Отзывы о книге The Kindly Ones

Книга очень понравилась. Хотя написана жёстко и натуралистично, но понравилась.

Идея, конечно, не нова. Обычные люди убивают других людей, потому что так сложились обстоятельства. Что, убили 30,000 человек? Да я никого не убивал, моё дело было только обеспечить оцепление!

Напоминает историческое исследование, хотя это и художественная литература. Для лучшего понимания пришлось даже ознакомиться в Википедии с эсэсовскими званиями, а то был не очень понятен ранг всех этих обер-штурм-бан-группен-унтер-шар-бригаде и т.п. фюреров. Автор намеренно, я думаю, написал всё со всеми мельчайшими подробностями погоды, именами людей и населённых пунктов, перечислением всего, что ели, пили и курили и т.д. и т.п. Именно так и должен был написать доктор Ауэ, всегда аккуратно и точно выполнявший все свои обязанности. С другой стороны, все эти детали создают ощущение абсолютной реальности происходящего. Поэтому, если после середины книги возникнет желание бросить, не советую этого делать. Всё самое интересное в конце, когда Советская Армия уже подходит к Берлину. Ну и самый конец совершенно неожиданный. Война показана с "той" стороны, что само по себе очень интересно. С "этой" мы её все хорошо знаем, со стороны британских ВВС я читал у Лена Дейтона (тоже отличная книга), и вот теперь взгляд эсэсовца. Особенно поразило меня описание банды детей, "игравших в войну" на берегу Одера. Думаю, и у наших детей что-то подобное было, но никто пока не отважился про это написать. Ну или я пока не прочитал соответствующую книгу. Напомнило "Повелителя мух" Голдинга (и это тоже одна из моих любимых книг).

В книге множество ярких персонажей, причём нет явно выраженных отрицательных, кроме двух-трёх. В основном все симпатичные, приличные и умные люди. Все стараются сделать своё дело лучше, рацион заключённых в концлагере увеличить. Томаса так прямо жалко было в конце. А результат? Результат -- 30,000 убитых за пару дней. Но никто не виноват, всё делалось только для блага народа, Volks.

Не уверен, что буду рекомендовать такую книгу кому-то, хотя и думаю, что прочитать её надо обязательно. Пусть все её читают без моей рекомендации...

Долго читал, долго созревал по поводу рецензии. И вот созрел.

Книга затянула с самых первых страниц. Еще из аннотации можно узнать, что повествование ведет офицер СС на вынужденной "пенсии" из какой-то банановой республики в латинской америке, куда успешно унес свою фашистскую жопку в конце войны. А вот дальше начинается интересное! Наскучило старику в тропиках и решил он излить свою историю на бумаге, начиная с первого дня войны и заканчивая побегом от наступающей на пятки Красной Армии. Мы привыкли слышать об ужасах лагерей, сжигании евреев в печках, вычищении гетто, массовых расстрелах с последующим захоронением в братских могилах, проклятых отрядах СС, состоящих из Украинцев и Русских (были и такие). Но каждый раз это говрит ведущий документальной передачи или это сухим и унылым текстом написано в учебнике истории. В Благоволительницах повествование ведется от первого лица. И зуб даю, у автора получилось на пять баллов передать эмоции участника всех этих событий. Тут вам и айнзатцгруппы, пачками расстреливающие евреев, и Крым, и зачистка Кавказа от "нежелательных элементов", и в Сталинград заносит нелегкая главного героя. А в итоге и Берлин, и открытие второго фронта и вполне предсказуемый результат для верных сынов вермахта))) Благоволительницы - это не серый пересказ событий Второй Мировой, это повествование от лица человека, который находился по другую сторону баррикад. Он тоже переживает, его тошнит от вида мокрых канав с корчящимися умирающими еврейскими детьми и женщинами, он занимается самокопанием, пытаясь понять причину такой ненависти, он мечтает осесть после войны на оккупированной территории. Хотя в целлом, Литтелл создал образ абсолютно отрицательного героя. Этакий собирательный образ. Всё, что можно придумать гадкого и мерзкого в человеке, всё присутствует в какой-то степени в главном герое и по прочтении ничего хорошего сказать о нем не получается. кроме, может быть, того, что он любил музыку. ВНИМАНИЕ! СПОЙЛЕР! Он трахался со своей сестрой, он пассивный педик и любит мальчиков, он убил мать и отчима, он убил единственного, пожалуй, друга, он даже укусил Гитлера за нос!!!!! Ну, в общем, читайте! Книга не простая, но очень интересная и заставляет о многом задуматься. 5 баллов Литтеллу за сие произведение!

