Отзывы о книге Doctor Zhivago

dolci, я прочитала "Доктора Живаго". Спасибо нашему клубу на работе, иначе я не скоро бы приступила к этому монументальному труду. В клубе я сказала многое об этой книге и у нас была очень горячая дискуссия, возможно, здесь тоже раскрою несколько тезисов. Основное: мне скорее не понравилось, чем понравилось.

Плюсы: - повествование во времена революции. Я обожаю книги про революцию и гражданскую войну. "Хождение по мукам", "Тихий Дон", "Бронепароходы"- дайте десять. Я все еще плохо знаю историю революции, но читать про эти трудные и спорные времена и человеческие решения мне нравится.

- новый взгляд на революцию. Я не читала буржуазных романов белой эммиграции, мой бэкграунд - вышеперечисленные советские книги, романтизирующие роль большевиков. Поэтому для меня взгляд интеллегенции, не примкнувший ни к кому очень интересен. Я думаю, если бы я была из дворянской семьи, но с недостаточным количеством бриллиантов для эмиграции, то тоже была бы без мнения и партии и тупо офигевала от всего происходящего.

- красивое описание природы. Пастернак - поэт. И описания у него поэтические. Я смаковала русский язык, и некоторые описания были очень точные.

- повестовование на протяжении десятилетий - нам рассказывают историю от детства до смерти одного человека. Не семейная сага, но 50 лет - немало.

- стихи из романа. правда великолепные.

Минусы: - главный герой. Человека как тряпку мотает по обочине истории, а он ведет себя как козлина с женщинами. В быту не рождаются стихи?

- автор подыгрывает главному герою. Особенно когда появляется сводный брат и как deus ex machina решает все его проблемы.

- автор превозносит своего главного героя, который ведет себя как козлина. В Тихом Доне был Григорий Мелихов - козлина? Определенно. Обеляет его автор? Явно нет. Мы долго обсуждали, что Пастернак написал свою псевдо биографию как он хотел бы жить и творить, мучаясь как поэт и не идя на поводу у партии. А вот с женщинами все ок - как я делал, так и будет делать мой Юра. И все вокруг бегают-носятся, хлопают в ладоши (в романе и в жизни) и восклицают, какой все-таки Юра великий человек. А ты сначала делами, Юра, докажи, что ты великий.

- Пастернак поэт и не умеет в роман. Текст нестабилен - то мы видим длинные описания природы и долгие странные диалоги больных горячкой людей (а ведь люди не разговаривают в жизни так, как в диалогах Пастернака). Самое забавное, что он пытался доказать что диалоги это не доп. текст, в них может быть движение и смысл. А потом бац - скупые описания, вот и 10 лет прошли общими штрихами. Меня от такого укачивает.

Вот вроде плюсов много, но минусы перевешивают.

И я искренне считаю, что Нобелевку ему дали по политическим соображениям. (да закидают меня помидорами). Странно было ожидать, написав настолько антибольшестский и антиреволюционный роман, что в Союзе тебя погладят по головеке. Оосбенно когда ты решил направить свой роман заграницу для публикации там. Ой как же так вышло.

Итого: я рада, что теперь у меня есть мнение насчет это великого русского романа.

Я начну с высказывания друга Бориса Леонидовича, человека, который уважал его и любил всем сердцем: «Встречаются страницы совершенно непрофессиональные. Полагаю, их писала Ольга. Не смейтесь. Я говорю серьезно. У меня... никогда не было никаких редакторских поползновений, но тут мне хотелось схватить карандаш и перечёркивать страницу за страницей крест-накрест. И в этом же романе есть пейзажи... я ответственно утверждаю, равных им в русской литературе нет. Ни у Тургенева, ни у Толстого, ни у кого. Они гениальны, как „рос орешник“». Это слова Анны Андреевны Ахматовой. Хвалила она себя и коллег, хоть более молодых, хоть ровесников, всегда с тонкой дружеской иронией. А критиковала очень тактично. Очень. Ну, это вы и сами по фрагменту её письма Борису Леонидовичу видите. Пастернак как человек мне тоже очень симпатичен. Очень большое сострадание он вызывает у меня. Я его вижу большим беззащитным ребёнком, пытающимся быть по-детски честным, но себя самого так и не способного принять. Пастернак всю жизнь пытался откреститься от своего еврейства, подчёркивал всегда, что он русский писатель. Он так себя и называл. Отсюда же, видимо, и нарочитая русскость и православность "Доктора Живаго". Подчас Юрий вообще пытается посягнуть на некое великомученичество, а роман пробует запрыгнуть в сани житийной литературы. Многие считают, что книга есть великая история любви. Но, если вдуматься, там нет любви никакой, там просто вера в химеры, побег за фантазиями и/или привычка. И Пастернак всё это так и показывает. Откуда взяли великую любовь? Неужели в нашем мире всё так плохо, что просто банальная интеллигентская история вызывает восторг? Персонажи прописаны очень поверхностно. Композиция непропорциональна. Интерес вызывает относительный лишь та часть, которая длится до Октябрьской революции. Всё. Единственное, что ценное в этом романе, - стихотворения. Но не все, конечно. Тот же "Февраль" довольно неоднозначен в плане качества, на мой скромный взгляд.

