Одна из самых интересных рэдволльских книг, на мой взгляд. В ней действительно в центре повествования не столько аббатство Рэдволл, сколько Саламандастрон - мир суровых лордов-барсуков и отважных зайцев. Неудивительно, что в таких условиях трудно приходится молодой барсучихе Маре, не терпящей военной дисциплины, настолько, что она готова сбежать куда глаза глядят, и довериться даже хищникам, тем самым, с которыми всю жизнь воевал ее приемный отец. Говорят: в десять лет ребенок думает, что родители знают все; в двенадцать лет начинает догадываться, что они знают не все, в пятнадцать лет уверен, что ничего они не знают; а годам к двадцати и позже начинает понимать, что родителей надо было слушаться. Вот, Мара как раз пример третьей и четвертой стадии. Жаль только, что даже проститься с Уртом Полосатым не успела. И вообще, печальная история у этого барсучьего семейства, что и говорить. Братья-близнецы, так и не сумевшие встретиться... Вообще, у нынешних писателей уже в традицию вошло: если где есть близнецы, значит, один обязательно погибнет. Да и у Джейкса, кстати, еще есть примеры такого рода: Донси и Керси, Борракуль и Элахим... Кстати, что мне непонятно в истории двух Уртов, так это как Полосатый выжил тогда один, после гибели родителей, и куда он делся, что Глинушка потом нашла только белого брата? Фераго его не унес с собой, сказал "пусть их прикончит зима". Интересно, что с ним было, пока он не стал лордом Саламандастрона. Хотя все оказалось к лучшему, пожалуй: если бы Глинушка воспитала обоих внуков на острове посреди озера, некому было бы помешать Фераго захватить Саламандастрон. Зайцы бы одни не удержались. Хотя зайцы там, конечно, серьезные звери (ну, кроме Пиклля Фолгера, тот просто еще молодой). Настоящие вояки, весьма брутальные. Если бы их еще было столько, сколько у Руссано, никто бы и не осмелился осаждать Саламандастрон. А глав.злодей в этой книге хорош, ничего не скажешь! Фераго Убийца, на мой взгляд, один из самых харизматичных злодеев в мире Рэдволла. Великолепный голубоглазый горностай (пусть на самом деле ласка, все равно горностай привычнее, и не только потому что звучит мужественно, но и потому что ласки у Джейкса, как правило, жалкие и слабосильные существа, а Фераго на них уж никак не похож). Фераго - первый из хищников-интеллигентов, умных, ироничных, с изысканными манерами и привлекательной внешностью - и самых опасных, пожалуй. К таким относятся Ублаз, Вилу Даскар, отчасти Белолисы, особенно Лантур. Но первым был именно Фераго. И его сын Клитч, разумеется. Кстати, хочу сказать, что, на мой взгляд, Фераго еще и один из лучших родителей среди хищников. Он по-настоящему заботится о своем сыне, который спит и видит, как бы занять его место. Позволяет ему командовать солдатами, прекрасно снарядил его, дал хорошее воспитание, насколько возможно для бродячей банды хищников, даже приставил личного слугу в лице Гоффы. Наказывая без жалости всех, кто может покуситься на его власть, Фераго ни разу пальцем не тронул Клитча. Я думаю, это значит, что он в самом деле любит сына. А в этом отношении большинство главарей хищников ему глубоко проигрывают. Не говоря уж о Сварте или Вриге Феликсе, которым на своих детей вовсе было плевать, но даже Вердога не сумел защитить сына от дочери. Да и у Сильф теплых чувств к детям незаметно. Фераго же не такой. А Клитч смотрится просто неблагодарным, и к тому же, далеко не таким умным, как сам себя считает. Уверен, что сможет командовать лучше отца, а между тем не похоже, чтобы ему удалось чего-то добиться. И, надо полагать, не случайно Фераго погибает в бою, вместе со своим врагом, а Клитч - от отравленной воды, когда хотел сбежать, как трус. Каждому свое. О Рэдволле в этой книге меньше сказано. В кои-то веки аббатству не угрожает внешний враг, зато угрожает страшная болезнь - болотная лихорадка. Хотя приносят ее все равно хищники, ласки-дезертиры Тура и Битоглаз. Хоть, вроде бы, и не настоящие враги, просто неудачники, которых даже воинами назвать язык не повернется, ничего толком не умеют. Но напакостить, хоть и против воли, сумели. Если честно, мне их не было жалко. Неприятные типы, хоть и жалкие. Как таких еще за стол пустили... А Рэдволл, как всегда, кузница героев. Хотя другого, конечно, и ожидать не приходилось. Но, хотя путешествию Самкима и Арулы уделяется гораздо больше времени, на меня почему-то больше внимания произвел поход выдры Труга с мышонком Думблом за Ледяным Цветком в горы. И особенно хищные птицы - орел и соколы. Я вообще люблю хищных птиц, а в Рэдволле они, к тому же, как правило, показаны пусть своенравными и порой пугающими, но союзниками. Вот только имена, мне кажется, лучше было бы не переводить: все эти МакКогти и МакСтрахи наверняка лучше звучали бы буквально. Интересно, кстати: они так и не выполнили впоследствии свое обещание Думблу? В эпилоге, когда он уже старый, говорится, что он до сих пор их ждет. Мне кажется, что в мире Рэдволла у крупных птиц продолжительность жизни должна быть солидная, по крайней мере, не меньше, чем у барсуков... Ну и за Самкима с Арулой переживала, разумеется, как и за Мару с Пикклем Фолгером во время их путешествия по лабиринту рек и озер Страны Цветущих Мхов. Хотя и не зря оказались их скитания, что и говорить! Землеройки в этой книге показали не только лучшие, но и худшие свои качества - попытка мятежа, и хоть Бочонок потом раскаялся, но в нем уже виден предшественник Скена и Фенно. Если честно, мне их обычаи напоминают украинцев (простите, если здесь неуместны упоминания политики). Такие же беспокойные, готовы спорить и драться по малейшему поводу, и даже своих вождей не очень-то уважают. И, если честно, я не понимаю, откуда взялась анаконда, или чем там подразумевался Хозяин Глубин. Огромная водяная неядовитая змея - как есть анаконда. Только вот климат там явно неподходящий для нее, ни разу не тропики. Что еще сказать... Жаль всех погибших. Особенно Урта, чья гибель описана так драматично. Не могли за ним, раненым, присмотреть как следует да связать получше, чтобы не мог выбраться. Даже с родными не успел встретиться. Такие примеры особенно ярко показывают, как несправедлива бывает жизнь. Жаль ежа Веточку и зайцев, погибших в боях и отравленных подлым Фарраном. Хотя и понимаешь, что без жертв не обходится. Перечитывала "Саламандастрон" несколько раз, с большим удовольствием.