Осторожно, много текста, зачастую бессвязного и не по теме.

Сложно переоценить полезность "Благоволительниц", ведь Литтел показывает другую сторону, другой взгляд. Там, конечно, все не так героично, как в тех историях, к которым мы привыкли с детства, но это и хорошо, ведь в войне нет героизма, в ней есть только физическая и моральная грязь и кровь, по которой не отличишь "своего" от "чужого".

Эффект полного погружения. Настолько полного, что не осознаешь, что творится вокруг и весь мир сужается до экрана читалки, ставшего личным Адом, в котором нет Вергилия, чтобы провести экскурсию, и приходится самостоятельно преодолевать круг за кругом, испытывая все на своей шкуре, безо всякой надежды на то, что дальше будет легче. Просто потому что не понимаешь как это - остановиться, разве можно не идти? И какое-то время спустя теряется способность анализировать происходящее, оценивать его с моральной или какой-либо еще стороны, потому что не верится, что может быть как-то иначе, потому что ничего другого не существует. Не последнюю роль в погружении играет и физиологическая сторона. Она может казаться неприглядной, но как художественный прием это здесь очень даже в тему. И потом, разве Литтел открывает что-то новое? Нет, мы все это и так знаем и даже, простите за выражение, регулярно проделываем. Плюс ко всему, именно физиология даёт нам понять, что глав. гер. Макс Ауэ действительно переживает все, что происходит. Или, по крайней мере, организм ему об этом отчаянно сигналит

По другую сторону фронта были такие же люди как и мы, они так же сражались за Родину, за идею. И пусть идея состояла в очистке мира от "еврейской чумы". Некоторые из солдат/офицеров наверняка приняли национал-социализм из-за последствий Первой Мировой. В детстве они потеряли отцов или же те вернулись домой неузнаваемыми, что оставило неизгладимое впечатление, а затем в подростковом возрасте (как раз-таки времена появления НСДАП) они увидели выступление Гитлера и со свойственным возрасту максимализмом представляли, что отец безусловно одобрил бы эти идеи, что если бы он не погиб/попал в плен/<вставьте нужное>, то он точно стоял бы рядом с Гитлером, а то и был бы его правой рукой. И никто из этих подростков не знал, что война - не веселая прогулка с товарищами (знали, конечно, но на чисто умозрительном уровне, как я знаю о существовании островов Капри).

Война срывает с людей все защитные покровы, обнажает и углубляет все их душевные раны и счастлив тот, кто сумеет не утратить себя, не превратиться в зверя (понимаю, что в данном случае говорить о "звере" нельзя, ведь то, что люди порой делают друг с другом ни одному зверю в голову не придет, так что предлагаю рассматривать это лишь как фигуру речи). Но и его будут мучить ночные кошмары и воспоминания о том, что творилось. Хотя в том же Бабьем Яру вряд ли кто-нибудь об этом думал, ведь там был худший из кошмаров наяву. Именно такие массовые убийства и сформировали образ жестокого, не знающего пощады немца. Однако нельзя забывать, что поначалу никто этого не хотел, что убийства совершались во имя Родины, веры в фюрера, ведь он-то точно знает, как надо. Само собой, можно сказать, что у солдат был выбор. Но в таком случае не видать им приличной службы, а где-то там жена, дети и престарелая тёща, которых надо кормить, а это все к лучшему. И лишь потом у некоторых солдат/офицеров произошел "сдвиг по фазе" и убийства стали для них источником удовольствия. Что же касается высших чинов, то там, как мне кажется, либо люди, искренне во все это верящие, либо те, кто из всего умеет извлекать выгоду, а война вообще и "окончательное решение еврейского вопроса" в частности лишь очередные ступеньки на пути к цели.

