джона от жизненных неурядиц. Книга о дружбе, которая порою сильнее и прекраснее любви...

Единственное, что сильно разочаровало меня в романе, но из песни ведь слов не выкинешь, - это тот странный образ Бога, который несут в своих сердцах действующие лица книги: один на полном серьезе считает, что можно попросить Господа о том, чтобы другой человек упал замертво, а кое-кто уверен даже, что Бог может послать человека на смерть...Бог же всемилостив и милосерден, поэтому вряд ли способен на перечисленное, или это уже не Бог...

5/5, тяжелая книга, в которой радостное перемешалось с горьким, печальное - со смешным, это как сама жизнь в миниатюре, в которой обычно с лихвой хватает и того, и другого...Страдания в ней сменяются моментами счастья или наоборот, но все равно она причудливо-прекрасна, единственно-неповторима. Даже книга о смерти может быть жизнеутверждающей, ведь внезапно оказывается, что смешной мальчишка, ростом меньше своих сверстников, в который раз был прав: все в этом мире не просто так, а для чего-то...

Роман "Молитва об Оуэне Мини" настолько огромен, что я чувствую себя похожей на учениц Джонни Уилрайта, рассказчика. Он заставлял их перечитывать главы из романов Гарди, Фитцджеральда и постоянно недоумевал: "Да разве можно не заметить эти совпадения? Да разве не видно, как автор подводит вас к главной идее?" Вот и мне кажется, что я очень много пропустила, читая этот роман. Это не 700 страниц, это семь тысяч, но эту разницу никто не печатал. Когда я перевернула последнюю страницу романа, все эти семь тысяч оказались у меня в душе, и чтобы прочитать их, мне потребуется довольно много времени. Мне хочется остаться с этой книгой один на один, даже без посредничества того увесистого томика, который я читала несколько недель. Только я и книга внутри меня.

Честно говоря, этот роман поставил меня в тупик. Я не знаю, о чем он. Я не поняла. "Не поняла" - это не означает "роман меня не тронул". В голове просто тьма-тьмущая вопросов. Эта книга обо всем. Я чувствую себя слишком мелкой сошкой, чтобы определить "Молитву об Оуэне Мини" как "скурпулезное исследование феноменов американской социокультурной ситуации" или как "книгу о втором пришествии". И уж совсем не поворачивается назвать события книги "мистическими" (все это цитаты с обложки). Вот это я точно знаю! Если человек пишет о мистике в романе, значит , он прочел исключительно 700 страниц книги и не страницей больше.

Я вживалась в этот роман постепенно. В самом начале было довольно тяжело. Ирвинг скурпулезно выписывает каждую деталь. Не смотря на то, что произведение охватывает довольно большой кусок времени, ты буквально вязнешь в подробных описаниях каждого деревца, каждого пальто и каждого окна.

- ...Может, тебе Томас Гарди и вправду кажется скучным, но на самом-то деле у него все очень просто и понятно. Он рассказывает все, что тебе нужно знать. - Он рассказывает больше, чем я хочу знать!

Внутри меня зрел какой-то протест, но отбросить книгу в сторону даже не приходило в голову. Она меня околдовала. Я ощущала одновременно и какую-то еле уловимую брезгливость по отношению к героям "Молитвы...", и зависимость от них. Но самое главное - я им верила! Абсолютно никакого ощущения искусственности мира, созданного автором. Все правда - от первого до последнего слова. Все так и было.

- Просто потребуется немножко больше веры. - Потребуется больше тренироваться. - Да, вера требует тренировки.

Я ничего не сказала непосредственно о сюжете, да? И ненужно. Почитайте аннотацию - правда, там все неправда, но лучше не скажешь. Я в принципе тоже недалеко ушла от лжи. Просто чтобы сказать лучше - надо промолчать.