Неожиданно приятная книга. Да, она вроде детская, но при этом она не детская, а вполне такая взрослая. Суровая правда жизни, некоторая жестокость, тяжелые приключения, из которых не все вернутся... но при этом книга немного наивная, предсказуемая и с хорошей концовкой. И торжество справедливости (а я это очень люблю). Характеры героев хороши, есть накал, сильно переживаешь, страшно за героев (хоть и догадываешься, что все будет хорошо). Порадовала книга. Не сильно тяжелая, не сильно легкая, милая и приятная.

Важно помнить об этом взрослым. Важно прочесть и запомнить детям

«Холоднее зимнего ветра, что завывает над юго-западным лесом. Холоднее снега, что саваном покрывает деревья, камни и землю зимой. Холоднее льда, что лежит на воде и свисает сосульками с ветвей. Холоднее всего на свете была улыбка Фераго Убийцы!»

Дальше...

Хей-хо, приятель! Давай-ка забудем об осенних дождях, сядем вокруг да выпьем вашего славного октябрьского эля, что так бережёт от нас, боевых зайцев, старик-ёж! Что он вообще понимает в вояках из Дозорного отряда? Неужто считает, будто мы взаправду можем опустошить его заветные подвалы? Да там не погреба, а так, погребок... Что-что говорите? Сюда идёт? Ну да, брат, приврал, бывало, каюсь! Исправиться, правда, кхе-кхе, не клянусь...

В промозглый вечерок самое время рассказывать байки о давно отгремевших битвах… Да-да, позовите-ка аббатскую малышню! Пусть послушают и узнают, что мы не всегда были седыми развалинами!