То, как постепенно нам раскрывается персонаж Ауэ заслуживает отдельных похвал: вот в Токкате он так здорово рассуждает о войне, что проникаешься некоторой симпатией, дальше он предстает эдаким слегка отстраненным интеллигентом, потом узнаешь про несчастную любовь и слегка сочувствуешь, а потом понемногу туман рассеивается и виден настоящий Макс Ауэ во всей своей неприглядной естественности или естественной неприглядности. Здесь у меня встает вопрос о другом персонаже – Томасе, который всю книгу является злым ли, добрым ли, но гением. Он всегда рядом в критический момент, именно он приносит известия обо всех назначениях, и тут можно бы подумать о том, какую выгоду Томас мог бы получить. Оставим в стороне обаятельность Макса и то, насколько он хороший собеседник, и получим своего человека в важной отрасли, который будет сливать ценные сведения, а если вдруг Ауэ о чем-нибудь догадается, его всегда можно шантажировать. Ну а с другой стороны, почему бы Томасу не быть просто не быть добрым другом, хотя и немного карьеристом? Каждый решает для себя. И наверняка найдется немало фактов подтверждающих обе теории и факты в пользу третьей, или четвертой, или пятой…

Сложно говорить об этом романе, буквально вышвыривающем из привычного мира. Его и читать непросто, но если неделю назад я была уверена, что не буду его перечитывать, то сейчас думаю, что через пару лет было бы неплохо прочитать и сравнить ощущения. Все же меня не покидает чувство, что я что-то упустила (мне смутно чудились аллюзии на Музиля). В любом случае, буду я перечитывать или нет, "Благоволительницы" и сейчас многое мне дали. Пожалуй, это был тот самый, нужный роман о войне, который навел некоторый порядок у меня в голове.

Тяжелая и страшная книга, но книга о войне и должна быть такой. Каждый должен понимать, что на войне нет места романтизму и идеализировать ее не стоит, что война это кровь, кишки, испражнения, что обязательно погибнут невинные, что будут умирать дети, что наступит момент, когда уже нельзя отвести глаз. Современный человек пытается оградить себя от сильных переживаний, жить по принципу «не со мной и хорошо», а вот такие книги разбивают наши стеклянные и внешне благополучные домики. В книге много исторических фактов, такого, что я не знала о войне, о геноциде евреев, о нацистах, о том как завоевывалась Украина, да о том же Бабьем яру. Я не люблю книги о войне, и не верила, что смогу прочитать эту, а вот мало того, что прочитала, так еще и затронула эта книга, что-то глубоко личное. Я всегда по-детски, считала, что нацист – это зверь, это обезумевший мутант, которого и человеком то и не назвать, а вот Джонатан Литтелл с первых страниц заявляет нам устами своего главного героя Макса Ауэ, что нет, дорогие, нацисты это такие же люди, как и вы, и до войны, они и представить не могли, что будут стрелять в детей, которых перед этим уложили в так называемую сардинную укладку. Вот он удар под дых, вот вызов человеческому, потому что Ауэ посмеивается над нами, пробует нас на слабину, спрашивает нас о том, чтобы мы делали на его месте, пошли ли бы против системы, или спрыгнули в яму добивать. Еще один болезненный вопрос о том, почему мы виним тех, кто стрелял, но забываем о тех, кто смолчал, кто подавал палачам руки, кто наливал им утром молоко, кто чистил им сапоги, они ведь тоже преступники, просто тому, кто с ружьем не повезло. И вот от этого, становится жутко, потому что не создала природа ничего более страшного, чем человек. И каждому кто сейчас в современном мире развязывает войны, хочется ответить словами, одного человека, который с маленьким ребенком на руках нашел в себе силы, чтобы сказать:

Я просто желаю вам выжить на войне, а после и через двадцать лет с криками просыпаться каждую ночь. Надеюсь, что вы не сможете смотреть на своих детей, не вспоминая наших, убитых вами.

