Цитаты из книги Neverwhere

Когда она смотрится в зеркало, в зеркале не отражается красота. Только ее лицо.

Падать не страшно, - уверял он себя. - Страшно долететь до дна и разбиться.

– Хочешь знать, каково это, быть мертвым? – прошептал он. – Холодно, друг мой. Темно и холодно. 

– Стоять! – крикнул он. – Назовите ваше имя и положение. – Я леди Дверь, – сказала Дверь, – дочь Портико из Дома Арков. – Я Охотница, – сказала Охотница, – ее телохранитель. – Я Ричард Мэхью, – сказал Ричард, – весь мокрый.

Но все же гораздо проще во что-то не верить, когда оно не смотрит на тебя и не называет по имени.

Так это сегодня? Ричард на секунду замер, подумав о том, что если бы неорганизованность стала олимпийским видом спорта, он мог бы с честью выступить за свою страну.

Любой огонь жжется.

Лондон - это шумный, грязный, радостный, беспокойный город, который живет туризмом и презирает туристов.

За свою недолгую жизнь он успел научиться многому: ходить на работу, делать покупки в супермаркете, смотреть по телевизору футбол и включать обогреватель, когда становится холодно.

Города все равно что люди <...>. Хорошее состояние кишечника первостепенно для их жизнедеятельности.

Он обнимал ее в темноте, ее каштановые локоны рассыпались по его груди, она шептала ему, как сильно его любит, он шептал «люблю» в ответ, и – оба верили, что так оно и есть.

Чтобы было больно, необязательно бить сильно. Главное – знать, куда бить.

– Я всегда полагал, – промолвил он, – что путь насилия – это путь тех, кто ни на что не годен, а пустые угрозы – жалкое орудие слабоумных.

Я всегда полагал, что путь насилия - это путь тех, кто ни на что не годен, а пустые угрозы- жалкое орудие слабоумных. Маркиз

— Чего хочет каждый из нас? — философски заметил маркиз Карабас. — Мертвечины, — ответил мистер Вандемар. — И зубов побольше.

Ричард не верил в ангелов. Никогда не верил. И не собирался верить. Но все же гораздо проще во что-то не верить, когда оно не смотрит на тебя и не называет по имени.

"Все вещи хотят, чтобы их открыли..."

время, которое прошло, должно куда-то деваться. Оно не исчезает сразу