Эта книга не на один раз, и даже не на пару вечеров. Даже если есть много времени. Как по мне, ее следует читать вдумчиво, возвращаясь к уже прочитанным страницам, чтобы понять все те детали и мелочи, которые автором выстроены в сложный лабиринт, выход из которого, как оказалось, довольно прост. Книга вроде бы и об обыденном, привычном и знакомом каждому, но с очень подробной расстановкой чувств и эмоций. Она рассказывает историю человека с его раннего детства. Но это не история мальчика, который радовался жизни, лето проводя у бабушки в деревне, а зимой радуясь урокам и первому снегу, чтобы потом получить профессию и наслаждаться любимой работе. Это история о том, как иногда бывает сложно жить, и насколько жизнь важно ценить. Как важно научиться любить каждый день, ценить каждую минуту счастья. Не знаю, можно ли советовать ее всем, но прочитать ее всем стоит. Пусть не за месяц, пусть даже за несколько лет.

Первая моя попытка прочитать роман Пастернака – университетская, неловкая, подразумевающая некоторую обязательность, окончилась провалом. Сейчас, взяв томик со своего книжного стеллажа, я поняла всю несостоятельность попытки перед визуальным объемом. Осилив несколько глав в компактном, но сером и неудобочитаемом формате, я сдалась и перешла на прослушивание аудиоформата. Но чем дальше я продвигалась в своём изучении Пастернака, чтении его стихов и романа, тем ярче внутри меня разгоралось понимание: я буду перечитывать. Особенно хочется заново пройтись по «Доктору Живаго» в текстовом формате, подвергая осмыслению всю ту потрясающую объемность эпохи, запечатленную автором. Религия, философия, история... Плотный, насыщенный текст! И в центре всего этого герой: поэт (и по совместительству доктор) – Юрий Андреевич Живаго. Д. Быков в своей лекции о Пастернаке сказал: «Роман весь – это раздраженный крик частного человека, настаивающего на том, что он есть цель и смысл истории». Сначала Юра, а потом Юрий Андреевич, Живаго шёл сквозь время и пространство, неся в себе свет Поэта с большой буквы. Я неоднократно читала «Стихотворения Юрия Живаго» до ознакомления с самим романом. Некоторые строчки – яркие, крылатые, известнейшие, сопровождали меня на протяжении долгих лет:

«Я один, всё тонет в фарисействе. Жизнь пройти – не поле перейти.»

«Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела.»

Это огромный пласт недопущенных к печати произведений Бориса Пастернака. Но только после полного прочтения романа, я могу сказать, что действительно прочувствовала их лирический тон. Впервые я плачу над этими стихами: «Смерть можно будет побороть / Усильем Воскресенья». Особенно после сцены похорон доктора... Запрещали и травили Пастернака, заставили отказаться от Нобелевской премии. Запрещают и клеймят литературоведов, пищущих о Пастернаке сейчас. Потому что самый серьёзный ресурс – это интеллект, именно он обладает способностью подбирать слова, точнейшим образом выражать правду, пусть и находясь в постоянном поиске обходных путей. «Опять фрегат пошел на траверс. / Опять, хлебнув большой волны, / Дитя предательства и каверз / Не узнает своей страны». Потому что вся история запретов происходит от страха человека мелкого, ничтожного, быть раскрытым в своих уловках и забытым навсегда.

Истории никто не делает, её не видно, как нельзя увидать, как трава растет. Войны, революции, цари, Робеспьеры это её органические возбудители, её бродильные дрожжи. Революции производят люди действенные, односторонние фанатики, гении самоограничения. Они в несколько часов или дней опрокидывают старый порядок. Перевороты длятся недели, много годы, а потом десятилетиями, веками поклоняются духу ограниченности, приведшей к перевороту, как святыне.

Силу этого романа не понять школьнику, у него нет опыта. Не поняла его и я в своё время. Сейчас же мне кажется, что это главная эпопея XX века. Отпечаток России, через осмысление её величия: «Я весь мир заставил плакать / Над красой земли моей». Мы можем сколько угодно рассуждать о характерах персонажей, любовной линии, их поступках. Например, я презираю Комаровского. Но есть сила, страшнее отдельно взятой человеческой личности. Безликая масса, получившая в руки власть, разоряющая, паразитирующая...

