Цитаты из книги Иностранка

- Вы проявили истинное человеколюбие! Как вы достигли такого нравственного совершенства?! Кто вы? Православные, иудаисты, мусульмане. католики?

• А мы неверующие, - сказали Литвинский и Шагин.

Людям просто не хватает тишины.

Если вас интересуют свежие новости, постойте около русского магазина.

Красивых баб всегда уводят наглые грузины.

Можно я лягу рядом чисто по-товарищески?

Бумагу из военкомата мне доставили первого апреля. Увы, это не было традиционной шуткой. Это был конец.

Иосиф Бродский хоть и ленинградец, но талантливый поэт...

— ....Но главное моё занятие — литература. — Сочувствую

Среди эмигрантских писателей я занимаю какое-то место. Увы, далеко не первое. И, к счастью, не последнее. Я думаю, именно такое, откуда хорошо видно, что значит — настоящая литература.

При этом он был совершенно нетипичным эмигрантом. Не выдавал себя за бывшего лауреата государственных премий. Не фантазировал относительно своих диссидентских заслуг. Не утверждал, что западное искусство переживает кризис.

Сказал, что качество в Америке – ужасно дорогая штука. Недавно, говорит, я предъявил своему боссу ультиматум. Платите больше или я уволюсь. – Чем же это кончилось? – спросила Муся. – Компромиссом. Зарплату он мне так и не прибавил. Зато я решил, что не уволюсь.

Сто раз я убеждался – бедность качество врожденное. Богатство тоже. Каждый выбирает то, что ему больше нравится. И как ни странно, многие предпочитают бедность. Рафаэль и Муся предпочли богатство.

Здешние американцы в основном немецкие евреи.

 Ужасно, когда люди прощаются с облегчением. А мы прощаемся с горечью. У нас остаются воспоминания.

Самое удивительное, что все, кроме его жены, его любили.

Сто раз я убеждался - бедность качество врожденное. Богатство тоже. Каждый выбирает то, что ему больше нравится. И как ни странно, многие предпочитали бедность.

«Я был так доволен собственной хитростью. Вероятно, напоминал человека, дни которого сочтены. Ему говорят — оденься потеплее. А он-то знает, что смертельно болен. И только усмехается в ответ.»

Затем была принята резолюция, осуждающая сталинизм. Ее подписали все, кроме литературоведа Шермана. Профессор Шерман заявил: – Я с покойниками не воюю.

Может быть, то, что называют эгоизмом, - всего лишь умение дорожить собой?