Война. Книга о войне. И в рецензии есть желание говорить только о войне. Осуждать, кричать, призывать, что бы больше никогда и никто. Сама книга как бы теряется на фоне такой огромной и страшной темы. Но я попробую рассказать… Повествование ведется от лица офицера СС Максимиллиана Ауэ. Он вспоминает Вторую мировую войну и свое участие в ней. Расстрелы евреев, Сталинград, концлагеря, Берлин под бомбежками. Он продирается сквозь свои жуткие воспоминания, постепенно деградируя и сходя с ума. В начале к главному герою испытываешь ненависть, потом жалость, потом опять ненависть и снова жалость. И так до конца книги. Иногда кажется, что в глубине души Ауэ понимает, что Окончательное решение по еврейскому вопросу это огромная ошибка. Окончательное решение – это преступление против человечества. Ужасает то, что люди убивают других людей: мужчин, женщин, детей, по причине, что им сказали, что это правильно. Потому, что горстка высокопоставленных личностей решила стереть еврейскую нацию с лица земли. Потому, что им говорят, что они высшая раса. При описании расстрелов концлагерей становится противно и страшно, что человек способен на такое. А ведь только человек на такое и способен. На такую жестокость. Фотографировать расстрелы и хвастаться фотокарточками перед друг другом. Из трагедии и человеческих смертей делать красивый альбом. К сожалению, Ауэ признает Окончательное решение ошибкой, но только политической. Его не волнует судьба людей, его волнует только то, как все выглядело на мировой политической арене. Я не могу назвать Ауэ психически здоровым человеком. Его психика надломилась еще в детстве и дальше все лишь усугублялось. С каждой страницей он тонет в своих грезах, галлюцинациях, все глубже погружается в темноту своего безумия. Да он выжил после войны, женился, завел детей. Но он не стал от этого нормальным. Его воспоминания – это его наказание. Автор находит много общего между советским и немецким политическими режимами. Он рассказывает, что и советские солдаты творили зверства над мирным населением. Насилие порождает насилие. Если враг убил твоих жену и детей, ты придешь в дом врага и сделаешь тоже самое. Добро и зло теряет свой привычный смысл. И это еще одна правда о войне. В шок вгоняют и последние страницы романа. Сначала встреча с детьми в лесу. Вот они настоящие дети войны. Без жалости, без сожаления. Они убивают и своих, и чужих. Они уже и не дети. Они перепаханы войной. И последние дни капитулирующего Берлина. В развалинах, в безумии. Люди бегут, а куда не знают. Лишь бы подальше от этого ужаса. И напоследок хочется сказать банальное, но правильное: «Лишь бы не было войны!». Потому что война ломает судьбы целых поколений.

Очень долго стояла книга на полке и ждала своего часа и вот наконец 800 страниц подошли к концу.Это было долгое и познавательное чтение. Роман написан в виде исповеди офицера СС Макса Ауэ. Он является вымышленным персонажем, но в произведении используется такое количество исторических фактов,реальных географических описаний, и присутствует много реальных персонажей,что начинает казаться,что перед читателем документальное произведение,настолько все живое и детально прорисованное. И это неудивительно,ведь автор долгое время путешествовал по России и Германии,изучал литературу и исследовал архивы.

В романе описаны массовые уничтожения евреев, "окончательное решение еврейского вопроса", и мы видим расстрельные отряды, в которых палачи руководствовались совершенно разными мотивами:кто то из садистских наклонностей и жестокости, кто то не смел ослушаться приказов фюрера,а кто то как Ауэ из идеологических убеждений. Чем дальше тем сильнее границы дозволенного размываются и солдаты постепенно теряют над собой контроль,сходят с ума. самаого Макса Ауэ мучают видения и кошмары.

Вообще массовые убийства описаны как бы между делом,как обычная статистика,цинично без раскаяния.

Рекомендую к прочтению.

возможно, не совсем способна воспринимать такого рода литературу, но по окончании чтения книги (и даже послесловия к ней, которые я вообще редко трогаю) остался всего один, наверное, глупый вопрос - почему нельзя графоманию называть этим самым словом? почему автор не говорит - мне захотелось написать и я написал. я долго пыталась понять, почему уже пятьсот, тысячу, тысячу двести, тысячу пятьсот страниц (помечу - читаю с электронной книги, здесь распределение по страницам чуть иное) ничего особенно не происходит - события описаны, да, их много, но они ни к чему не приводят, они в потоке слов бесцельно нагроможденных теряются. к тысяча шестисотой как будто бы развязка и я как будто бы понимаю, к чему вся тягомотина до этого - чтобы прочувствовать, проникнуться бесконечной тоской будней лирического героя и вот это все. но нет. в послесловии автор говорит, что персонаж - безлик, он просто рассказчик. но как же так! тогда зачем? до меня не дошло, простите. не вижу ценности в книге, состоящей из аллюзий литературных, каких-то фактических зарисовок и цифр. точнее нет - вижу, но не в данном случае: конкретно здесь нет законченности. столько немотивированных поступков, столько глупостей откровенных, о которых думаешь - господи, да как же они на его дальнейшей жизни отразятся! я все ждала, например, его участия в нюрнбергском процессе. а тут - открытый финал. и как, как это воспринимать? я не знаю. наверное, вернусь к этой книге через несколько лет.

Литтелл, Джонатан. Благоволительницы. Ад Магринем, 2012

Фото писателя.