Так о чём же я рассказать-то хотел? Ах, да, Саламандастрон… Великая гора Владык-барсуков, что у самого моря. В той кузне выкован легендарный меч, а в потайных комнатах, говорят, на стенах выцарапаны не рисунки, нет – История, вся История заповедного Леса! Сам я, конечно, ничего такого не видел – всё дозоры, патрули… Ну, битвы ещё. Бывало всякое, приятель, хей-хо…

Той войны я тоже, к счастью своему, не увидел – уж позже на свет родился. Но отец многое про неё рассказывал, а вчера ваш привратник достал старые свитки и я тоже, что уж молчать, заглянул украдкой.

Так уж бывает, мои юные друзья, что почти каждого в детстве манит звон скрещенных мечей, трепет натянутой тетивы, громкие боевые кличи и имя – собственное имя! – на одной строке с памятью о прославленных героях старины, хей-хо. Мало мы детьми смыслим в военном деле, не видим и не знаем об ужасе и страхе, но всей душою хотим попробовать мёд пьянящих побед. Жаль только, что одно без другого приходит редко, и сладкий напиток всегда горчит от пролитых слёз. Ребёнком я, сорванцы, ничем не отличался от вас и помню свой восторг от каждой такой истории, где добро непременно побеждало зло, трус бежал в страхе, а героем и победителем становился достойный, смелый, добродетельный! Сказывал мне их, помнится, мастер Брайан – старая мышь, многое повидавшая в жизни: и моряком был друг моих детских грёз, и циркачом, и перо в лапах держал частенько… Но главное, что лучше всего получалось у него в жизни – учить детей добру. Наверное, и через сто лет будут такие, кто однажды возьмёт исписанный его ровным почерком свиток, а очнётся лишь тогда, когда прочитает все. Оглянется, прислушается к себе и даже в старости не устанет поминать незнакомого Творца добрым словом. Славные ведь истории, хей-хо, славные!

Да, жестокости не лишены был: и словцо вроде «ублюдка» проскользнёт в какой-то, и славный мирный житель падёт от чужой стрелы, и в лес Крашеных попадают герои одной, и сожрёт орда хищников славный отряд молодых зайцев в другой… Не в красках, конечно же, встречалась в них жестокость, нет. Но эти недомолвки подчас страшнее, ибо фантазия у детишек ещё та. Однако всё-таки сказания те о славном вашем аббатстве красностенном добрые. Их вспоминаешь потом с улыбкой, с восторгом, подчас и со слезами, но где же радость от триумфа добра обходится без слёз? Это были герои детства, которые нет-нет да вспомнятся теперь. Когда вчера я снова прочитал такие знакомые строки и вспомнил сказание о Фераго Ужасном да Урте Полосатом, Чёрном камне землероек и белом призраке на далёком острове… Чуть не заплакал, друзья, во-во.

Эта история стала одной из моих любимых. Герои многое находят, но многое и теряют. А главное, что отыскивают важное, сокровенное, значимое не где-то, а в самих себе: бесценное золото проверенной дружбы, любовь к суровому, но справедливому отцу, силы противостоять впервые встреченным подлости и предательству… Одни покидают Саламандастрон детьми, чтобы вернуться повзрослевшими. Другим же суждено жить в его стенах, учиться ценить каждое мгновение, проведённое вместе со старыми друзьями и помнить, что нет долга выше, чем покой мирных жителей, которых воины горы защищают ценою своей крови. Ведь нужно помнить всегда, что в мире есть сильные, но хватает и беззащитных. А долг храброго сердцем, чистого душой – оберегать последних от беспринципной жестокости страшного слова «война».

Важно помнить об этом взрослым. Важно прочесть и запомнить детям.

Добрая книга, друзья мои, правильная. А вы помните такие? Рад буду услышать, хей-хо, о подобных сказах и рад буду знать, что труд великого мастера Джейкса не забудется вами, когда сойду во мрак Тёмного Леса… Но о чём бишь я? Ах, о Саламандастроне!

Итак, друзья…

«Холоднее зимнего ветра, что завывает над юго-западным лесом. Холоднее снега, что саваном покрывает деревья, камни и землю зимой. Холоднее льда, что лежит на воде и свисает сосульками с ветвей. Холоднее всего на свете была улыбка Фераго Убийцы…»