Цитаты из книги Город праха

– Это все ты виноват. Не надо было целовать меня вот так! Джейс, подпиравший дверной косяк, резко выпрямился: – А как надо было тебя целовать? Есть конкретные пожелания? – Нет. Я вообще не хочу, чтобы ты меня целовал. – Мне показалось, что в той ситуации выбора у нас не оставалось. – Вот этого я и не могу понять! Зачем она это сделала?! Зачем королева заставила нас целоваться? Ей-то что за радость?! – Ты прекрасно слышала: она хотела наградить меня. – Неправда. – Сколько раз тебе повторять? Феи никогда не лгут. Клэри вспомнила, что сказал Джейс в доме Магнуса. Они всегда знают, чего ты хочешь больше всего на свете, и могут подарить тебе желаемое, но с таким бедами в довесок, что ты проклянешь тот день, когда дал мечтам волю. – Значит, она ошиблась. – Она не ошиблась, – произнес Джейс с горечью. – Она видела, как я смотрю на тебя, как смотрит на тебя Саймон, как ты смотришь на меня. Мы для нее инструменты, и она сыграла то, что ей в тот момент захотелось. – Я не смотрю на тебя, – прошептала Клэри. – Что? – Я не смотрю на тебя. По крайней мере, стараюсь не смотреть. – Почему? – Сам-то как думаешь? – почти беззвучно произнесла Клэри. – Тогда какого черта? Зачем вся эта история с Саймоном? Зачем ты отталкиваешь меня? – Потому что это невозможно! – Против ее воли слова прозвучали надрывно. – Сам прекрасно понимаешь. – Потому что ты моя сестра, – сказал Джейс, и Клэри молча кивнула. – И ты, значит, решила, что старый друг Саймон поможет тебе отвлечься? – Вовсе нет, – запротестовала Клэри. – Я люблю Саймона. – Люка ты тоже любишь, – отмахнулся Джейс. – И маму. – Саймона я люблю по-другому, – резко и холодно ответила Клэри. – Не надо рассказывать мне, что я чувствую. – Я тебе не верю. – Зачем ты это делаешь? – Потому что ты лжешь. – Глаза Джейса горели, а руки в карманах были сжаты в кулаки. – Ты лжешь не только мне, но и себе самой. Что-то внутри Клэри треснуло и сломалось, слова сами сорвались с языка. – А ты хочешь слышать правду? Что я люблю Саймона так, как должна любить тебя? Что мечтаю, чтобы он был моим братом, а ты – не был?! C этим ничего нельзя поделать! Или у тебя есть какие-то идеи, раз ты такой умный?! Джейс со свистом втянул в себя воздух. По его лицу Клэри поняла, что такого он услышать никак не ожидал. – Прости, Джейс. Я не хотела… – Нет. Не надо, не извиняйся! Он шагнул к ней, едва не оступившись на ровном месте – Джейс, который никогда не спотыкался, не допускал ни одного неверного движения! Он поднял руку, желая погладить Клэри по щеке, и замер в миллиметре от лица. Она чувствовала тепло, исходящее от его пальцев, понимала, что надо отстраниться… и не могла себя заставить. – Ты не понимаешь. – Голос Джейса дрогнул. – Я никого никогда так… Я думал, что не могу… что неспособен… Меня воспитал отец… – Любовь – это уничтожение, – глухо сказала Клэри. – Я помню. – Я думал, что в моем сердце любви быть не может, – произнес Джейс так, будто сам не ожидал услышать от себя эти слова. – Никогда. Но ты… – Не надо. – Клэри накрыла его ладонь своей, сплетя пальцы. – Это бессмысленно. – Неправда! – с отчаянием воскликнул он. – Если мы оба чувствуем… – Неважно, что мы чувствуем, – перебила его Клэри. Собственный голос звенел в ушах как чужой. — Мы не можем быть вместе. Куда мы уйдем, как будем жить? – Будем держать все в тайне. – Все равно рано или поздно все узнают. Я не хочу лгать своей семье. А ты хочешь? – Какой еще семье? – горько усмехнулся Джейс. – Лайтвуды меня ненавидят. – Неправда. И я не смогу рассказать Люку. И маме! Что она скажет, когда очнется?! Всем, кого мы любим, наши чувства будут внушать отвращение… – Отвращение?! – Джейс отпрянул от нее, словно она его оттолкнула. – Вот, значит, что ты об этом думаешь! Клэри не осмелилась поднять на него глаза. – Может быть, – прошептала она. – Я не знаю. – Так бы и говорила. – Джейс! – Забудь мои слова, – произнес Джейс ледяным тоном. – Больше я никогда не поцелую тебя, можешь не сомневаться.

— Закрой глаза и думай об Англии, если хочешь. — Я никогда не была в Англии, — ответила Клэри, послушно смежив веки. Она чувствовала, как мокрая одежда холодит и раздражает кожу, вдыхала неприятно-сладкий воздух пещеры, и единственное тепло исходило от горячих ладоней Джейса на плечах. А потом он поцеловал ее. Сначала прикосновение его губ было легким, и Клэри почти против своей воли вдруг сделалась податливой и покорной. Она прильнула к груди Джейса, обвила его шею руками, встав на цыпочки, потянулась к нему всем телом, как подсолнух тянется к свету. Руки Джейса сомкнулись вокруг нее, пальцы запутались в волосах, и в один краткий миг поцелуй превратился из нежного в яростный — так маленькая искра в одно мгновение вспыхивает жарким пламенем. Приближенные королевы вздохнули в один голос, но Клэри этого не услышала — вздох потерялся в стуке крови в висках. Тело стало невесомым, голова закружилась. Ладони Джейса скользнули вниз, к лопаткам; он крепко прижал ее к груди — а потом отпустил, мягко отстраняясь, снял ее руки со своей шеи и отступил назад. Клэри испугалась, что сейчас она упадет как подкошенная, лишившись опоры, как будто от нее оторвали часть тела. Она смотрела на Джейса, пытаясь понять, что он чувствует. Ему все равно? Если ему все равно, то она этого просто не вынесет. Джейс встретился с ней взглядом, и в его глазах Клэри увидела то же выражение, что и тогда, в приюте Ренвика, когда портал, отделявший юношу от родного дома, рассыпался на тысячи осколков. Через мгновение Джейс отвел взгляд и сжал кулаки.