Мне ли, слабой женщине, объяснять тебе, такому умному, что делается сейчас с жизнью вообще, с человеческой жизнью в России, и почему рушатся семьи, в том числе твоя и моя? Ах, как будто дело в людях, в сходстве и несходстве характеров, в любви и нелюбви. Все производное, налаженное, все относящееся к обиходу, человеческому гнезду и порядку, все это пошло прахом вместе с переворотом всего общества и его переустройством. Все бытовое опрокинуто и разрушено. Осталась одна небытовая, неприложенная сила голой, до нитки обобранной душевности, для которой ничего не изменилось, потому что она все время зябла, дрожала и тянулась к ближайшей рядом, такой же обнаженной и одинокой.

Мы проживём вместе с доктором всю его сложную, насыщенную жизнь, в надежде хотя бы на шаг приблизиться к понимаю своей бескрайней Родины. Которую так любил Борис Пастернак, и которая отреклась от своего ребёнка таким жестоким способом.

То ли не те книги мне попадаются, то ли беру я их не в то время...
От этого романа меня укачало.... Будто я проехала на поезде по всей Транссибирской магистрали... Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы... Ехал Живаго доктор....
Изначально роман или отрывки читала в школе.... О чем, почему совсем не помнила.... И вот, моргнула, а мне уже за 30... Решила перечитать, сознательно познакомиться с великим Пастернаком и его Нобелевским романом... Но, увы... Наверное, я так и не доросла до той поры, чтобы петь деферамбы этому роману....
Героев много, все они путаются друг с другом, плохо их запоминаешь, кто кому и кем является... Уже одно это выводит из себя... В книге все вкучу... И революция красно-белая, и любовь, и стихи, и женщины доктора, и вечная дорога...
Конечно, кончина доктора печальна и пощекотала нервишки, мне было жалко этого Юрочку так долго метавшегося в жизни и наконец нашедшего вечный покой...
Но, все же для кого и что этот роман... Загадка для меня, по крайней мере?!
В конце романа приведены некоторые стихотворения, написанные доктором Юрием Живаго.
Помните, знаменитое...


Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела....

А вот стихи Бориса Леонидовича люблю всем сердцем! Все же поэт-Пастернак мне ближе, нежели прозаик!

Я видел сумбурный сон, один из тех, которые забываются тут же на месте, по пробуждении.

Борис Пастернак задался целью показать Октябрьскую революцию, но сделал это как бы со стороны. На первый план выступают обычные люди, в жизнь которых стучатся отголоски этого события. Мы смотрим за песчинками, которые накрывает волна. И все бы хорошо, но манера подачи информации оказалась совсем не моей. Динамика смены ракурсов или вообще изменений сюжета какая-то ненормальная. То за 15 страниц проходит 3 года, начинается война, все попереженились и понарожали детей, то на 10 страниц у нас встреча знакомых и долгие разговоры. Причем говор тут тоже еще тот, поди разбери (не в укор будет сказано, ведь так люди говорили на самом деле). Просто хочу сказать, что за повествованием уследить очень сложно. Мысли сменяются с какой-то бешеной скоростью, и часть их них не несет в себе ничего особенного. Внедрение персонажей сумбурное, главным героям не симпатизиурешь, лично мне было на них все равно от слова "совсем". В какой-то момент с горы скатывают снежок, который, читатель сразу понимает, в какой ком по итогу превратится. От этого еще печальнее, так как лично мне за таким не особо интересно наблюдать. Это, скорее, раздражает. К сожалению, знакомство с автором не задалось. 6 лет назад уже начинала книгу, но дальше 50-й страницы не продвинулась и отложила до лучших времен. Времена настали, а вот наслаждения от чтения так и не получила.

Доктор Живаго- планета, где собрана тончайшее сочетание поэзии и реальности literaturaguru.ru

Чтение это было трудное, тяжкое и вдумчивое. Иначе читать"Доктора" невозможно. Все пронизано страданиями и в тоже время необычной одухотворенностью, невероятной тягой к жизни и счастью. Невозможно сказать, что жизнь Юрия была какой-то исключительной или невероятной. Но сплетение случайностей и невероятных встреч, чувства как на ладони, сумятица в душе, описанная до боли знакомо и, при этом тонко и изысканно- вот что для меня сделало этот роман и всех его героев уникальными. Уникальными настолько, что веришь в то , что все эти люди реальны. И поэтому определение жанра, композиции, структуры, анализ символов и тому подобного здесь для меня кажется грубостью или даже насмешкой над памятью о людях. Возможно, если б я выросла в другой стране, я бы ничего не поняла, не прониклась, так сказать... Но , я здесь, я тут... ощущение затравленности и бессилия меня тоже не отпускает. И кроме того, возможно ли теперь хотя бы представить сколько людей жило в то время и как...В общем, задуматься роман заставил и , думаю, надолго....

