Цитаты из книги The Colour of Magic

Саме на цьому моменті лексикон нормальної людини впирається у глухий кут, розвертається і йде перехилити чарчину.

А далі те, що на диску відоме як гравітація, оговталося від несподіванки і спрямувало на них свою силу.

Що герої люблять найбільше, то це — себе.

Чари скористалися цим моментом, щоб ускочити у тимчасово вільне сідло гарцюючої свідомості Ринсвінда. Він відчував, як вони там сидять і показують йому язика.

Та тут його млява нервова система повідомила йому, що він мертвий.

...проста правда життя полягала в тому, що дискосвіт подорожував у просторі на спині велетенської черепахи, а боги мали звичку навідуватись до атеїстів в оселю і бити їм вікна.

Внизу его с нетерпением ожидала возможность переломать себе все кости.

- Мне следовало бы догадаться, что ты ненастоящий волшебник. Ведь у тебя даже посоха нет. - Я потерял его при пожаре, - автоматически соврал Ринсвинд. - А шляпа с вышитыми на полях магическими знаками где? - Ветром сдуло. - А какие-нибудь прислужники-демоны? - Передохли все.

– Надеюсь, вы не собираетесь обращать нас в рабство, – вмешался Двацветок. Глаза Маркезы потрясенно расширились. – Конечно нет! Кто мог внушить вам такую мысль? Ваша жизнь в Крулле будет богатой, насыщенной и полной всяческих удобств… – О, это хорошо, – одобрил Ринсвинд. – Просто не очень долгой.

Больше всего на свете герои любят самих себя

...человеку нужны все друзья, которых он может себе приобрести.

Двацветок попытался объяснить. Ринсвинд попытался понять.

Падать, знаете ли, не так уж и плохо. Больно бывает, когда приземляешься.

Ринсвинд снова взглянул на дракона, который опустился совсем рядом с ними. Он отчетливо видел сквозь его тушу примятую траву. Однако когда волшебник осторожно прикоснулся к чешуйке, которая казалась всего лишь золотистым сиянием в чистом воздухе, то почувствовал, что на ощупь она достаточно материальна. Ринсвинду подумалось, что драконы должны либо существовать полностью, либо не существовать вовсе. Дракон, существующий наполовину, куда хуже, чем обе эти крайности.

Испытывать к нему неприязнь было все равно, что пинать щенка.

- Я не умею быть героем! - выкрикнул он. - Я тебя научу.

– Я желаю быть препровожденным в отель, таверну, меблированные комнаты, гостиницу, трактир, караван-сарай. – Что, во все места сразу? – уточнил ошарашенный Хью. – ? – отозвался незнакомец

Душа истинного Героя идет по более высокому обменному курсу и очень ценится богами.

Неловко поерзав на спине ящера, волшебник переместил побелевшие от напряжения пальцы на подходящий кусок сбруи и слегка ткнул К!сдру мечом. - Ты раньше когда-нибудь летал? - не оборачиваясь, спросил тот. - Нет. Вот так, как летают, - нет. - Пососать не хочешь? Ринсвинд рассеянно уставился в затылок всадника, после чего уронил взгляд на протянутый мешочек с красными и желтыми леденцами. - А это обязательно? - осведомился он. - Традиция такая, - ответил К!сдра.

Эти племена выращивали своих героев вроде как на экспорт.