Цитаты из книги Долгий путь домой

Арман Гамаш не хотел быть храбрым. Хватит. Теперь он желал одного – покоя. Но, как и Клара, он знал, что одно без другого невозможно.

У нее было выражение испуганного авиапассажира, который во все глаза смотрит на стюардесс во время взлета. Пытается прочесть по их лицам, не случилось ли чего-нибудь.

Если у Питера Морроу вместо сердца была пустота, то опустошила его собственная семья.

И теперь она чувствовала себя полной идиоткой. Она воображала, как он вернется, увидит ее, обнимет. В самых смелых своих мелодраматических мечтах она даже представляла, как он рыдает и просит у нее прощения за то, что был таким говнюком.

Редко кто из них запирал двери, хотя опыт и говорил им, что в этом есть резон. Но жители деревни знали, что безопасность в их доме обеспечивает вовсе не замок. И если беда придет, то не из-за открытой двери.

Габри, чей возраст приближался к сорока, а рост немного превышал шесть футов, отрастил изрядное брюшко давно: десятки тортов наполеон тому назад.

Арман Гамаш повидал в своей жизни немало плохого. Однако он видел и много хорошего. Причем зачастую в одном и том же человеке.

Как часто он допрашивал убийц, рассчитывая встретить каменное сердце и прогнившую душу, а вместо этого находил заблудшую добродетель.

What’s the use of healing, if the life that’s saved is callow and selfish and ruled by fear?

“Have you ever been jealous?” --- “It’s like drinking acid <...> and expecting the other person to die.”