Сколько же выстрадал наш народ. Уму не постижимо, как этот революционный вал ломал, коверкал, истязал людские судьбы. Мне трудно понять, как можно было выжить в такие темные времена, как пропустить через себя столько смертей, зверств, мук и не сойти с ума. И не важно, с какой ты стороны, красной или белой, поддерживаешь ты революцию или нет, она все равно пройдется по твоей жизни, скосит твоих близких, твой дом, тебя самого. Ни спрятаться, ни отсидеться, ни избежать. Ох, как непомерно тяжелы и безжалостны к людям жернова русской истории XX века.

Роман Пастернака оказался для меня сродни современной живописи. Все вокруг ахают и носами крутят, а я смотрю и думаю: "Кляксы и полоски, у меня дети так рисуют". Мне со всех сторон твердят, что это великое произведение, а впечатление - обратное. То есть умом я понимаю, что там срез эпохи отображен, трагедия неприкаяной интеллигенции, потерянные поколения, и потрясения первой половины двадцатого века. Но, в отличие от того же "Тихого Дона", история жизни и смерти доктора Юрия Живаго оставила меня почти равнодушной. Может быть дело в том, что я тонула в тяжелом тексте, или в том, что сам главный герой мне не нравился. Многие из его поступков я не могу оправдать у себя в голове. Сколько у него женщин было, а ни одну счастливой не сделал. Детей наплодил, да с ними не остался. Была на руках нужная во все времена профессия - и ту забыл. А ведь сколько зла мог исправить. Пусть не великого зла, но ведь и исцеление страждущих добавляет света в мире. Долго можно кивать на обстоятельства, революцию и войны, не каждый мог сладить с волнами всё более страшных бедствий. Однако Юрий не боролся с самого начала, он подстраивался под происходящие события. Может сейчас и коряво объясню, но именно то, что он врач, могло его спасти и помочь устроить жизнь свою и своих близких. Он же всем был нужен- и белым, и красным, и обывателям,которые попали в замес гражданской войны по географической принадлежности. Вместо того, чтобы взять себя в руки и начать встраиваться в сильно покосившуюся под историческим ураганом реальность, наш доктор предпочитает запереться в пустой усадьбе и мотать на кулак сопли рефлексии, запивая их водкой. Воспоминания о хороших временах штука отличная, но не надо присасываться у ним намертво. Это пустышка, от которой сыт-одет не будешь. Так и получилось, что прожил бедную жизнь в наполненную событиями эпоху. Кстати, и память по себе оставил не слишком добрую. С другой стороны, память размоется со временем до выцветшей акварели, а вот стихи останутся как в первый день создания.

Когда Блок говорил это, это надо было понимать в переносном смысле, фигурально. И дети были не дети, а сыны, детища, интеллигенция, и страхи были не страшны, а провиденциальны, апокалиптичны, а это разные вещи. А теперь все переносное стало буквальным, и дети – дети, и страхи страшны, вот в чем разница.

Актуально как никогда и немного грустно. Читала впервые лет в 15, в памяти оставалась только жаренная дикая утка, нереальная в разрушенной Москве 1917ого, да крысы в Лариной квартире.

Нет, эта вещь явно не для школьной программы. Чтобы понять "Живаго" надо жить на сломе. Да, в нем (не)много достоевщины, неизменной надрывности русской. И плач, плач над ушедшим. Отнятым, унесенном ветром эпохи.

И непроглядный ужас: Мы, дети страшных лет России.

Сейчас, когда я пишу эти строки, много лет и невзгод спустя, смотрю на все другими глазами. И несчастья кажутся чуть менее страшными, и боль - чуть менее острой. Еще более удивительно, что тогда, двадцать лет назад, книга оставила привкус горькой надежды. Сейчас же вижу отчетливо - в книге нет ни капли надежды. Патуля, Ларин муж, застрелился, чтобы не пасть от рук революции в образе собственного отца, Лара досталась нарождающемуся ГУЛАГУ, Живаго опустился и тихо ушел, почти никем не оплаканный... Мы, дети страшных лет России. Рефрен, который проходит сквозь весь роман. СССР уже нет, а страшные годы, вшитые в нашу генетическую память, все не закончаться.

Мы, дети страшных лет лет России.

Поразила чувственность, так не своейственная нам, людям, made in USSR. И жизнь - с множеством оттенков. Нет полностью белых или полностью красных. И нет между ними какой-то незримой черты.

Россия, которой, возможно, никогда и не было. Или она была, и именно ее мы и потеряли? Именно этот великий слом - начала всего, чему мы ужасаемся сейчас.

Мы, дети страшных лет России.

Если хочешь понять настоящее - вернись к истокам.