Об авторе. Джонатан Литтелл (англ. Jonathan Littell, родился в 1967 году, Нью-Йорк) — американо-французский писатель, лауреат Гонкуровской премии (2006). Его еврейские предки Лидские эмигрировали из России в США в конце XIX века. Учился во Франции и США. С 2007 года является гражданином Франции, живёт в Испании.

Жанр. Роман о второй мировой войне и холокосте, увиденных глазами офицера СС, был написан на французском языке и опубликован в 2005 (английский вариант напечатан в 2009), 800с.

Премии. За роман «Благоволительницы» автор получил Гонкуровскую премию и Большую премию Французской Академии. Популярный французский журнал Lire («Чтение») назвал роман лучшей книгой 2006 года. До конца 2007 года книга была распродана во Франции в количестве 700 тыс. экземпляров. После публикации англоязычного варианта «Благоволительниц» Литтелл получил от британского журнала «Литературное обозрение» премию за худшее изображение секса в литературе.

Дальше...

О названии романа. Благоволительницы — это эриннии, которые преследуют Ореста за убийство собственной матери. Не будет ошибкой переводить название романа — «Эвмениды», — но поскольку автор все же выбрал для заголовка не греческий (эриннии), а французский вариант «Les Bienveillantes», то и в переводе предпочтительным оказывается не греческое слово, а русский неологизм. Сюжет. Главный герой — немец Максимилиан Ауэ, живущий во Франции. Профессия — юрист; карьера — от офицера СС нижнего звена до высшего (помощник Гиммлера) во время второй мировой войны, в мирное время (1973г.) — директор кружевной фабрики. Он описывает события второй мировой войны от нападения Германии на СССР с 1941 по 1945 гг. Оккупация Украины, Крыма и Северного Кавказа (Пятигорск), Сталинград, Берлин и полный крах рейха. Вторая сюжетная линия — это его личная жизнь.

Литтелл: Мой Ауэ — это рентгеновский луч, сканер. Он действительно не является правдоподобным персонажем. Я стремился не к правдоподобию, а к правде.

Впечатление. О наиболее интересных для меня местах. Впервые читаю книгу о том, как и в каких условиях существовала фашистская военная машина, частью которой были подразделения СС. По художественным и документальным фильмам, показанным в СССР, у меня было представление, что немцы до Сталинграда прошли парадным шагом, не испытывая особых неудобств на чужой территории. (Окружение Сталинграда довело немцев до каннибализма, т.к. солдаты получали рацион питания меньше, чем заключённые в КЛ). Правда, в романе показаны только подразделения СС и очень подробно описана их работа по уничтожению большевизма и евреев.

Всегда передо мной стоял вопрос, почему именно евреи так ревностно сохраняют память о погибших, ведь народов других национальностей было убито больше? Книга даёт на это исчерпывающий ответ. Для Гитлера главным врагом был большевизм, а большевизм был порождён Лениным и его партией, которая в большинстве своём состояла из евреев. В западной Украине, куда вступили немцы в 1941 году, тройки НКВД, приговаривавшие к расстрелу проживавших в тех местах поляков, немцев и недовольных украинцев, состояли из евреев. Их в тех местах ненавидело всё местное население. Перешедшие на сторону немцев украинцы с удовольствием расстреливали евреев. Но потом евреев согнали так много, что к расстрелам подключились сами немцы.

Поначалу решили расстреливать на лесных полянах, но там невозможно было вырыть рвы для тел, т.к. все поляны уже были местами захоронения жертв НКВД. Пришлось рыть траншеи прямо в поле. Расстреливали только евреев–мужчин, а также командиров Красной армии и партийных. Но потом пришёл приказ фюрера, что евреев надо расстреливать всех, т.е. стариков, женщин и детей. И вот тут офицеры и солдаты СС возроптали. Все, кто мог, стали переводиться в Берлин, некоторые стрелялись, многие солдаты от постоянных расстрелов сходили с ума или стреляли в своих командиров. Было принято решение, что надо не расстреливать, а травить евреев газом и тела сжигать в печах.

Содержание в концлагерях (КЛ) были ужасающими и не только от жестокости, но и от полной антисанитарии. В Германии не было денег на их содержание. У прибывших заключённых отбирали всё и ценные вещи передавали на склады. Склады разворовывались обслугой СС. В лагерях царила коррупция. Наиболее жестоких офицеров и солдат предавали суду и расстреливали. Руководителей КЛ снимали с должности и отправляли на юг Германии якобы для поправки здоровья, но там их расстреливали. Этим занимались специальные подразделения СС, кроме всего, они ещё уничтожали тяжелораненых немецких солдат на завоёванных территориях.

