Цитаты из книги Botanika duszy

Думаешь, ты единственная, кому приходится страдать? Почитай повнимательнее Библию, Альма, мы не в раю живем, а в юдоли слез. По-твоему, для тебя Бог сделал исключение? Оглянись вокруг. Что видишь ты? Повсюду боль. Везде, куда не повернись, страдания. Если с первого взгляда страданий не видно, приглядись получше. И скоро увидишь, поверь.

Помнишь, он говорил, что строение человеческого запястья, столь идеально подходящего, чтобы собирать пищу и создавать предметы искусства, является свидетельством любви Бога к человеку? Но человеческое запястье также прекрасно подходит для того, чтобы размахивать топором и убивать наших соседей. Разве это доказательство любви?

Причиной всех изменений являются отчаяние и необходимость.

... на Земле не было соперника опаснее того, что рос прямо у тебя под боком. Самые ожесточенные войны всегда велись дома.

Никогда не оправдывайся, Сливка. Оправдывающийся человек выглядит слабым.

Что ж, дитя, со своими страданиями можешь делать все, что пожелаешь, — мягко отвечала Ханнеке. — Они принадлежат тебе. Но я скажу тебе, как поступаю со своими. Беру их за загривок, бросаю на пол и топчу каблуком сапога. И тебе бы научиться делать так же.

Не откладывай работу, пока солнце высоко, надеясь на то, что завтра найдется время, ведь завтра часов будет не больше, чем сегодня, а если запустишь свои дела, то не нагонишь уже никогда.

Бог впечатал себя в мир и оставил следы, которые мы должны обнаружить.

Мне кажется, мнение людей о себе потерпело сокрушительный удар, когда Галилей объявил, что мы не являемся центром Вселенной, и таким же ударом было заявление Дарвина, что Бог не создал нас в один момент, как по волшебству. Я верю, что такие вещи большинству людей очень трудно воспринять. Это заставляет их чувствовать себя незначительными.

вы пытаетесь разрешить загадку другой загадкой, и я бы не назвала это наукой, хотя это можно назвать поэзией

во время больших сборищ пожилых женщин, как правило, оттесняют в сторону, даже если эти пожилые женщины самолично оплатили предстоящее мероприятие.

нет ничего важнее, чем изучение того, что, по всей видимости, противоречило законам природы, — ибо кто мы такие, чтобы утверждать, будто нам понятны эти законы? Все в мире кажется чудесным до того, говорил он, как мы раскроем тайну.

Порой ей казалось, что эти дебаты расстраивают и волнуют ее намного больше, чем самого Дарвина (и это была, пожалуй, еще одна причина, почему из него вышел бы лучший защитник этой теории, чем из нее)

Новшества увлекают большинство людей, но нас, ученых, они просто раздражают

Статистика эволюции жестока, и длинный путь истории усеян окаменелыми останками бессчетных неудачных экспериментов

Она знала, что рискует попасть в ловушку, поглотившую в свое время многих великих французских философов, а именно в ловушку l’esprit de systeme, когдамыслитель придумывает грандиозное и захватывающее объяснение законов Вселенной и пытается подогнать под это объяснение все факты и аргументы, даже если это противоречит логике.

Медленнее писать она не могла — ей было неинтересно писать медленнее. Как горький пьянчуга, который может бежать и не падать, но не может идти и не падать, она смогла бы изложить свою идею, лишь разогнавшись и не видя ничего вокруг. Она боялась замедлить темп и писать осторожнее, так как опасалась споткнуться, утратить решимость или — чего хуже! — потерять мысль.

борьба за выживание, продолжающаяся в течение длительного времени, не просто определяла жизнь на Земле — она создала жизнь на Земле. Ошеломляющее разнообразие живых существ на Земле появилось именно благодаря ей. Борьба за выживание была причиной этого разнообразия. Она объясняла все самые неразрешимые загадки биологии: различия между видами, вымирание и трансмутацию видов. Борьба объясняла всё.