Цитаты из книги The Stand

Жизнь дёшево стоит, а аборт делает её ещё дешевле.

23.06.2011, четверг

- Ну не омерзительный ли напиток без льда?

• После третьей обычно бывает без разницы.

Уголь негодования ярко полыхал. Думай, конечно, думай... легко сказать, а иногда даже и сделать... но какой смысл думать, если неандертальцы, которые правят этим миром, могут разве что оборжать тебя или, хуже того, прислать благодарственное письмо?

Этот поход Ларри Андервуд запомнил на всю жизнь. Подумал, что Рита не ошиблась, процитировав Толкина, Толкина с его мистическими землями, увиденными сквозь призму времени и полубезумных полувосторженных фантазий, населенными эльфами, и энтами, и троллями, и орками. Среди жителей Нью-Йорка такие не значились, но столь многое изменилось, столь многое пошло наперекосяк, что для осмысления случившегося как нельзя лучше подходила терминология жанра фэнтези.

We've become so used to the idea of the flu—it seems almost like the common cold to us, doesn't it?—that no one but the historians seems to know that a hundred years ago it didn't exist.

Я не гончар, не гончарный круг, я лишь глина в руках гончара; но разве ценность достигнутой формы не зависит в равной мере от внутренней ценности глины, как и от колеса и от мастерства Создателя?

Любовь всегда найдёт выход.

Было бы проще, если бы он хотел только спать со мной. Но любовь гораздо опаснее.

Он умирает, потому что все мы потратили свою жизнь на то, чтобы научиться дурачить друг друга в комнатах общежития или в гостиных дешевых квартир в университетских городках. Конечно, я могу вам рассказать об индейцах Миди с Новой Гвинеи, а Гарольд сможет объяснить, на чем основана литературная техника поздних английских поэтов, но чем все это может помочь Марку?

Я ни на кого не держала зла в своей жизни. Только ... попытайтесь не быть таким разочарованным.

В мире после эпидемии технические знания заменят золото в роли идеального обменного эквивалента.

Машина пожирала дорогу и извергала мили из выхлопной трубы. Это была форма телепортации. Машина побеждала карту.

"О, Нью-Йорк, имя тебе - паранойя".

Он соскользнул в самые глубины подсознания и отдыхал там, как маленькое речное существо, сонно пережидающее жаркое лето, зарывшись в прохладную грязь.