В период, когда советская армия подступила к Берлину, в городе обстановка была паническая. Дезертиров и детей, бежавших из окопов, полиция отлавливала и казнила через повешивание. Весь город превратился в развалины и везде, где были подходящие опоры, висели тела казнённых.

Личная жизнь Ауэ выписана экзотической. Здесь и любовные отношения с сестрой-близнецом, сложные отношения с матерью и отчимом, призрачная любовь к отцу, который оказался негодяем, убийство матери, единственного друга и т.д. Много рассуждений, как дошли до такой жизни, где массовые убийства исполнялось нормальными в обычной жизни, интеллигентными людьми. Сам Ауэ был эстетом. Поэтому в романе есть рассуждения о культуре народов Кавказа, об их языках, т.к. немцы привлекали горцев на свою сторону. Много рассказано о культурной жизни в Берлине, о музыке, о литературе.

И последнее. Книга толстая. Можно было надёргать цитат, и получился бы хороший пост. Но важен подтекст. Литтелл много заимствовал из русской литературы. Раскольникова,— когда убивал евреев, Печорина, — когда служил в Пятигорске (у него были трения с офицерами СС), и другие аллюзии. Этого в рецензии передать нельзя. Советую почитать.

Цитаты.

С детства я был одержим стремлением к абсолюту и преодолению границ; эта страсть и привела меня к расстрельным рвам на Украине.

Наша система, наше государство не придавало ни малейшего значения рефлексиям своих верных служителей. Государству было безразлично, из каких соображений мы убивали евреев, из ненависти, или для того, чтобы сделать карьеру, или даже потому, что в некоторой степени получали от этого удовольствие.

Какими бы беспощадными и ко всему привычными ни были наши солдаты, никто из них не мог стрелять в женщину-еврейку, не вспомнив жену, сестру или мать, убивать еврейского ребенка, не увидев перед собой в расстрельном рве родных детей. Их поведение, зверства, алкоголизм, депрессии, самоубийства, равно как и мои переживания, доказывали: другой существует, и тот другой — человек;

«Не приближайтесь к трупам», — посоветовал санитар, оказавшийся рядом со мной. Он показал пальцем, я повернул голову: темная, бесформенная масса копошилась на груде мертвецов и, отделяясь от нее, сновала между обломков. Я вгляделся, у меня ком к горлу подкатил — вши бежали с остывающих тел в поисках новых хозяев. (Это в окружённом Сталинграде, в немецком лазарете).

…я пребывал в безумном упоении от собственной нечистоты, пота, иссохшей кожи, воспаленных век. Я неделями не брился, и редкая рыжеватая бородка отлично соответствовала сладостному ощущению грязи и неопрятности. Больное ухо гноилось, порой в нем словно гудел колокол или выла далекая сирена…

Солдат не протестует, когда его посылают на фронт, а ведь он не только рискует жизнью, он вынужден убивать, даже если не хочет; его желание в расчет не берется; пока солдат остается на посту, он — человек добродетельный, если бежит, то уже дезертир и предатель. Человек, которого определили в концентрационный лагерь, или айнзатцкоманду, или полицейский батальон, в общем, именно так и рассуждает: он знает, что его воля не учитывается, и лишь случай делает из него убийцу, а не героя или мертвеца.

…охранник СС становится садистом не потому, что считает заключенного недочеловеком, наоборот, его ярость растет и превращается в садизм, когда он замечает, что заключенный далеко не скотина, как учила пропаганда, а именно человек и, по сути, ничем от него не отличающийся.

"Благоволительницы" Джонатан Литтелл. Месяц времени с непростым, но очень интересным произведением. Иногда было трудно читать, просто продиралась сквозь текст, но не жалею об этих усилиях. Рекомендую однозначно к прочтению и не бойтесь объема, я, например, его не заметила. Вернее, когда прочитала, поняла - эта книга не могла быть иной, ничего лишнего. Ни одного предложения мной не было пропущено, настолько хорошо и уместно все написано. Это взгляд на войну с другого угла зрения (немцев, СС), без всяких реверансов в сторону полит корректности, подробное описание некоторых деталей, но без смакования подробностей. Текст произведения побуждает к размышлениям, больно касается души и это хорошо, потому что ты еще раз убеждаешься, что жива и можешь чувствовать, понимать, думать ... Мои рекомендации для смельчаков - запастись терпением, не брезгливостью и эрудицией и вперед к непростому, но такого нужному чтению, чтобы помнить - как это было ...

