Эту книгу я слушала в хорошем исполнении Евгения Перепелицы, под названием «Правила Дома сидра», которое, кстати, ей больше подходит.
Дом сидра – это наш безумный до абсурда мир, а правила – наши законы, которые вроде той бумажки, прикнопленной на кухне временной ночлежки, с какими-то словами, призванными регулировать жизнь ее мимолетных обитателей и споспешествовать их безопасности, а они-то, простые души, не только не исполняют предписанных им с наилучшими намерениями правил, но иные даже не догадываются об истинном назначении этой бумажонки.
Эта книга, была для меня, как глоток жизни… причём, поначалу мне она казалась простоватой, но, несмотря на это, герои этой истории, довольно-таки быстро, одна две главы и хоп, не побоюсь этого слова, а ожили, думаю, читай я её глазками, а погружение в неё, в жизнь героев, ещё бы быстрее случилось.
А имеем мы следующее…
Молодой доктор, будущий доктор Кедр, пред тем успевший вкусить все радости жизни, приезжает в городок…
В те годы жизнь Уилбура Кедра, казалось, была подчинена закону единственного раза: одна кружка пива, один половой акт, один аборт.
Вкуси он те радости, как-то иначе, а мог бы пойти по иному пути.
Но, благодаря стараниям папеньки, секс в его жизни был лишь единожды, после которого его уже не интересовали женщины (мужчины также не интересовали его), в общем, заработал он болячечку, которую пришлось лечить, а там и к эфиру он, а пристрастился.
В итоге, вся его жизнь пошла в служении людям, прирос он к приюту, а всеми фибрами, своей, нет, не души, а эм… печени:
Смотрите, – прошептал Кедр. – Ее очень редко можно увидеть, нам посчастливилось застать ее спящей. Скорее смотрите, пока она не проснулась!» Сестры во все глаза воззрились на загадочный орган. «Душа!» – благоговейно прошептал Кедр. Это была, разумеется, печень, самая крупная железа человеческого организма, частично наделенная свойствами, приписываемыми душе, способная к тому же регенерировать клетки. Доктор Кедр считал печень важнее души.
Как видите по цитате, слог у автора, как и юмор, лёгок и ненавязчив, а мы идём далее.
Данная книга это не сказ о служивом во благо людей докторе Кедре, точнее, она не только о нём.
На первом плане будет и он, и сирота Гомер Бур, к которому он со временем очень сильно, а привязался, и сам приют, сам Сент-Облако, с его домочадцами, да и женщины, которые приезжали в приют, либо родить и оставить там ребёнка, либо, сделать подпольный аборт… а трудился наш доктор тогда вне закона и не раз и не 10, а более.
И не одно письмо он напишет главам своей страны, чтобы легализовали те, аборт, как врачебную процедуру:
Те самые люди, – строчил он, – которые пекутся о неродившихся детях, отказываются думать о живых, когда факт рождения свершился. Они трубят на каждом углу о своей любви к неродившимся, а ради родившихся не шевельнут пальцем. Им наплевать на бедных, угнетаемых и отверженных. Эти помощи от них не дождутся! Как объяснить это пристрастие к зародышу и бессердечие к детям, которые никому не нужны и которых в жизни ждет столько обид? Противники аборта клеймят женщин, повинных в случайной беременности, осуждают бедняков, как будто те сами виноваты в своей нищете.
Я не считаю, что аборт это хорошо, но это и неплохо, думаю, женщина имеет право решать, когда она остаётся одна, но только не на последнем месяце беременности.
Немного о сироте, о Гомере, словами доктор Кедра:
Здесь, в Сент-Облаке, есть только одна проблема. Имя ей – Гомер Бур. С этим мальчиком мы добились особых успехов. Сиротский приют стал для него отчим домом. Это-то и есть проблема. Государственное учреждение не может и не должно вызывать в детях любовь, какая уместна только в семье. А тем более приют для сирот. Ведь это всего лишь пересадочный пункт на пути к лучшей жизни. И нельзя превращать его в монстра – начальную и конечную станцию, представляющуюся сироте единственным надежным на земле пристанищем.
Гомера усыновляли аж 4 раза, пока доктор не понял, что домом Гомеру должен остаться приют… о, какие это были усыновители… одним, было плохо, что тот не плакал; другие же, быстро научили его плакать, что аж доктор из приюта расслышал, а третьи… двуличные агнцы, про четвёртых я промолчу…
Гомер Бур, желая быть полезным, ещё в ранней юности стал помогать доктору… рука его была твёрдой, как у хорошего хирурга.
Помимо Гомера, из сирот, также можно выделить Мелони, она была старше Гомера, которого именовала не иначе, как Солнышко…
В Мелони кипела злость, так что неудивительно, что Гомер своей светлой сутью, а притягивал её, посильнее магнита.
Сироты, как и любые дети, так же, когда-то вырастают из гнезда… так что, ждите, а будет и другая жизнь и другие герои и эта другая жизнь, откроет для Гомера несколько истин, средь которых:
«в жизни столько правил, сколько людей».
А доктор Кедр, кстати, помимо врачебных дел, занимался тем, что вёл записи обо всём, что происходило в Сент-Облаке, и не только:
Все его записи, кроме тех, что начинались словами «Здесь, в Сент-Облаке», предварялись вступительной фразой: «В других местах на земле…»
Я не охватила и половины, так как путь Гомера от Сент-Облако и обратно займёт годы и годы… не то, что в говёном фильме... до сих пор меня бомбит, а после просмотра...
Как я уже говорила, это сага о любви, будет тут, кому пострадать… да и кровь на страницах, не раз, а прольётся.
И история подлых людей…
И история жертвенности… во благо ли она, когда такая, как в книге.
Чувство вины.
Угрызения совести, всё это, а с лихвой, а получите.
И опять вспомнились слова мистера Рочестера, сказанные Джейн Эйр, что нет ничего страшнее старого как мир и вечно нового чувства раскаяния, отравляющего жизнь.
К слову, Ш. Бронте, со своей Джейн Эйр не раз ещё вспомниться в книге… в приюте читали сиротам, девочкам, одни истории, мальчикам другие.
Необъятная книга, к концу которой, я, ещё бы чуть-чуть, а всплакнула бы… причем, по человеку, к которому, как мне казалось, ничего особого, а не чувствовала и касается это Мелони… вот что значит… ожившие персонажи.
А с автором я уже была знакома по другой его книге, по «Мужчины не её жизни» и, скажу я вам, они сильно разные в том плане, что в этой, не было такого упора на сексе, больше около, да и мусолилась больше одна из историй, мусолилась одна фотокарточка…
Книгу рекомендую всем неравнодушным людям.
28 понравилось