10 / 10

Я давно не читала Джона Ирвинга и уже забыла, какие великолепные романы он пишет. Наверное, меньше всего из прочитанного мне понравилась "Семейная жизнь весом в 158 фунтов", но это скорее из-за неприятной для меня специфики выбранной темы. "Молитва об Оуэне Мини" - это тот самый "золотой фонд" Ирвинга, одно из произведений в его лучших традициях, за которые я полюбила этого автора. Более того, когда я прочла примерно треть книги (не обращаясь к дополнительным источникам), я начала узнавать в этом произведении другой мой любимый роман - "Жестяной барабан" Гюнтера Грасса. Это уже потом я прочитала, что Ирвинг отчасти им и вдохновлялся. Я, конечно, считаю, что не отчасти, а прям как следует ("Молитва" очень сильно в духе "Барабана"), но это один из тех случаев, когда автор так гениален, что ни о каком заимствовании говорить не приходится: получился потрясающий самобытный роман, навеянный другим гениальным произведением. "Молитву" с романом Грасса роднят несколько черт: это, разумеется, фигура главного героя: карлика-провидца с пронзительным голосом, лишнего в своей среде и эпохе, обладающего неким предназначением, которое он либо упорно старается реализовать, либо от которого он бежит в попытках раствориться в обывательстве (так, мне кажется, поступил Оскар из "Жестяного барабана"). Во-вторых, это историческая сцена, на которой разворачиваются события. И здесь вспоминается присуждение Нобелевской премии Грассу: "За то, что его игривые и мрачные притчи освещают забытый образ истории". Такая же иносказательность, игривость и трагикомичность свойственна и ценящему его творчество Ирвингу, который неоднократно в этой своеобразной манере обращается к европейской и - особенно - к американской истории. Если Грасс, конечно, коснулся самого мрачного периода истории своей страны - прихода к власти национал-социалистов, то Ирвинг анализирует вторую половину ХХ века в США, касаясь в первую очередь проблематики Вьетнамской войны. Интересно также то, как он иллюстрирует взаимоотношения канадцев и американцев, я такую тему в литературе встречала нечасто, и у Ирвинга хорошо показана специфика их отношения друг к другу (здесь можно порефлексировать над распространённым мнением, что американцы считают канадцев деревенщинами, а те их - неотёсанными гордецами). Наконец, ещё один общий для двух романов фактор - это некоторые сквозные сюжеты, которые мелькают и регулярно возникают на протяжении повествования: смерть матери главного героя - общий для обоих романов мотив, странности в появлении главного героя на свет, такие темы как музыка, религия, политика (они постоянно всплывают в сюжете). Всё это делает романы чрезвычайно похожими, но в то же время самобытными и заслуживающими - безусловно! - большого внимания. Что касается непосредственно "Молитвы" и его индивидуальных особенностей, то в нём прослеживается тот особый стиль Ирвинга, в котором по-настоящему трагические события как-то сглаживаются ввиду ироничной манеры письма автора. Поэтому трагедия смерти матери повествователя, например, не ощущается действительно остро: она сглажена подспудной шутливостью и общим ощущением абсурдности происходящего. Но это не означает, что Ирвинг не умеет быть серьёзным: иные его фразы настолько точные, что бьют прямо по живому, и потом долго ощущаешь какую-то щемящую тоску. В целом хоть роман и овевает это ощущение абсурдности, он не уходит в магический реализм (в котором одной ногой стоит "Жестяной барабан", и что мешает по-настоящему сочувствовать) или, тем более, в абсурдизм. Он достаточно реалистичен для того, чтобы понять, как абсурдна бывает реальность. Может быть, поступки героев да и сами герои кажутся несколько надуманными (скорее кажется, что не может быть такого сосредоточения странных персонажей в одном месте сразу), всё же все вместе они создают именно ту картину, которую хотел изобразить автор, выразив в этом своё видение и своё отношение к выбранной странице американской истории. "Молитва об Оуэне Мини" - очень сложный роман, требующий постоянной включённости, умения и желания глубоко анализировать и сопоставлять. Это не просто роман о взрослении и воспитании, чувстве долга и самопожертвовании; это пёстрое полотно аллюзий и полунамёков, где одно постоянно связано с другим, а то, что именно этот персонаж - священник, или этот - военный, не случайно, и также требует осмысления. У меня, конечно, не хватило сил анализировать все семьсот страниц, так что в какой-то момент я просто отдалась чтению, интуитивно осознавая во многих моментах, что именно вот это вот - это не просто так. Но без дальнейшей рефлексии. Было бы тяжёлым и похвальным трудом продумать всё это произведение до конца, интерпретация которого заняла бы, наверное, по объёму (в том числе и затраченных сил) ещё половину романа.