"Благоволительницы" - нашумевшая книга, а так как я люблю не только писать, но и читать чужие рецензии (причем от разных авторов, как и условно более "наивных", чем я, так и более принципиальных, более умных, более начитанных), я перед тем, как приступить к чтению, прочитала кучу рецензий. И для меня они делятся примерно на три категории:

- как я читал(а) книгу, ибо ее объем, "сплошной" стиль, обилие фамилий затрудняют прочтение;

• вольный пересказ содержания;
• моральные/философские/литературоведческие/субъективные оценки.

  Так вот, ниже я хочу избежать второго полностью, потому что такого очень много, еще от одного пересказа книга не станет ни лучше, не хуже. По жизни мне близки "серая" мораль и системный подход к фактам, но чем дольше я живу, тем больше понимаю, какой ничтожный у меня запас знаний, он мешает мне делать выводы о политических и глобальных вопросах, поэтому я сосредоточусь на моментах, которые мне проще и понятнее - как я читала книгу, что в ней увидела, немного о главном герое и моих итоговых выводах.

  Читала я книгу не слишком долго, меня сильно тормозило отсутствие бумажной версии (но я зареклась уже покупать толстые тома, да еще и по текущим ценам). В итоге, я бралась за нее на всех своих устройствах - моноблоке, ноутбуке (телефон сразу отмела, глаза начинали болеть), отмечая прочитанные страницы в блокноте. В какой-то момент мне это жутко надоело, да и в книге пошел сплошной мрачняк, я ее забросила, но мужественно (это очень смешно звучит в контексте того, что сейчас происходит в мире и что описано в книге) загрузила ее в большой планшет, и о чудо! на нем довольно быстро дочитала. Люди чувствительные, слабовидящие, те, кто любит конкретику или более простую прозу, будут эту книгу читать долго, если вообще дочитают. У меня в сумме дней десять на нее ушло, но я читаю быстро. Аудио нашла в телеграме, но до него как-то не дошла, и не жалею об этом.

  Вообще, искренне впечатлена теми, кто настолько преисполнился, что считает эту книгу исторической. Просто из-за бесконечной рефлексии и каши имен у меня не осталось в голове внятной канвы, я для себя просто отметила, что то-то и то-то хорошо бы в других книгах уточнить, так ли это было на самом деле, и откуда взято. Причем я читала до этого "Империю смерти" и с ней все было норм. Потому что несмотря на мрачную тему, это отличный нон-фикшн с кучей источников, некоторые из которых я уже читала в оригинале (например, книгу Soldiers of Evil). Но тут, несмотря на присутствие исторических личностей, создавалось впечатление какого-то артхаусного сюра, вот, как в фильме "Апокалипсис сегодня". Возможно, такова война, кто я, чтобы об этом судить, я там не была. Но вот показалось, что для некоторых рецензентов это прямо реалии, а для меня - все же произведение искусства, поэтому в моем отношении к описанному все-таки есть доля недоверия.

  Что касается частей книги, на меня, кроме первой, которая относительно нейтральна, самое сильное впечатление произвела последняя, где Ауэ и Томас добирались "домой" и терпели всяческие лишения. Было отчасти приятно почитать, как на людей, объявивших себя судьями и палачами, на самих охотились. Оставлю в стороне "еврейский вопрос", но вот в личных вопросах рассказчик - редкостный говнюк, пафосный и жестокий. Я не скажу, что одобряю поведение тех военных преступников, кто заботился о своей семье, кого-то любил (по крайней мере, на словах и в поступках) и выгораживал (их вины это не отменяет), но тут, что называется, человек полное дерьмо даже вне своей работы. Взять даже его "любовь" к сестре. Лично я не хотела бы стать объектом такой любви. И вообще, все его представления перекошены, чего стоит утверждение о безудержном удовольствии женщин (да-да, я помню, это тоже взято у греков - там все откуда-то взято). Но, мужик, ты женщиной-то был? Одна даже возможность нежелательной беременности - это повод напрячься так, что ничего похожего на удовольствие с тобой не произойдет. Я уже молчу про изнасилования. Да, в одном месте проскальзывает все же осознание этого факта (ближе к концу), но в целом, рассуждения про якобы "власть женщин" очень далекие от жизни и мизогинные. Да, возможно, автор специально сгустил краски во всем, чтобы показать крайнюю абсурдность нацистской идеологии, но ведь многие на полном серьезе такому верят и анализируют это. Ведь если бы не было ВИЧ и женщины могли беременеть только когда сами ХОТЯТ (причем не "подсознательно", а вот на уровне "в полном сознании, подумав, подписал документ и пошел исполнять"), я полагаю, отношение женщин к сексу и вообще, взаимодействие М и Ж было бы совсем другим. Если же верить герою книги, мы, женщины, прямо утопаем в кайфе и вертим мужчинами, тогда как в реальности происходит обратное, особенно в странах с тоталитарными режимами или архаичными устоями, они там по сути, в рабстве. Я уделяю такое внимание второстепенному, потому что это то, что я лучше понимаю. Евреи и их страдания большей частью описаны через призму вИдения героя, он с ними не сближается и не видит в них людей, а вот вопрос ориентации и отношений с сестрой более личный и болезненный для него, поэтому, с моей точки зрения, это получилось более достоверным и поэтому бесячим.

