Цитаты из книги Девять карет ожидают тебя

"Каждому нужен какой-нибудь дом. Чтобы уходить из него и снова возвращаться. И мне кажется, чем старше становишься, тем треднее уходить и приятнее возращаться."

Быть использованными-привилегия друзей.

Мы пытаемся жить как можно лучше способами, которые раньше казались невозможными. Всё лучшее проходит... "Заколдованный конь"

Как женщина, я ставила здравый смысл выше так называемой «чести» и без малейшего угрызения совести нарушила бы тысячу обещаний, если бы этим могла спасти Филиппа.

Если мне придется провести всю свою жизнь, сидя в углу чужой гостиной за вязанием в черном бомбазиновом платье, что бы ни означало это слово, — то, честное слово, это будет лучший бомбазин! Самый лучший!

Я смиренно подумала, что мужчины влачат существование на необыкновенно примитивном уровне. А я не придираюсь. В тот момент я на это тоже реагировала достаточно примитивно, это мне только теперь стыдно.

И как бывает с каждой ложью, она постепенно становилась все больше.

Вряд ли здесь вдруг потянет адским запахом серы только потому, что этот человек выглядит словно падший ангел из поэмы Мильтона и появился, как Князь Тьмы, из темноты потайной двери.

«И девять ждут тебя карет — вперед, скорее... И прямо к дьяволу... к дьяволу...» Нет, это было не предчувствие беды, просто я очень волновалась. Я улыбнулась. К дьяволу или еще куда-то, но я все-таки двигалась вперед.

бывает время, когда больше нельзя оставаться наедине с собой

«Высокий, темноволосый и прекрасный...» В голове у меня звучали эти слова — знакомый до тошноты романтический штамп; я подумала, что возненавижу его с первого взгляда.

...И облик тот еще не потерял

Той белизны, которой он сиял,

Могучий, но поверженный Архангел.

Вот сидит кто-то, ломающий руки. Об этом часто пишут в романах, но вряд ли кто-нибудь видел девушек, ломающих руки, как я вижу сейчас.

Я зову, но меня неслышно

Если тебя когда-нибудь переедет машина, постарайся, чтобы это был ролс-ройс.

научившему меня считать поэзию частью собственной жизни :"Наилучшие слова в наилучшем порядке"

это удивительно порядочный человек для француза

Когда мы достигли Парижа, солнце доживало в нем последний час.  Затухал мягкий, серый, мартовский свет, в воздухе пахло весной. Под ногами блестело, дождь отмыл небо на взлетным полем до бледной голубизны. Мягкие облака стелились и дрейфовали на мокром ветру, последний солнечный луч трогал их и подсвечивал. На дороге за аэровокзалом телеграфные провода светились над огнями машин.

Греция принадлежит всем нам — западным народам. Мы мыслим их представлениями и живем их законами. Она дала нам то, ради чего стоит жить. Правду, честь, свободу, красоту. Это наш второй язык, наша вторая манера мыслить, наша вторая родина. У нас есть родина… и еще — Греция.

Сатана, обличающий грех. Всегда крайне забавное зрелище, вы не находите?