  В целом же, книга получилась во многом отвратительная (кроме бесстрастных описаний зверств, там много фекалий - читаешь и прямо как на дне деревенского толчка сидишь, и на тебя сверху срут) - но при этом очень сложная, философская, сколько всего там "понатыкано", что обычный человек вроде меня уже устает разгадывать, какие отсылки скрываются за чем, какие аллегории. Поэтому понимаю тех, кто наткнулся на первый мерзкий эпизод и бросил - в чем-то вы, наверное, правы. Но я чаще дочитываю то, что начала, хотя было искушение и здесь не дочитать. Что же касается наиболее близких ассоциаций (да, про греческие мифы я помню) - для меня это "Гибель богов" Висконти. В нем не показано истребление евреев, но тоже куча геев в женской одежде (представила простого солдата в окопах или вообще, в окружении в женском лифчике и невольно взоржала - все излишества и извращения требуют мирной жизни или по меньшей мере, высокого статуса), ушлый эсэсовец, который всех стравливает (Томас Хаузер в книге?), много трескучих слов о национал-социализме и необходимых жертвах, герой-педофил и любитель инцеста в образе Марлен Дитрих, в конце убивающий мать и ее любовника. Фильм на любителя, понятно, что автор не мог только им вдохновляться, но лично я сходство вижу.

  Про эпитеты в адрес "иванов" (сиречь, русских солдат), которых, якобы, интересует только водка и грабеж, только ленивый не написал, я это тоже заметила, и это, как по мне, такой же сюр, как и массовое гейство простых немцев.

  Но при всем этом в огромной куче дерьма, которую любезно насрал для нас автор (сарказм), проглядывают жемчужины - во-первых, это ряд цитат - про украинцев, про женщин в конце (где про материнство) и про природу. Вот если бы я могла все выбросить из этого романа, описания природы (без зверств, дерьма, извращений) я бы оставила. Не каждый может так красиво писать о природе, или просто на контрасте показалось? Ну, и философия. Роман ведь не только сюрреалистично-артхаусный, а философский. Автор грамотно рассуждает о степени ответственности людей за происходящее, об идеологиях и много о чем еще. Но принимать это за реалии - ну, не знаю. Вот даже тот факт, что этот Ауэ какой-то неубиваемый. Одни даже его кишечные страдания - это ведь довольно серьезно в плане здоровья. А он много где был и всюду, абсолютно всюду вышел (почти) сухим из воды (кукуха как бы и до этого уже была не на месте). Я не уверена, что бывают на свете такие везучие люди. Ну, разве что доктор Менгеле, и даже тот в итоге умер. Поэтому рассказчик здесь супер-недостоверный, даже при том количестве фактического материала, что переработал автор - считаю, это не реальные мемуары и не историческое исследование. Но философия хороша - именно поэтому, а не потому, что наслаждалась убийствами и фонтанами говна (ну, ладно, самую малость), я ставлю высокую оценку. Люди охотно выбирают для прочтения сложные произведения и все же, надеюсь, любят подумать. А "Благоволительницы" побуждают к размышлениям. Вон даже я такой огромный отзыв накатала. Спасибо всем, кто прочитал. Вы реально герои ЛЛ, как и те, кто осилил эту книгу. Рекомендовать, думаю, ее бесполезно, одно дело - собираться прочитать, другое - сделать это на самом деле. То же самое, кстати, можно сказать и по основной теме книги - одно дело собираться, другое - сделать. На этом закончу.